Герцог и гувернантка - Элоиза Джеймс

настоящий герой, но он искатель приключений, и этим все сказано. Я сразу поняла, что они с нашей дорогой Уиллой созданы друг для друга. Оставалось лишь убедить его последовать собственным инстинктам.

— Значит, теперь за землями присматриваешь ты?

— Именно, — безмятежно ответила тетушка. — Следовало бы мне сразу этим заняться, но после смерти Горация твой отец страшно боялся потерять и тебя — и необходимость управлять поместьями стала для него удобным предлогом, чтобы никуда тебя не отпускать. Разумеется, главную работу тут выполняют Уилкинс, Баттерик и Шелл.

Норт молча, переваривал эту новость. В самом деле, отец поручил ему общий надзор за управляющими своих трех поместий через несколько недель после трагедии с Горацием.

— Мне стоило отобрать у Аларика гроссбухи, — продолжала тетушка, — как только природа взяла свое. Ведь Уилла — такая же любительница приключений, как и ее муж.

— Никогда бы не подумал! — пробормотал Норт, вспоминая свою утонченную невестку. — Что ж, благодарю, что взяла мои обязанности на себя.

— Они и не твои — это обязанности твоего отца. Но раз уж я их взяла, отдавать не собираюсь, — ответила она, похлопывая веером по колену. — Сам знаешь, как люблю командовать! Кстати сказать, я распорядилась построить водяные мельницы по твоим эскизам. Доходы нашего родового имения я увеличила на одиннадцать процентов — и надеюсь выжать из него рост еще в несколько процентов в следующую пару лет.

— Браво! — искренне ответил Норт.

Итак, он свободен. Эта мысль медленно просачивалась в сознание. Его обязанности переняла тетушка, она этим вполне довольна и не собирается уступать ему место. Значит, пока он не вступит в наследство (а это, будем надеяться, произойдет еще нескоро), нет нужды оставаться дома.

В замке, где не будет Дианы и Годфри… хотя какое это имеет значение?

— Только что пришло письмо от Аларика, — продолжала тетушка. — Уилла из него веревки вьет; но, по счастью, у них есть главное, что составляет удачный брак, — общее увлечение. Оба они страстные путешественники.

Норт всегда хотел посмотреть на Колизей. И что мешает? Пара дней — и он сядет на корабль, а Диана останется на берегу…

— Да и тебе стоит куда-нибудь съездить, — добавила тетушка, заметив выражение его лица. — В наше время все ездят за границу. Диана тебе рассказывала, что ее кузина Лавиния со своей матерью переселилась в Париж?

Норт кивнул.

— Говорят, французский двор Лавиния покорила так же легко, как и английский. — Тетушка почти не выезжала из замка, но неизменно была в курсе всех столичных сплетен.

В кабинет вошел с поклоном Призм.

— Лорд Роланд, могу я предложить вам что-нибудь освежающее? Шерри, возможно, или шампанское?

Норт взглянул на тетушку; она потягивала из бокала что-то золотистое, блестящее, словно старые монеты в свете свечи.

— Я выпью то же, что и моя тетушка.

Секунду спустя Призм поднес ему внушительных размеров бокал бренди.

— Призм полагает, что дамы до обеда должны пить шерри, — заметила тетушка, когда за дворецким закрылась дверь. — Но я вечно его разочаровываю.

— А что думает Призм о роли Дианы в нашем доме?

— Ну, я в домашние дела не вмешиваюсь, — явно неискренне ответила тетушка. Насколько помнил Норт, в домашние дела она вмешивалась часто и активно: то утешала горничную, страдающую от несчастной любви, то, например, без предупреждения привозила в замок новую гувернантку. — Как-то он с ней смирился — хотя, конечно, Диана все здесь перевернула вверх дном. У нее бывают очень необычные идеи.

— Например?

— Прошлым летом, когда твои сестры приехали домой на каникулы, она решила, что детям нужно домашнее животное, и поселила в классной комнате козленка.

— А дальше?

— Козленок прожил в замке два дня. За это время умудрился съесть весь гардероб куклы Арти, три пары туфель, шторы в классной комнате, каминный коврик, несколько подгузников и пару гравюр, посвященных приключениям лорда Уайльда.

Неудивительно, что Диана сшила для куклы Арти ночную рубашку! Видимо, это объясняет и то, почему сама она носит такие безобразные туфли.

— А в августе, когда вернулись из Итона твои братья, Диана отправилась с ними на деревенскую ярмарку. Там они играли в «сбей кокос», пока не выиграли свинью и всех десятерых ее поросят.

— Впечатляет!

— Накануне днем Диана провела с ними тренировку, с репой вместо кокосов. Мальчики решили потренироваться еще и вечером залезли в теплицу, где Бакл выращивает дыни. Разумеется, не все дыни остались целы, так что Бакл потом был очень недоволен.

Норт расхохотался.

— Мальчики хотели оставить одного поросенка себе, но Диана уговорила их и свинью, и всех поросят отдать Баклу в возмещение ущерба.

— А кто платил за кокосы? — поинтересовался Норт.

— Диана, — ответила его тетушка. — Мальчики потом все ей возместили из своих карманных денег. Но еще Диана купила цветы для больной жены хозяина гостиницы и цыганское зелье от зубной боли для одного из наших лакеев.

— Помогло зелье?

— Не помогло. Еще она купила кружевной воротничок для Агнес, нашей второй горничной, у которой появился ухажер, и голубую супницу дрезденского фарфора в подарок мяснику на его свадьбу.

— Она совсем не понимает ценности денег, — заметил Норт.

— Для молодой леди это дело обычное, — ответила его тетушка.

— А что ты знаешь о ее сестре Розе?

Леди Ноув отпила бренди.

— Поскольку я понимала, что Годфри не может быть твоим сыном, то наняла сыщика с Боу-стрит и поручила ему докопаться до истины. Рано или поздно мальчик захочет узнать, кто его отец и почему он не принимает никакого участия в его жизни. Роза Белгрэйв стала матерью в пятнадцать лет.

В этом возрасте многие молодые леди уже помолвлены; однако для материнства пятнадцать лет — еще очень рано.

— Отец Годфри, Арчибальд Юинг, был единственным сыном в семье, чье происхождение относится ко временам до нормандского завоевания, владеющей поместьями как в Шотландии, так и в Англии, — продолжала его тетушка. — Если бы не пьяный кучер, со временем Арчибальд стал бы лэрдом Фенниса. А знаешь, кто теперь должен стать следующим лэрдом? — И она одним глотком прикончила свой бокал.

Норт нахмурился.

— Нет, откуда мне знать?

— В Шотландии незаконнорожденность — не основание для лишения наследства, — объяснила его тетушка. — Наследник — старший по мужской линии, независимо от того, в законном ли браке он родился. Так что в один прекрасный день Годфри станет лэрдом.

На несколько секунд воцарилось молчание.

— Почему ты не сообщила о существовании Годфри его оставшимся родственникам? Они, должно быть, и понятия о нем не имеют!

— Решила этого не делать. И Диане тоже ничего не сказала.

— Но почему?

— Наследник, который не умеет говорить? Лучше ему быть незаконнорожденным отпрыском Уайльдов,