Снежный Лотос для Небесного Судьи - Ан Синьи

торги, скрывшись за масками, и посмотрим, кто купит нашу пустышку, а потом проследим за покупателем до самой норы Зеркального Господина. Что до заклинания, то я наложил Печать Ближнего Круга. Никто не сможет открыть шкатулку, пока я не подойду к ней на расстояние ста шагов. – Он протянул мне руку. – Ты готова к выходу в свет, жена моя?

– Всегда готова, муж мой.

Мы обменялись улыбками заговорщиков. Теперь мы были не просто супругами, а подельниками, и это чувство казалось слаще любого поцелуя.

Глава 14

Сумерки сгустились над столицей, превращая белый снег в серый пепел. В то время как добропорядочные граждане запирали двери на засовы, а патрули стражи зажигали фонари на главных улицах, в тенях просыпалась другая жизнь, где золото стоило дешевле секрета, а жизнь – дешевле золота.

Мы готовились к выходу. Моя маленькая мастерская алхимика превратилась в палату для переодевания. Шан Гуань принес одежду, которую его доверенные люди достали на окраинах города, – качественные, но лишенные клановых и отличительных знаков вещи, привычные для наемников или вольных культиваторов.

– Небесный Судья слишком узнаваем, – пояснил он, бросая на стол сверток темной ткани. – Моя ледяная суть, искусство боя и даже манера говорить выдадут нас с головой. Сегодня я не Судья, а Е Гу, бродячий мастер меча с дурным характером и тяжелой рукой.

Он развернул сверток. Вместо привычного строгого многослойного облачения там лежал длинный халат цвета запекшейся крови с узкими, удобными для боя рукавами. Шан Гуань быстро переоделся. Он затянул на запястьях широкие наручи из грубой темной кожи, повязал на пояс простой кожаный ремень, к которому прицепил потрепанные ножны, и завязал на лице тканевую маску, которую пока припустил.

– А кто тогда я? – спросила, разглядывая свой наряд.

По сравнению с моими обычными закрытыми платьями это казалось почти вызывающим. Верхняя рубашка из тончайшего шелка имела глубокий и широкий вырез, полностью открывающий шею, ключицы и верхнюю часть груди. Для девушки моего круга это граничило с бесстыдством. Узкие рукава подчеркивали руки, а длинная юбка гранатового цвета, сшитая из невероятно легкой ткани, стелилась по полу, очерчивая силуэт при каждом движении. Довершал образ длинный легкий, словно утренний туман, шарф из алого шелка.

Шан Гуань подошел ко мне уже переодетым. Он убрал волосы в высокий хвост, перехваченный красной лентой. Это изменило его образ до неузнаваемости: вместо холодной статуи передо мной стоял опасный дикий зверь.

– Ты моя спутница. – Он ухмыльнулся, и эта ухмылка была пугающе подходящей для его новой роли. – Капризная, избалованная ядовитая красавица, требующая дорогие игрушки. Ты приманка, Лин Юэ, и ты моя добыча.

– Добыча? – Я вскинула бровь, беря в руки вуаль. – Звучит унизительно.

– Звучит убедительно, – парировал он. – В Призрачном Квартале уважают только силу и тех, кто ей обладает. Чтобы нас не трогали мелкие сошки, они должны видеть, что ты принадлежишь мне и что я достаточно безумен, чтобы убить любого, кто на тебя посмотрит.

Он взял кинжал из метеоритного железа, который подарил мне вчера, и ловким движением закрепил его на моем бедре поверх шелка платья. Его пальцы скользнули по моей ноге, задержавшись чуть дольше, чем требовалось.

– Держись ко мне вплотную, – прошептал он, наклоняясь к моему уху. От него пахло кожей, сталью и чем-то терпким вроде сандала. Он даже свой запах поменял. – Если кто-то подойдет, то не вступай в разговор и смотри на них как на грязь. Я буду говорить и бить.

– А если придется драться? – спросила я, чувствуя, как сердце начинает колотиться быстрее от предвкушения. – Ты не сможешь использовать лед.

– Я мастер меча, Лин Юэ. – Шан Гуань выпрямился и положил руку на рукоять простого, но тяжелого палаша, висевшего у него на поясе вместо изящного ледяного клинка. – Мой лед – это моя власть, но моя сталь – это моя ярость. Поверь, мне хватит и стали. – Он протянул мне руку. – Ты готова сыграть свою роль, моя ядовитая красавица?

Я надела вуаль, скрывая лицо. Остались видны только глаза, которые я густо подвела сурьмой.

– Веди меня, Е Гу. Только смотри не заиграйся.

* * *

Призрачный Квартал находился в катакомбах под старым водоводом. Вход туда лежал через неприметную лавку мясника в Нижнем городе. Когда мы спустились по сырым, скользким ступеням, в нос ударил густой, тяжелый запах: смесь дешевых благовоний, жареного мяса и пота. Здесь не было солнечного света, только тысячи бумажных фонарей, горевших красным и фиолетовым огнем, отбрасывали причудливые тени на стены.

Толпа здесь была пестрой и опасной. Огромные наемники со шрамами через все лицо, скрытные торговцы ядами в глубоких капюшонах, падшие женщины с томными взглядами, беглые культиваторы, чья ци была искажена запретными практиками.

Шан Гуань шел сквозь толпу и не уступал дорогу никому. Он шел, и его тяжелая, давящая, полная скрытой угрозы аура заставляла людей расступаться. Его властная ладонь лежала на моей талии и прижимала меня к себе так плотно, что я чувствовала каждое движение его бедра при ходьбе. Это была часть роли, я знала это, но мое тело реагировало на близость предательской дрожью.

– Смотри, – шепнул мне Шан Гуань, кивнув в сторону прилавка, где торговали амулетами из человеческих костей. – Видишь того мужчину в сером плаще?

Я скосила глаза. У прилавка стоял неприметный человек, лицо которого было скрыто магической дымкой.

– Это один из ищеек Гунсуня, – пояснил Шан Гуань. – Я узнаю стойку охраны Казначейства. Они уже здесь, а значит, наживка сработала.

Мы прошли к центру квартала, где располагался торговый дом «Золотой Лотос». Это было помпезное здание, вырубленное прямо в скале. На входе нас остановили.

– Приглашение? – прорычал бугай с кожей цвета бронзы.

Шан Гуань даже не замедлил шаг. Он выхватил золотой лян и отправил его в лоб охраннику. Лодочка врезалась в плоть, оставив красный след, и упала в подставленную ладонь.

– Мое приглашение – это мое золото, – лениво протянул Шан Гуань измененным грубым голосом. – И моя спутница не любит ждать на сквозняке. Прочь с дороги.

Охранник оскалился, но, оценив вес золота и наглости, отступил. Про себя я поражалась, как быстро Шан Гуань приноровился к своей роли.

– Проходите, мастер.

Мы вошли в зал, где было душно и темно. Публика сидела за отдельными столиками, скрытыми в нишах, в центре возвышалась сцена, освещенная волшебными камнями. Мы заняли столик в тени, откуда открывался хороший обзор на зал. Шан Гуань сел, развалившись на стуле, и потянул меня к себе, заставляя сесть к нему на колено. Я застыла: этого в плане не было.

– Сиди, – шепнул он мне в шею, обжигая кожу дыханием. Его рука по-хозяйски легла на мое бедро, пальцы поглаживали шелк платья. – Мы изображаем страсть, помнишь? Если мы будем сидеть как на приеме у Императора, нас быстро вычислят.

– Ты пользуешься моментом, Судья, – прошипела