Герцоги предпочитают блондинок - Лоретта Чейз

Он человек рациональный. Превыше всего ценит логику. А его обещание иррационально — значит, нужно просто от него отказаться. Это Рэдфорд и пытался сделать раз, другой, третий — и каждый раз в голове у него эхом отдавалась ее отчаянная речь, и слова, такие разумные и необходимые, застревали в горле.

Вместо этого он сообщил Дэвис, что ее милости следует надеть и в котором часу ее милость должна быть готова. Подсказал, как выбраться из дома, чтобы не заметили ни слуги, ни соседи. Леди не следует брать с собой никакого оружия, которым можно себе навредить (за это он получил убийственный взгляд от ее милости); однако, продолжал он, когда отправляешься в не слишком респектабельный квартал, будь то ночью или днем, вполне уместно захватить с собой трость или зонтик.

— И наконец, как верно заметила ваша госпожа: если не останется другого выхода, буду болтать, пока они не запросят пощады!

Повторив слова леди Клары, он с трудом удержался от смеха.

А Уэсткотт не засмеялся, хотя обычно шутки в адрес Рэдфорда его радовали. И после ухода леди Клары и горничной даже не улыбнулся.

Мрачный как туча, Уэсткотт последовал за Рэдфордом в меблированные комнаты.

— Ты совсем рехнулся? — поинтересовался он. — Серьезно, потащишь дочь маркиза Уорфорда с собой в полицейский рейд?

— Я ей обещал. Не могу отступить от своего слова.

— Еще как можешь! Не понимаю, как она от тебя этого добилась? Принудила? Шантажировала? Ты же знаешь…

— Не говори глупостей. Чем она могла меня напугать? Мокрой шляпкой?

Рэдфорд вошел к себе в комнату и начал снимать промокшую одежду.

— Знаю, ты готов использовать что угодно и кого угодно, если это на пользу твоим целям, — продолжал Уэсткотт, — но это не твоя война. Не твое дело — ловить главарей бандитских шаек и их приспешников. Для этого и существуют полицейские: для предотвращения преступлений!

— Мне нужно только выручить этого идиота, братца Бриджет, — объяснил Рэдфорд. — Остальным пусть занимается полиция.

Наступило молчание. Пользуясь случаем, Рэдфорд торопливо переодевался.

— Ты понимаешь, — сказал наконец Уэсткотт, — что, если с его дочерью что-то случится, маркиз Уорфорд тебя уничтожит?

— Вряд ли от меня что-то останется после того, как со мной побеседуют трое его сыновей, — откликнулся Рэдфорд.

— Я не о том, что он тебя убьет, — поправил его Уэсткотт. — Последствия будут гораздо хуже. Если в этой безумной авантюре что-то пойдет не так, например о ней пронюхают газетчики, с тобой будет покончено. С карьерой юриста можешь попрощаться. Возможно, тебе даже придется покинуть Англию.

Уэсткотт был, как всегда, прав. Второе «я» Рэдфорда уже рвало на себе волосы.

— С ней ничего не случится, — твердо ответил Рэдфорд. — И никто ничего не узнает. Если бы я думал иначе, сослался бы на временное помешательство и велел бы ей идти домой и мне не докучать.

— Вот я и пытаюсь понять, почему ты этого не сделал.

— Уэсткотт, не будь кретином! Сам-то как думаешь, почему?

— Да почему, будь ты проклят?

— Потому что она посмотрела на меня большими голубыми глазами и сказала: «Прошу вас!» — ответил Рэдфорд и накинул пальто.

— Куда это ты? — поинтересовался Уэсткотт. — Тебе на сегодня приключений не хватило?

— Съезжу в Ричмонд. Повидаюсь с отцом. А то мало ли, вдруг меня и правда завтра убьют, — сказал Рэдфорд, затем взял шляпу и перчатки и двинулся к дверям.

Итака-хаус, Ричмонд. В тот же вечер, немного позже

Шутку леди Клары о том, что Рэдфорд заговорит злодеев до смерти, он пересказал отцу. В тот момент его поглощала тревога и необходимость все держать под контролем. Но, когда он рассказывал об этом разговоре отцу, оба смеялись от души.

Джордж Рэдфорд чувствовал себя скверно: не жаловался, но по лицу было видно, что его терзает боль. Он полулежал на диване в библиотеке у окна, откуда открывался вид на реку.

Однако теперь за окном сгустился мрак; а Рэдфорд знал, что его приезды отвлекают отца от боли и сопутствующего ей уныния. Так что он говорил без умолку: делился почти всем (как всегда), умалчивал лишь кое о каких деталях (так тоже делал часто). Сегодня он умолчал о том, как поцеловал леди Клару. Впрочем, по вопросам, которые задавал ему отец, Рэдфорд понимал, что мозги у родителя по-прежнему работают как часы.

— Разумеется, стоит взять с собой леди Клару, — заметил Рэдфорд-старший. — Ты ведь сам рассказывал, как она отходила Резуна кнутом!

В первый раз рассказывая свою историю в кабинете Уэсткотта, ее милость об этом не упомянула, должно быть, не видела связи с исчезновением Тоби. Рэдфорд узнал об этом, только расспросив Бриджет, и понял, сколько говорит эта история о леди Кларе. Бриджет после этого случая смотрела на нее, как на божество, и именно поэтому ей доверилась. Так началась эта нелепая охота за мальчишкой.

— Да, она не робкого десятка, — признал Рэдфорд.

— Я никогда не верил, что с женщин надо пылинки сдувать, — сказал его отец. — Как неоднократно и по разным поводам указывала мне твоя мать, женщины не дети, хоть из них и стараются сделать вечных детей.

Ему было что сказать о женщинах; и Рэдфорд, собиравшийся провести у отца всего час-другой, сидел с ним за разговором, пока отец не задремал. Тогда и он сам уснул в кресле возле дивана — прибежища больного старика.

К несчастью для самого отца, но к счастью для Рэдфорда, сон у старика был беспокойный. Отец и разбудил Рэдфорда, чувствительно постучав тростью ему по лодыжкам.

— Просыпайся, просыпайся! Что с тобой такое? Пропустишь свое свидание!

Через несколько минут Рэдфорд уже мчался в Лондон. Он прибыл в Вудли-билдинг, когда небо на востоке окрасилось первыми розоватыми отблесками зари. «Времени еще полно!» — сказал себе Рэдфорд, взбежав по лестнице и врываясь в свои жилые комнаты.

Здесь спал в кресле Уэсткотт.

Когда Рэдфорд вошел, адвокат проснулся.

— Как твой отец? — спросил Уэсткотт.

— Можно сказать, не так уж плох, — ответил Рэдфорд. — По крайней мере, не унывает. Я у него уснул. Должно быть, я все же устал.

— Боюсь, у меня новость, которая утомит тебя еще сильнее, — сказал Уэсткотт. Подошел к камину и достал письмо, воткнутое между парой фарфоровых лягушек-дуэлянтов, дерущихся друг с другом на каминной полке.

Письмо он передал Рэдфорду. Тот быстро развернул его и прочитал.

Ее светлость герцогиня Малверн скончалась в результате выкидыша.

Рэдфорда немедленно вызывали в резиденцию герцога.

Глава 6

Для чего наемным каретам чистота?