Ресторанчик «Тыквенный фонарь» - Анна Кейв

Оставшись вдвоем с Крисом, они принялись за рутину. Крис засучил рукава и встал за раковину, ловко намыливая тарелки и кастрюли. У него получалось гораздо лучше, чем вчера. Вода шумела, брызги и пена разлетались по сторонам, но Крис не обращал внимания на вымокшую рубашку. Он сосредоточенно тер губкой тарелки с засохшим соусом и остатками еды, параллельно думая над расследованием. Увы, ничего, кроме просмотра архивов Фелтрамов, так и не пришло ему в голову.

Аманда тем временем занялась залом. Она привычно орудовала метлой, выметая крошки из-под столов, а затем принялась протирать столешницы влажной тряпкой. Заменила несколько испачканных джутовых салфеток на чистые, осмотрела зал на предмет забытых вещей, чтобы отправить их в коробку и найти владельца. Сегодня она обнаружила маленькую пластиковую лошадку с розовой гривой и зонтик.

После того как посуда была вымыта, а полы заблестели чистотой, Аманда принялась за подготовку к ужину. Нарезая овощи, она время от времени бросала взгляды на Криса, который насухо вытирал тарелки и расставлял их по размеру. Оба ждали момента, когда смогут вернуться к расследованию.

Их сосредоточенность прервали вернувшиеся на кухню Николь и Вильям. Перерыв явно пошел им на пользу. Оба были оживленные и посвежевшие.

– Ну что, народ, готовы к ужину? – окликнула их Николь, надевая фартук.

Крис кивнул, взглянув на Аманду. Они обменялись понимающими взглядами – работа в закусочной временно отодвинула разгадки семейных тайн на второй план.

–Готовы, как никогда,– несколько вяло отозвался он, протянув Вильяму сотейник, который был нужен тому для приготовления соуса. По словам Николь, Вильям открыл в себе талант соусье[30]. Пожалуй, это было одно из немногих французских слов, которое знала Николь.

Аманда бегло глянула на часы. Она надеялась начать исследовать семейный архив до ужина, но долго провозилась, и теперь на это не оставалось времени. Аманда постаралась сосредоточиться на работе, но мысли то и дело возвращались к тайнам, скрытым в старых коробках и альбомах.

С каждой минутой Аманда становилась все более рассеянной. Она взялась за лук, но мелко нашинковала его, вместо того чтобы нарезать полукольцами. Потом потянулась за яйцами, но случайно уронила коробку на пол. Тяжело вздохнув, она хотела взять тряпку, но задела пачку муки и рассыпала ее, подняв белое облако, которое заставило всех закашляться.

– Аманда, ты сейчас явно не с нами, – послышался голос Николь. – Ты уже третий раз перепутала соль с сахаром.

– Прости, я просто… – Аманда попыталась оправдаться, но только устало махнула рукой – все и так понимали, чем заняты ее мысли. Она взялась за нож и застыла над луковицей, вспоминая, что с ней делать.

– Ладно, так не пойдет. – Николь мягко, но настойчиво забрала у подруги нож. – Слушай, может, тебе лучше пойти и заняться тем, что тебя волнует? Мы с Крисом и Вильямом справимся и с ужином, и с гостями.

– Но ведь сейчас начнется самая запара, – возразила Аманда, пытаясь скрыть, что обрадовалась такому предложению. – Мне опять придется бросить вас.

Николь пожала плечами:

– Это временные трудности, переживем. Сейчас на первом месте твое расследование.

Крис, услышав разговор, уже направлялся к ним, вытирая руки о полотенце.

– Аманда, иди, – сказал, взглянув ей в глаза. – Мы разберемся. Ты сейчас бесполезна на кухне, только наводишь беспорядок, – пошутил он. – Если ты сейчас же не займешься архивами, то совсем сойдешь с ума. И вконец разгромишь кухню.

Аманда закусила губу и оглянулась на Вильяма, который пытался отряхнуть с себя муку. Он тоже кивнул ей, подбадривая.

– Ладно. – Она, наконец, сдалась. Стянув фартук, повесила его на крючок. – Спасибо вам. Обещаю, что как только все наладится…

– Иди уже! – Николь подтолкнула ее к выходу. – И удачи!

Аманда улыбнулась на прощание и, поймав взгляд Криса, подмигнула ему. Через минуту она уже спешила к бабушкиной спальне, оставив закусочную в надежных руках своих друзей.

Подхватив на руки Мадам Жирок, она остановилась посреди комнаты, не зная, с чего начать первым.

– Как думаешь, где бабушка могла оставить следующую подсказку? – спросила Аманда, глядя в желтый кошачий прищур. Мадам Жирок лениво мяукнула и заурчала, высунув кончик языка, будто подразнивая хозяйку.

Опустив ее на кровать, Аманда принялась изучать содержимое комода, но не нашла ничего, что могло бы помочь: ни фотографий, ни газетных вырезок, ни заметок. Озадаченно нахмурившись, она подняла взгляд и уставилась на потолок. Вещи, которым уже не хватало места в спальне, бабушка бережно упаковывала в коробки и переносила на мансарду.

Аманда поспешила к лестнице в конце коридора. Доски под ногами скрипнули, когда она поднялась по тускло освещенному проходу. Едва толкнув тяжелую перекошенную дверь, Аманда ощутила запах пыли и затхлости – они с бабушкой редко сюда поднимались.

Мансарда встретила ее полумраком и до противного скрипучими половицами. Лучи заходящего солнца пробивались сквозь пыльные окна, разбрасывая по комнате редкие золотистые пятна. Повсюду громоздились коробки, сундуки и старая мебель.

Аманда провела рукой по столешнице старого комода, оставляя чистый след на покрытой пылью поверхности. Нужно было с чего-то начать. Возможно, придется перерыть все коробки, чтобы найти хоть что-то полезное. Она приподняла тяжелую крышку первого попавшегося сундука, но внутри оказались лишь старые скатерти и постельное белье. Разочарованно выдохнув, закрыла его и принялась открывать одну коробку за другой.

Она нашла многое: старые игрушки, книги, рождественские украшения, хэллоуинские костюмы… Про многочисленные сувениры, которые привозили из отпусков завсегдатаи закусочной, и говорить не стоило. Но ни одной газеты, ни одной листовки о пропаже, ничего о череде исчезновений в семье Фелтрамов!

Прошло больше получаса, прежде чем взгляд Аманды остановился на потрепанном кожаном альбоме, запрятанном на самом дне одного из сундуков. Сердце Аманды забилось быстрее. Прижав фотоальбом к груди, она поспешила вернуться в ресторанчик. Ей было невыносимо находиться в одиночестве и тишине. Все равно на мансарде не было ничего полезного. Бабушка все уничтожила или перепрятала в более надежное место, о котором Аманда ничего не знала.

Гости только начали собираться в «Тыквенном фонаре», поэтому Аманда позволила себе устроиться за дальним столиком в самом углу. Раскрыв альбом, тут же отметила разницу между ним и теми, что были у Элинор. В отличие от старой ведьмы, бабушка никогда не подписывала снимки. А жаль.

Аманда вспомнила слова миссис Эпплби о том, что Алиса пропала, когда их с Крисом отцам было около одиннадцати. Аманда принялась просматривать ранние фотографии, но ни на одном снимке не нашла какую-либо девочку, кроме маленькой Эбби. Будто Алисы не существовало.

Она уже собиралась перелистнуть страницу, как внимание привлекло рождественское фото. Папе на нем было не больше семи лет, он улыбался в камеру и держал тарелку