Герцоги предпочитают блондинок - Лоретта Чейз

— Я знаю, что рисковала, — ответила она, когда экипаж тронулся. — Но как я могла оставить его там больного и перепуганного?

Ворон всмотрелся в ее прекрасное лицо. Вспомнил, что говорил о женщинах его отец. Точнее, что говорила мать.

Два его «я» сцепились в короткой, но ожесточенной схватке, а затем Рэдфорд сказал:

— Что ж, это был смелый поступок.

Леди Клара смотрела в окно, крепко сцепив руки на коленях, но при этих словах она резко повернулась к нему. Сейчас она выглядела бледной, измученной.

К горлу подкатила паника. Но Рэдфорд ее подавил.

— Только не говорите, что сейчас лишитесь чувств! — предупредил он. — В том доме у вас была для этого сотня возможностей и намного больше причин! По крайней мере, надеюсь, что больше, чем сейчас. — Наклонив голову, он принюхался к своей одежде и ощутил трущобную вонь. — Или это из-за меня?

— Из-за вас, — ответила она. — Вы сказали что-то похожее на похвалу. Причем сказали мне.

— Мог бы сказать и куда с большим жаром, что вы совершили вопиющую глупость, — заверил он. — Но это я повторил в разных выражениях уже раз десять, и эта тема начала меня утомлять.

— Я совсем не чувствовала себя храброй, — призналась она. — Я была в ужасе. И меня тошнило.

— И все же вы это сделали.

— Не уверена, что я смогла бы так поступить ради какого-нибудь постороннего мальчика, — задумчиво сказала леди Клара. — Но Тоби — брат девушки, которую я знаю. Девушки, которую жизнь не щадила, которой я хотела помочь. Я встречала Тоби и с ним разговаривала. И подумала: что, если бы в беду попал кто-нибудь из моих братьев? Впрочем, почему «если»? С ними это случается сплошь и рядом. И всегда, когда один попадает в беду, другой бросается ему на выручку. — Помолчав немного, она добавила: — И меня они всегда выручали.

Рэдфорду вспомнилась маленькая девочка, что бесстрашно бросилась с кулаками на Бернарда.

— Но вы ведь девушка, — заметил он. — И, учитывая ваше воспитание, можно сказать, совершили подвиг. Сейчас я говорю как ваш защитник. Как обвинитель могу предоставить неопровержимые свидетельства глупости и безответственности, доходящей до степени временного помешательства. Даже я дважды, трижды… да что там, десять раз подумал бы, прежде чем лезть в это бандитское логово! Мы ведь с вами, леди Клара, совсем не то, что эти мальчишки.

— Мы с вами… — словно эхо, повторила она.

— Да, хоть и трудно такое себе представить, я тоже рос и воспитывался как джентльмен. Честно сказать, переступив порог, я едва не расстался со своим завтраком. Не могу поверить, что Фрим действительно там жил. Дэниел Прайор на этом настаивал, но откуда ему точно знать, где живет Фрим? Он мог снимать комнаты в другом месте, в каком-нибудь борделе или игорном притоне. А здесь устроил своего рода общежитие для своих подопечных и хранил добычу поблизости от лавок скупщиков краденого.

— Может быть, сбывал в ломбарде на углу?

— Скорее всего.

Клара не ответила и снова повернулась к окну.

Теперь окна здесь были чистыми. Рэдфорд сам на этом настоял, а заодно приказал кэбмену прибраться в салоне.

Утренний свет озарил лицо Клары жемчужным сиянием, однако бледность не уходила. Рэдфорд позволил себе скользнуть взглядом вниз, вдоль длинного ряда металлических пуговиц к сцепленным на коленях рукам в перчатках. Перчатки были в грязи.

Храбрая девушка. Кто еще из юных леди ее положения решился бы на такое? Должно быть, теперь задним числом все вспоминалось ей с тошнотворной ясностью. Поэтому она так бледна.

Она чертовски упряма, напомнил себе Рэдфорд. Чтобы чему-то научиться, ей нужны жесткие уроки. И все же он принялся составлять в уме успокаивающую речь. Но прежде чем он успел сказать или сделать что-нибудь такое, что могло испортить жесткий урок, экипаж замедлил ход. Рэдфорд выглянул в окно.

— Бедфорд-стрит, — объявил он. — Здесь выходим и пересаживаемся в другой кэб. То, что я там был, не секрет, но в этом и нет ничего особенного. А вот кто вы такая, никто не знает. И я хочу, чтобы так и оставалось.

Они сошли и пересели в другой кэб. На следующей стоянке снова сменили экипаж. Следуя инструкциям Рэдфорда, кэбмены везли их кружными путями. Наконец они с леди Кларой пересели в последний кэб и поехали уже прямо на запад.

По дороге Рэдфорд не пытался заговорить.

И леди Клара молчала, погруженная в свои мысли. Рэдфорду тоже было о чем подумать. До сих пор Рэдфорд прятал эти мысли в глубине сознания, поскольку, как он сказал сегодня утром Уэсткотту, не может же человек быть в двух местах одновременно. И Рэдфорд не станет нарушать договоренности с Лондонской полицией, особенно по поводу дела, которое сам же и расследует. С Бернардом разобраться он еще успеет, после того как доставит леди Клару обратно в ее мир.

На том и конец приключению. Рэдфорд вернется к своим обычным делам, Клара — к своим, и больше они друг друга не увидят.

Тут второе «я» гневно поинтересовалось: почему? И они завели бурный спор, но в разгар этого внутреннего диалога леди Клара спросила:

— Как вы думаете, Тоби выздоровеет?

— Да, да, несомненно, — ответил Рэдфорд. — В его симптомах ничего тревожного нет. Будь у него свое место, хоть отдаленно похожее на дом, я бы отправил его лечиться туда.

— Больному ребенку из бедноты трудно найти себе место, так? — спросила леди Клара. — Если родные не могут за ним присмотреть, его должен взять к себе какой-нибудь добрый человек. Иначе его отправят в работный дом. Или на ферму вроде «Фермы нищих» Грамли… — Она приложила пальцы к виску. — Совсем другой мир! Я ничего в нем не понимаю, мистер Рэдфорд.

— И слава богу, — ответил он. Хотелось отвести ее руку от лица, обнять, утешить. Но Рэдфорд в жизни своей никого не утешал, это не входило в его обязанности, да и… в общем, как ни посмотри, дурацкая идея.

— Мальчики говорили, что Резун сорвался с крыши, — сказала она. — Поэтому вы выбежали на улицу… если это можно назвать улицей.

— У него был шанс выжить, — ответил Рэдфорд. — Я слышал, что после таких падений люди оставались живы, хоть и сильно покалечены. Но он сломал себе шею. Так что больше Резун не побеспокоит ни Бриджет, ни кого-либо еще. Не окажется на виселице. И, разумеется, никому ничего не расскажет. Очень удобно для Фрима.

— Думаете, это Фрим подговорил Резуна бежать через крышу? — спросила она.

— Наверняка. Скорее всего, долго уговаривать не пришлось. Резун всегда любил покрасоваться.

После недолгого, напряженного молчания леди