Убийство проклятого принца - Клэр Сейджер

Присутствующие за столом вернулись к трапезе, ножи и вилки заскребли по тарелкам, зазвучали приглушенные разговоры. Но я чувствовала, что их внимание сосредоточено на нас.

Практически слышала, как они гадают: «Не сломит ли ее именно это?»

Сжав губы, я посмотрела на принца, который внимательно за мной наблюдал.

– Ты же знаешь, милая бунтарка, я мог бы использовать чары, чтобы заставить тебя это сделать.

Я была рада, что у меня сжались челюсти, потому что это помешало мне торжествующе улыбнуться тому факту, что он до сих пор не понял, что у меня есть силы.

– Или еще что угодно, – продолжил принц низким мурлыкающим голосом. – Я мог бы заставить тебя переспать со мной, если бы захотел. Мог заставить тебя наклониться над этим столом и умолять. Но я не хочу прибегать к такой очевидной тактике. Кроме того… – Его клыки сверкнули в озорной ухмылке. – Я думаю, тебе это может очень понравиться. Нет, прелесть в том, что ты полностью контролируешь ситуацию, пока делаешь то, что я приказываю.

Беспокойство, охватившее меня, превратилось в бурлящий водопад. Я дернулась, нахмурив брови. Твою ж…

Я думала, что выигрываю, подчиняясь ему. Раньше мое непослушание доставляло ему удовольствие, и принц, казалось, хотел, чтобы я сопротивлялась его приказам, поэтому поступала наоборот. Но я не рассчитывала, что мое согласие тоже доставляло ему удовольствие.

Черт.

Но нет. Я видела, как его раздражало мое злонамеренное послушание. Это подергивание его губ… Я заглянула в сверкающие глаза Сефера, пытаясь найти хоть какой-то намек на правду в их золотистых глубинах. Но в них читался только вызов.

Он помахал передо мной картофелиной, посыпанной травами, и приподнял бровь.

О черт. Принц не просто неглуп, он хитер. Создал ситуацию, в которой, что бы я ни делала, он мог получать от этого удовольствие. Либо я была непослушной и он мог наказать меня более сурово. Либо же я подчинялась его приказам, следовательно, он меня контролировал.

Если бы я не была так переполнена бушующей яростью, проносящейся во мне подобно штормовому ветру, то, возможно, восхитилась бы тем, как он тонко провел этот раунд.

– Ешь. – Его хвост крепче обвился вокруг моих запястий. – Ты все равно это сделаешь. Если мне придется применить чары, я заставлю тебя сделать это с улыбкой на лице. Или сделаешь сама и можешь хмуриться сколько душе угодно.

Ладно. Я открыла рот и выхватила картофелину. Моя нижняя губа скользнула по подушечке его большого пальца, и брови принца поползли вверх.

На его лице отразилось новое выражение, не торжество или самодовольство, не жестокость или вызов, а удивление. Возможно, даже намек на что-то близкое к беспокойству.

Видимо, у меня еще был шанс победить, бросив ему вызов в ответ.

Я проверила свою теорию и облизала его палец, словно желая ощутить каждую частичку вкуса. Принц затаил дыхание. Его глаза округлились.

Ты даже умудряешься обломать секс.

Ох, милый. Мой бедный колючий принц. Да, он был самым красивым мужчиной, которого я когда-либо видела, и мое тело реагировало на него так, как не должно было, но он тоже реагировал на меня.

Я обхватила губами его большой палец, проведя языком по кончику, а затем отстранилась. Он резко вздохнул. С моих губ сорвался тихий смешок, похожий на тот, что так часто издавал принц.

– Думаешь, я отступлю, – прошептала я, уткнувшись в его кожу. – О, мой бедный принц, теперь ты понимаешь, с кем имеешь дело?

Все еще удерживаемая его хвостом, я скользнула вверх по его бедру достаточно высоко, чтобы заставить его напрячься. Покачав бедрами, я прижалась к телу принца и почувствовала, как он дернулся.

Горячий, яркий и пульсирующий успех поглотил меня. Я ухмыльнулась, позволяя его большому пальцу прижаться к моей губе.

– По-твоему, это похоже на отступление?

– Оставьте нас. – Хриплый голос принца эхом разнесся по комнате, заставив люстры опять зазвенеть.

Комната мгновенно опустела.

18

Он не отрывал взгляд, не отводил глаза в безмолвной битве, единственным звуком которой было наше глубокое дыхание.

Когда дверь за последним фейри закрылась, принц тут же взорвался.

Схватив одной рукой за горло, он швырнул меня на стол. Я даже не сразу осознала случившееся – просто моргнула, а потом оказалась среди тарелок, которые падали и разбивались, столовых приборов и остатков еды, а твердая поверхность впивалась мне в спину.

Принц склонился надо мной, обдав лицо резким и горячим дыханием, оскалив зубы.

– Ты говоришь, птичка. – Его голос дрожал от свирепого напряжения. – По-моему, это очень похоже на отступление. – Принц вжался в пространство между моими ногами, что только усилило сладкое ощущение триумфа, охватившее меня.

Теперь мои руки были свободны, но я оставила их на столе. Пусть видит, что я могу выиграть в нашей битве и пальцем не шевельнув. Вместо этого я склонила голову набок.

– Печальное положение, в котором ты оказался, чтобы заставить меня говорить, – великая победа.

Мое тело пульсировало от пьянящего ликования. Мои ноги обвились вокруг его бедер, притягивая Сефера ближе. Я чувствовала его возбуждение, и тепло разливалось внизу моего живота.

Он издал тихий звук, но не сделал ничего, чтобы отстраниться или прижаться сильнее.

– В этом положении ты единственная, кто находится внизу, птичка. И на тебе ошейник. – Раздался тихий скрежет, когда его когти царапнули по украшению на моем горле.

Мой учащенный пульс предупреждал об опасности. Но также он шептал об удовольствии. И это было то, чего я так долго желала. Все эмоции слились воедино, границы размылись, и я перестала понимать, где заканчивается страх и начинается гнев и как с ними сочетается желание.

Я прижалась к принцу. Прошло всего мгновение, и, когда он уперся в меня своим достоинством, с моих губ сорвался тихий стон. Я издала этот звук определенно не из-за ощущения его твердости или трения. Нет. Я чувствовала радость, потому что одерживала победу.

Возможно, моя реакция подстегнула принца. Его хватка на моем горле усилилась, и он прижался ко мне, двигая бедрами, как будто мы действительно занимались сексом. Его тяжесть на моем теле была восхитительна.

Я попыталась представить, как убиваю этого ублюдка и получаю от этого удовольствие, но то, как Сефер прижимался ко мне, заставляло фокусироваться на происходящем прямо сейчас.

Фейри не отрывал от меня взгляд. Я улыбалась, наслаждаясь его вниманием. Заставить своего врага желать себя – опасная игра, в которой я чувствовала себя живой.

Возможно, убийство было недальновидным. То, что происходило сейчас, могло стать более сладкой местью. Принц