Герцоги предпочитают блондинок - Лоретта Чейз

чудесном пейзаже за окнами отцовского дома. К этому примешивался другой запах, ее собственный; и живописные виды Ричмонда вели в уме Рэдфорда борьбу с иными, более соблазнительными картинами.

Лицо всего в нескольких дюймах от его лица… Он почти ощущал вкус ее поцелуя. Второе «я» стремительно теряло рассудок. Рэдфорд загнал это бессмысленное существо в самый дальний угол сознания и чуть отодвинулся от леди Клары, от ее аромата, шелковистой кожи и нежных губ.

— И что вытащим Тоби оттуда невредимым, — ответила она. — О нет! Что это?!

Из окна дома выбрался и спрыгнул на улицу мальчишка, ловкий, как обезьяна.

— Черт! — воскликнул Рэдфорд. — Они услышали, что наши идут!

За этим парнем последовал еще один. Еще двое мальчишек выскочили из соседнего здания.

— Разбегаются! — воскликнула леди Клара. — Неужели их не остановить?

— Терпение! — откликнулся Рэдфорд, хоть и заподозрил, что с планом облавы что-то пошло не так. — Эти парни отлично умеют бегать от полиции, это первое, чему их учат. Поэтому мы заблокировали выходы, поэтому и так много полицейских осталось снаружи. Один-двое самых быстрых и ловких, возможно, смогут ускользнуть, но точно не все.

Из дома наружу рвался уже целый поток. Как видно, там обитали десятки мальчишек: теперь они выбегали из дверей, лезли из окон, карабкались вниз по стенам, словно крысы, бегущие с корабля. Но здесь их поджидали констебли, да и проскочить мимо кэба или фургона, загораживающих проход, им не удавалось. Добежав до конца улицы и увидев преграду, беглецы поворачивали назад. Кто-то колотил в соседские двери и просил впустить. Другие пытались пробиться через полицию. Крики, ругань, угрозы… и вдруг сквозь эту какофонию пробился громкий вопль, затем еще один. Вот улочку огласил целый хор взволнованных мальчишеских голосов.

— Что там? — спросила леди Клара.

— Пока не знаю.

Рэдфорд приоткрыл окно, чтобы лучше видеть.

— Не высовывайтесь, — приказал он. — Не давайте себя заметить. Мы… — Тут Рэдфорд умолк, осознав, отчего поднялся такой шум.

Он открыл дверцу и выскочил наружу.

— Сидите здесь!

— Мистер Рэдфорд!

Но Рэдфорд уже не слушал. Он бежал по улочке, глядя, как и все, вверх — на крышу, по которой двигалась щуплая фигурка.

Прочие мальчишки, забыв об опасности, грозящей им самим, смотрели наверх и подбадривали Резуна приветственными воплями. Как обычно, лихо заломив шляпу набекрень, он перебирался с крыши своего логова на крышу соседнего дома. Эта вторая крыша была покатой; дважды он соскальзывал, но цеплялся за что-то, кажется, за веревку — и подтягивался назад.

На крыше здания, из которого бежал Резун, показался полицейский.

— Резун, сдавайся! — заорал он. — Тебе не уйти!

Рэдфорд мчался по мостовой, почти не отставая от парня на крыше.

— Давай, Резун! — крикнул кто-то из мальчишек внизу. — Покажи им!

— Не дай себя сцапать!

— Утри им нос, Резун!

Прочие подхватили эти призывы.

Цепляясь за веревку, Резун взбирался по крутому скату наверх. Вот он схватился за полуразрушенную трубу… вот, подтянувшись, сумел забраться на конек крыши. Должно быть, сообразил Рэдфорд, веревку к трубе привязали заранее. Продумали пути отступления. Чувствуется смекалка Фрима, хотя для него самого такой путь слишком рискован.

К этому времени проснулась уже вся улочка. Люди высовывались из окон, стараясь разглядеть, что происходит. Соседи с другой стороны делились свежими новостями.

