Снежный Лотос для Небесного Судьи - Ан Синьи

– Вторжение в разум. Господин Зеркал щупает почву. Он почувствовал смерть своей марионетки Янь Хун и теперь ищет нас в мире грез.

– Мне страшно, – призналась я. – Он… он сильный. Я не могла дышать.

– Он не достанет тебя, пока я рядом. – Шан Гуань отстранился, чтобы посмотреть мне в лицо, которое взял в ладони, большими пальцами стирая слезы с моих щек. – Твоя защита разума слаба из-за неразвитых каналов. Ты открыта для вторжения.

– Что мне делать? Не спать?

– Спать, но я дам тебе защиту.

Он снял со своей шеи простой кожаный шнурок, на котором висел небольшой кулон из черного камня, испещренного белыми прожилками.

– Это Око Бездны, артефакт, поглощающий атаку чужого злого разума. Я носил его в юности, когда еще не умел контролировать свой разум. Он мне не нужен, но я ношу его по привычке. – Он надел кулон мне на шею. Теплый от его тела камень лег в ложбинку между ключиц. – Носи его, а я закажу у мастеров что-то более мощное. Серьги с лунным серебром или малую корону с защитными иероглифами. Мы закроем твой разум броней, Лин Юэ. Никто больше не войдет в твою голову без спроса.

– Спасибо. – Сжала камень в руке. Страх отступал.

– Ложись. – Шан Гуань уложил меня обратно на подушки и накрыл одеялом, подоткнув края. – Я посижу здесь, пока ты не уснешь.

– Ты не уйдешь?

– Я буду охранять твой сон. Даже в мире грез я найду тебя и вытащу.

Я закрыла глаза, теперь темнота была спокойной. Рядом сидел Ледяной Дракон, и ни одно зеркало не смело отразить ничего дурного.

Утро началось с запаха свежего чая и рисовых лепешек. Слуги накрыли завтрак в служебном покое, поставив столик между скамьей и окном. Я вышла из спальни, чувствуя себя разбитой после ночи, но защищенной. Кулон Шан Гуаня висел у меня на шее, приятно тяжелый.

Шан Гуань уже сидел за столом. Он был одет в темно-синий халат с серебряной вышивкой, который вчера заказал у портных (видимо, у него был похожий в запасе или хозяйка Лю работала ночью), и выглядел сосредоточенным.

Когда я вошла, он поднял на меня взор, в глазах мелькнуло предостережение. Он поднес палец к губам: «Тсс». Я замерла. Шан Гуань взял кисть, быстро написал что-то на листе бумаги и развернул его ко мне. «Под вазой с ирисами подслушивающая печать. Веди себя естественно. Нам нужно скормить им ложь». Я едва заметно кивнула и села напротив, сердце забилось быстрее. Началось. Враги проникли в дом.

– Доброе утро, муж мой, – сказала я вслух, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно. – Как спалось?

– Неплохо, – ответил он, наливая мне чай. – Хотя мысли о вчерашней находке не давали мне покоя. – Он подвинул ко мне чашку с запиской, где была расписана вся очередность слов, которые я должна была выдать, и выразительно посмотрел на меня.

– О находке на руднике? – подхватила я, намазывая лепешку медом. – Да, это было ужасно. Столько смертей… Но знаешь, меня больше поразило то, что мы нашли в центре того… алтаря.

– Ты про семя? – Шан Гуань кивнул, одобряя.

– Да, семя Призрачного Лотоса. Я думала, они исчезли триста лет назад. Найти живое семя такой силы… Это невероятная удача.

– И невероятная опасность, – добавил Шан Гуань громче. – Лекари говорят, что это семя может продлить жизнь на полвека или усилить культивацию до Небесного уровня. Любой собиратель древностей в столице душу продаст за такую редкость.

Я видела, как он пишет на бумаге: «Министр Гунсунь – фанатик продления жизни. Он стар и болен».

– Жаль только, что оно увядает, – вздохнула я. – Без подпитки кровью оно умрет к полуночи.

– Именно поэтому я решил не хранить его в сокровищнице, – сказал Шан Гуань решительно. – Оно бесполезно для меня, моя стихия – лед, а Лотос – чистая тьма. Я продам его на Черном Рынке сегодня же.

– Сегодня? Но это рискованно!

– Зато прибыльно. Мой доверенный человек отнесет его на торги теней в полночь. Пусть продаст тайно. Кто больше даст – того и семя. Хоть сам Император, хоть демон.

Он подмигнул мне и смял бумагу с подсказками, тут же заморозив ее в ледяную крошку, которая осыпалась в пустую пиалу. Вода растворила чернила. Пара движений руками, и над вазой с прослушкой образовался барьер.

– Ты права, жена, – сказал он обычным тоном. – Доедай, нам нужно подготовиться.

– Подготовиться к чему?

– К созданию обертки для товара. – Шан Гуань многозначительно посмотрел на меня.

Я осознала, что нам нужно создать «семя», за которым сегодня ночью придут люди Министра. Через час мы были в моей маленькой мастерской алхимика, которую обустроил Шан Гуань, принеся все необходимое для моей работы.

– Ты сможешь это сделать? – спросил он, запирая дверь и устанавливая полог тишины.

– Фальшивое духовное сокровище, которое никто не видел триста лет? – Я усмехнулась, закатывая рукава. – Легко, главное, чтобы оно светилось и источало правильную ци.

Я выложила на стол ингредиенты, которые попросила у Чэня: сушеный корень мандрагоры для придания формы, светящийся мох из пещер для свечения и… каплю яда из железы речной жабы для запаха опасности.

– Мне нужно что-то, что создаст видимость мощной темной ци, – пробормотала я. – Мох даст свет, но нужна пульсация.

– Возьми это. – Шан Гуань снял с пальца кольцо с черным камнем. – Здесь запечатан дух мелкого демона, которого я поймал год назад. Он слабый, но от него исходит много тьмы.

– Идеально.

Я принялась за работу. Мои руки, больше не скованные браслетами, летали. Я вырезала из корня форму семени, вложила внутрь кольцо, облепила все мхом и запечатала воском, смешанным с ядом.

Это была тонкая работа. Я вкладывала в фальшивку знание алхимии. Люди видят то, что хотят видеть. Если они ждут чуда, то узрят чудо в куске деревяшки. Шан Гуань наблюдал за мной, прислонившись к стене, в его глазах отражалось нескрываемое уважение.

– Ты опасная женщина, Лин Юэ, – сказал он, когда я закончила. На столе лежал черный бугристый предмет размером с яйцо, который слабо пульсировал фиолетовым светом, и от него исходил отчетливый тревожный гул. Но это было не все, я заложила туда интересный сюрприз, который себя в свое время покажет.

– Я дочь своего отца, – ответила я, вытирая руки тряпкой. – Он продавал мел под видом лекарства, я же продам деревяшку под видом бессмертия.

– Гунсунь клюнет, – уверенно сказал Шан Гуань, поднимая «артефакт» с помощью ци, не прикасаясь к нему, и поместил в шкатулку. Пальцами начертал запечатывающее заклинание в воздухе над шкатулкой, символы вспыхнули и втянулись в предмет. – Он помешан на здоровье. Если он услышал наш разговор, то пошлет своего лучшего скупщика или придет сам.

– И что мы будем делать? И что ты сделал?

– Мы пойдем на