Второе замужество миссис Каммингс - Полина Сутягина

За завтраком Клер, сияя, объявила, что вчера нашла двух отличных коней, и сегодня с утра их доставили в конюшни.

– Я отдала все необходимые распоряжения и наняла конюха. Поэтому после завтрака предлагаю вам отправиться на конную прогулку по окрестностям.

– Разве ты не покажешь нам окрестности?

– Мне необходимо сегодня заняться делами, к тому же мне удалось приобрести пока всего две лошади. Думаю, вы прекрасно прогуляетесь вдвоем. А в другой день я поеду с тобой, Ричард.

Она, как всегда, улыбнулась брату, и у него не осталось возражений. Да и я, признаться, была рада провести с ним время вдвоем.

После завтрака мы ушли переодеваться, а Клер отправилась в конюшню отдать распоряжения. Несколько раз мне показалось, что в потухшем камине вспыхивали угли, как будто пытаясь возродить угасшее пламя. Как ни странно, я почти не чувствовала сегодня присутствие Бардальфа за завтраком, хотя он наверняка там был.

Когда я спустилась в конюшню, брат уже стоял там, похлопывая по шее высокого пегого коня. Крепкий красивый жеребец окраса рыжего с белом как раз соответствовал вкусам брата. Рядом робко переминалась вороная кобылица. Невысокая, хрупкая и элегантная, возможно, даже арабская, однако я плохо разбираюсь в лошадях, чтобы утверждать наверняка. На ней красовалось женское седло. Впрочем, даже без этого было понятно, кому предназначена лошадь. Все было готово, хотя конюха мы так и не видели. Брат сам помог мне сесть и потом с легкостью взобрался на своего скакуна. Он и дома поступал так.

Мы неспешно выехали за переделы парковой части, и перед нами раскинулись холмистые переливы засыпанных тонким слоем снега вересковых полей. Тогда мы дали волю коням и понеслись вперед, словно дома, на зеленых лугах поместья, как раньше скакали мы наперегонки. На время я забыла и замок, и его хозяев, и даже холодный ветер севера, обжигавший мои щеки, не обострил моей памяти. Мы были вновь одни – я и мой брат. Мы смеялись, подшучивали друг на другом, как и раньше. В какой-то момент мы выехали к краю обрыва, и перед нашими взорами распахнулся вид на холодные свинцовые воды северного моря. Брат спешился, давая отдохнуть своему коню, и подошел, чтобы помочь мне спуститься. В этот момент случилось странное. Такая мирная до этого кобыла вдруг резко фыркнула, дернулась, словно ей под копыта скользнула змея. Заржав, она откинулась на дыбы, угрожая брату копытами, и тот отпрял на мгновение. Я же просто чудом удержалась в седле, а потом она понесла.

Ни узда, ни мои крики не могли остановить того бешеного зверя, что вдруг оказался подо мной. Мне оставалось только вцепиться в нее и прижаться к горячей мускулистой шее животного. Сквозь гулкие удары собственного сердца я слышала отдаленные крики брата. Вероятно, он вскочил на коня и пытался догнать нас. Но кобыла как обезумела. Я не знала, куда мы неслись, у меня не было возможности даже понять. Ветер хлестал меня, перед глазами мелькали запорошенные снегом кустики вереска и торчащие сквозь них камни, словно зубы оскалившегося перед смертью животного.

К сожалению, женское седло не способствует уверенной посадке в такой ситуации. И потому произошло то, что должно было рано или поздно случиться. В момент очередного бешеного скачка я не удержалась.

Не могу сказать с достоверностью, что было дальше. Помню только холод камней подо мной и алые пятна крови, впитывающиеся в снег, кусок серого неба, уныло нависшего надо мной, и веточку вереска, касавшуюся моего лица.

Тяжелые смутно очерченные облака текли в этом клочке неба. Холод медленно наполнял мое тело. Время текло как-то иначе, может, его и вовсе не было… Перед внутренним взором всплыло вдруг лицо брата, но много лет назад – он сам еще подросток смотрит с улыбкой на меня – маленькую девочку, помогает подняться. Мне тогда было шесть. Я убежала от гувернантки, когда мы гуляли в саду, и влезла на дерево. Брату удалось разыскать меня как раз вовремя. Неудобно взявшись за ветку, я сорвалась. Оцарапала руку и больно приземлилась. Он поднял меня…

Но сейчас его не было, только видение прошлого, которое вскоре растаяло, оставив меня лежать одну на заснеженных камнях.

∞∞∞

Если бы я только знал… Я предчувствовал что-то за завтраком, даже принюхался. Но еда была в порядке – Клер не станет повторять неудавшийся трюк дважды. Они говорили о конной прогулке. Уверен, что Клер где-то угнала лошадей, а вовсе не приобрела, как утверждала. Кто совершает такую сделку за вечер? Но ее новый муж, видно, никогда в своей жизни лошадей не покупал, и потому только смотрел на эту ведьму с благодарностью. Как же она любит наивных мужчин…

Когда они отправились собираться, мне стало еще неспокойнее. Почему она не ехала с ними? Если уж добыла двух, то с легкостью добыла бы и трех. Нет, здесь дело было в чем-то другом. Но, к сожалению, я понял, в чем именно, слишком поздно, когда уже ничего не мог сделать.

Я пытался поначалу привлечь внимание Люсии, раздувая пламя в ее камине. Еще не зная об опасности, но предчувствуя, я надеялся, что она услышит меня, но все было тщетно. Они спустились в конюшню, и уже только из окна я мог наблюдать двух всадников, выезжающих за ворота – его на пегом крупном скакуне, почти тяжеловозе! Ха, ну и вкус! И ее на…

Вот тогда-то и я понял коварный план Клер!

Я бился в стекла, ронял канделябры, выл в каминных трубах, неистово носился по замку, надеясь найти хоть лазейку, хоть какой-то способ для меня, бестелесно, покинуть эту гробницу, чтобы остановить ее! Но все было тщетно. Я был один в этих стенах, я был рабом этой лампы…

Они удалялись, постепенно скрываясь за деревьями. Я поднялся на башню, откуда открывался обзор до самого моря. Я видел, как понесла вороная кобыла… А потом… Во мне все оборвалось. Мир застыл, словно не было в нем течения времени, тяжелых облаков на нависшем над замком небе, шелеста ветра в вереске…

Она упала на камни. Я видел это так ясно, словно был там, рядом с ней, а не на вершине башни. Ее бледное лицо, пятна крови на снегу… Ее пронзительно голубые глаза, устремленные в бесконечность…

Я не мог этого вынести! Нужно было что-то сделать. Я бросился вниз, в оранжерею. Там на кусте камелии распускался очередной бутон, а первый уже отцвел. Вид мертвого цветка добавил силы моему ужасу, я