— Стоит!

— Не, не удержится!

— Идет, идет!

— Назад пошел!

— Вот чокнутый! Куда ему дальше-то?

Рэдфорд обогнал парня на крыше и перебежал на другую сторону улицы.

Он видел, как Резун оседлал конек крыши, перекинул через него ногу и начал спускаться по другому ее скату. Веревка выскользнула у него из рук. Он схватился за трубу и повис, скребя ногами по крыше и стараясь найти опору.

Какой-то полицейский начал взбираться на крышу с другой стороны.

— Осторожно, Резун! Сзади!

Резун осторожно спустился на край крыши. Следующая была плоской и на несколько футов ниже. Он спрыгнул туда, пробежал всю крышу без остановки — и застыл на самом краю, в нескольких дюймах от обрыва.

Между этим и следующим зданием зиял провал. Оба дома покосились в разные стороны, и между их крышами возникла широкая щель. К тому же следующая крыша была выше предыдущей: чтобы перебраться туда, Резуну пришлось бы подпрыгнуть футов на десять.

— Сдавайся! — во все горло закричал Рэдфорд. — У тебя крыльев нет!

— Это ты, Ворон? — крикнул парень в ответ. — Так, может, взлетишь и схватишь меня? У тебя-то крылья есть! — И он засмеялся.

— Давай, Резун! — завопил кто-то из мальчишек. — Давай, ты сможешь!

— Давай! — подхватили другие, а потом начали скандировать хором: — Лети, Резун, лети!

Резун еще круче заломил свою шляпу.

— Подумаешь, большое дело! — громко объявил он.

Он попятился назад, чтобы разбежаться. Но на эту крышу с соседней уже перебирался констебль.

— Стой, где стоишь, парень! — приказал он.

— Черта с два! — крикнул в ответ Резун.

— Не будь идиотом! — закричал Рэдфорд. — Убьешься!

— Это мы еще посмотрим! Смотри на меня, Ворон! Сейчас взлечу!

Расхохотавшись, парень отступил на шаг — и в тот самый миг, когда констебль хотел схватить его за шиворот, вывернулся из его руки, пробежал два шага, прыгнул и ухватился за край соседней крыши. В миг прыжка мальчишки замерли и смолкли, но теперь разразились радостными воплями. Одно бесконечное мгновение Резун висел на краю крыши, стараясь найти ногами опору и подтянуться. Вот он закинул одну ногу на крышу — и толпа снова восторженно заорала. Но в следующий миг руки у него разжались, и парень полетел вниз. Душераздирающий вопль огласил улицу — и резко смолк, когда Резун бесформенной кучей тряпья рухнул на мостовую.

Клара слышала крики, которые внезапно смолкли, потом снова крики и опять молчание. Выглянув в окно, увидела, как Рэдфорд огибает угол здания, а за ним идет полисмен. Другие полицейские уже собирали мальчишек и сгоняли их в конец улицы. Кларе было велено сидеть в экипаже и крикнуть, если увидит Тоби; но его видно не было.

Надвинув чепец на самые брови, она открыла дверцу и спрыгнула на мостовую.

В ноздри ударила кислая вонь немытых мальчишеских тел; на миг Кларе показалось, что ей сейчас станет худо. Но времени на обмороки не было. Очевидно, облава пошла не по плану. Судя по лицам мальчишек, произошло что-то ужасное. Большинство этих мальчиков, если верить Рэдфорду, были уже матерыми уголовниками. Но сейчас, хоть одни из них отбивались от полиции, а другие выкрикивали ругательства, Клара видела: их всех что-то глубоко поразило.

— Что случилось? — спросила она у ближайшего констебля. — Отчего был такой шум?

— Это Резун! — крикнул какой-то совсем мелкий мальчуган. — Он упал с крыши!

— Шлеп, и амба! — добавил