Василиса и проклятая мельница - Глория Нотта

− Ты сам кто такой? – спросила я, почти без дрожи. Кого-кого, а меня никогда не обманывали размалёванные клоунские физиономии и наигранная весёлость.[1]

− Крот, кто же ещё? – изумился голос. Мне всё-таки удалось разглядеть его обладателя – из-под забора выглядывала голова величиной с порядком сдутый футбольный мяч, покрытая лоснящейся чёрной шерстью и трогательным розовым носом. – Вам в сад нужно?

− Как ты догадался? – выпалила я, не успев отреагировать на шиканья Силантия, корчившего уморительные рожи.

− Чего ж тут гадать? Все, кто оказываются у ограды, хотят попасть либо внутрь, либо наружу, в зависимости от того, где находятся.

− Ты случайно не знаешь, где ворота? – «пальнул наудачу» Силантий.

− Знаю, − важно ответил крот. – Нигде. Нет у Ирия врат. Тем, кому положено, проходят сквозь прутья без каких-либо препятствий. А тем, кому не положено… − хоть крот и был слепым, готова поспорить, он нам подмигнул и закончил: − Находят иные пути.

− Ты нам поможешь? – догадалась я.

− Помогу, если у вас есть чем заплатить.

− Не райские жители, а барыги какие-то, − едва слышно посетовал Силантий. – Крот, а туда же!

− Торговля – двигатель прогресса! – выдал крот. – А в Ирии и кроты многое могут. К вашему сведению, я ничего не вижу, зато слышу, как под землёй растут корни растений, не то что ваш жалкий шепот. Да, у тебя в кармане, − он безошибочно повернул свою мордочку к Силантию, − есть одна штучка, которая премиленько звенит. Вот её и возьму в уплату.

− Ничего у меня не звенит! – оскорбился парень.

− А вот врать не нужно! Лгуны и воры плохо кончают. Что мне мешает сейчас поднять тревогу и оповестить Полоза, что в Ирий хотят проникнуть и украсть… чего-нибудь?

− Уважаемый крот, − встряла я, понимая, что конь-оборотень упрямством мало чем отличается от осла, − а не могли бы вы пропустить нас, а мы, когда будем идти обратно, отдадим вам золотой колокольчик?

− Может быть вы думаете, что в Ирии проживают дураки? – грубо ответствовало гадкое животное. – Пущу и, образно говоря, только вас и видел! Нет уж! Или давайте звенящую штучку, или проваливайте!

− Отдай ему, − попросила я Силантия. – Всё равно, он нам не понадобится, если в сад не попадём.

Спутник нехотя извлёк из кармана свёрток и вручил кроту.

− Держи, вымогатель!

− Попрошу не обзываться! – рявкнул тот. – Иначе сделаю такой проход, что вы в него не влезете.

− Прости его, − взмолилась я, понимая, что ситуация вот-вот выйдет из-под контроля.

Не ответив, крот нырнул в землю, словно прославленный ныряльщик в бассейн, а из быстро расширяющейся ямки посыпались комья земли вперемежку с камешками. Через пять минут прямо перед нами образовалась огромная земляная нора, куда вполне мог пролезть подросток… или я.

− Я туда не влезу, − предупредил Силантий. – Не хочу застрять под землёй.

− Чего ждёте! – донесся голос крота из норы. – Лезьте быстрее, вдруг кто увидит? Тогда мне несдобровать.

На мой робкий взгляд, спутник решительно покачал головой. Тяжело вздохнув, я спросила:

− Скажи хоть, куда идти? Где это древо с яблоками?

[1] Этому способствовал один инцидент из детства. Меня, как почти всех порядочных детей девяти лет водили в цирк. В перерыве, я побежала за сахарной ватой, заблудилась и забрела на территорию, где находились вагончики артистов. Рядом с одним таким вагончиком стоял клоун, как был, в гриме, рыжем парике и смешной малюсенькой шляпке. Он громко и зло отчитывал плачущую навзрыд молоденькую девушку в белом коротком платьице с блёстками, похожую на фею из детской книжки. Возможно, он был её отцом, а его дочь набедокурила, но для девятилетней девочки, пришедшей поглазеть на цирковые чудеса, волшебство разрушилось навсегда.

Глава 34

− Если тебе нужна яблоня, то их тут сколько угодно, − из норы вынырнула мордочка крота. – Только рвать их не советую – сразу кто-нибудь из птиц прилетит.

− Как же быть? – совсем растерялась я, замерев на карачках у норы. – Мы ведь за яблоками и пришли. А ещё мне перо Гамаюн нужно…

− Чего проще! – хмыкнул крот. – Полезай скорее в проход, сама всё увидишь. Птицы ужас какие чистоплюйки! Всё время пёрышки чистят, а иногда как сцепятся, только пух во все стороны… В общем, всюду на земле их перья валяются. Бери любое, пока Стратим не налетела и своей бурей всё не смела.

Кое-как протиснувшись в узкий лаз, я вспомнила уроки физкультуры – вот где пригодился навык ползанья по-пластунски в узком пространстве. Выбравшись с другой стороны не удержалась от облегченного вздоха, но радость была недолгой – земля хоть и сухая, но платье испачкалось.

− Не теряй время, иди скорее за яблоками! – поторопил Силантий из-за ограды, заметив, мои тщетные попытки почиститься. – Потом отмываться будем.

Повертев головой, я заметила низкорослое деревце, сплошь увешанное бордовыми плодами. На траве вокруг него валялось множество опавших яблок. Пошарив в кармане, я тут же осознала оплошность – мешок остался у Силантия.

− Передай мне через прутья мешок для яблок, − попросила я его. Парень так и поступил, но стоило ему просунуть руку через ограду, как раздался громкий звон, похожий на то, как если бы несколько гонгов и колокольчиков зазвучали одновременно, со всех сторон.

− Что ты наделал! – закричал крот, схватившись лапками за голову. – Сейчас страж явится! Вы как хотите, а я убегаю!

Он нырнул в только что вырытую нору и снова из неё посыпались комья земли, очень быстро закрывшие проход, о котором теперь напоминал только подозрительно округло взрыхлённый участок земли. Не зная что делать, я заметалась вдоль ограды, а Силантий кинулся за ближайший куст. Звон прекратился, и больше ничего не происходило.

В голове мелькали разные сценарии. Крот хоть и закопал норку, но небрежно – скорее всего, я сумею её разрыть. В любом случае, взрыхлённую землю копать легче. Теперь важнее насобирать яблок… Здесь меня ждало неприятное открытие. Те плоды, что висели на дереве, словно светились. Даже на расстоянии я ощущала мощный поток энергии, исходящий от дерева. Она даже слегка ударила в голову, от чего тело наполнилось лёгкостью, настроение на ровном месте взлетело на облаках неземной эйфории, а ноги сами пустились в пляс.

Падалица выглядела