Враг императора - Жасмин Мас

— Зачем ты… поцеловал меня? — прошептала я.

— О чём ты вообще болтаешь, Равенал?

Он медленно склонил голову набок, а его глаза сузились от ледяной угрозы.

— Я никогда… не прикасался к тебе.

Он яростно провёл руками по волосам и ушёл прочь, что-то бормоча на своём странном языке, полном жёстких согласных. Что, чёрт возьми, сейчас произошло?

— РЫЦАРЬ-МАГ, ВЫ НЕ ВЫПОЛНИЛИ ЗАДАНИЕ… — голос Маршала раскатился над дюнами.

Она стремительно шла ко мне, а за её спиной в идеальном строю двигалась дюжина Теневых мечей. Позади неё небо почернело — на горизонте собиралась песчаная буря.

Сквайр приземлился мне на лоб.

— Я провалился?

Он обеспокоенно клюнул меня в нос.

— Похоже на то.

Он возмущённо заверещал.

Я перевернулась на колени, зачерпнула горсть песка и закричала во всё горло, пока во рту не появился вкус крови. Воспоминания вновь поднялись на поверхность, преследуя меня.

9

ПРЕЖДЕ: ЦАРСТВО ТЕРРОРА И (ОШИБОК)

ЗОРА РАВЕНАЛ, ДВАДЦАТЬ ДВА ГОДА

ЧЕТЫРЕ МЕСЯЦА НАЗАД

Аврора тихо кашлянула и прижалась ко мне, пока мы шли через центр города домой. Я положила подбородок ей на макушку, наслаждаясь её теплом и особенным запахом — смехом и счастьем. Кончики её светлых волос ярко-розово мерцали, перекликаясь с прядью, окрашенной в тот же цвет на правой брови.

Из-за Штормовых войн пострадали поставки всех импортных товаров, поэтому она несколько месяцев откладывала деньги, чтобы купить флакон краски из старой партии, а я потратила всё утро, кропотливо нанося её. Кончики моих пальцев окрасились в ярко-розовый, но результат того стоил.

Она выглядела прекрасно.

Над головой громко хлопало полотно, натянутое между кирпичными зданиями. На пятидесятифутовом портрете, растянувшемся через весь городской центр, было написано:

ОСТЕРЕГАЙТЕСЬ: ИМПЕРАТОР АЛЕКСАНДЕР ЖЕСТОКИЙ И ТАРАНТУЛ НЕСУТ ШТОРМОВЫЕ ВОЙНЫ НА СЕВЕР.

Под предупреждением красовалась искусно написанная картина — самый свежий портрет Императора. Художник с поразительной точностью передал его развращённый облик.

С подростковых лет его лицо почти не изменилось. Безжизненные бледные глаза, окружённые тёмными кругами, смотрели на меня с лица с угловатыми чертами, впалыми щеками, ненавистными бордовыми губами, чёрными как смоль волосами и поразительно тёмными бровями.

Моя любимая деталь: на его большом аристократическом носу красовалась крупная обесцвеченная шишка, а по коже спереди на шее тянулся единственный шрам. Каждый раз, когда он смотрелся в зеркало, я надеялась, что он вспоминал обо мне и о том, как сильно я его изуродовала.

— Зора, Аврора — это вы? — крикнул Блейк с другого конца улицы.

Половое созревание превратило его из надоедливого мальчишки в высокого, красивого и ещё более надоедливого мужчину. Мы с Авророй переглянулись. А потом обе побежали вниз по улице, хихикая, как подростки. Блейк кричал нам вслед, но его голос становился всё тише, пока мы пересекали заснеженную булыжную мостовую.

— Казалось бы, он уже должен был понять намёк, — сказала Аврора, изо всех сил стараясь не отставать от меня.

— Мужчины тупые. — Я спрыгнула со ступенек там, где улица пересекалась с первым рядом таунхаусов.

— Мужчины очень тупые, — пропел Сквайр с интонацией женщины, полной презрения к мужчинам (что было весьма метко).

Аврора спускалась по одной ступеньке за раз, пока я ждала её внизу.

— И где же все сильные воины-мужчины? — спросила она. — Где все рыцари-маги, которые убивают драконов и жаждут женщин?

— Думаю, Блейк как раз испытывает это самое томление, — заметила я, хватая её за руку.

Она благодарно улыбнулась и прижалась ко мне, согреваясь.

Сквайр кивнул.

— Томится по мне?

— Конечно, — ответила я.

— Ура! — взвизгнула Сквайр.

Аврора шутливо стукнула меня по руке.

— Нет, мне нужен мужчина, который благодаря своей физической мощи будет готов сжечь мир дотла, убивая всех подряд, лишь бы поклоняться мне. Он будет месяцами томно вздыхать, преследовать меня, умолять, делать всё что угодно, лишь бы заслужить моё расположение.

Она мечтательно улыбнулась.

— Звучит как преследование, — сказала я. — И если бы какой-нибудь мужчина так с тобой поступил, я бы его убила. Ради твоей же безопасности.

Она подмигнула мне и легонько толкнула локтем.

— А если бы кто-нибудь сделал это ради тебя? Ты тоже опасная. Это было бы… — Она сложила ладони и изобразила взрыв.

— Тревожно, — сказала я.

— Горячо. — Она послала мне воздушный поцелуй.

Я отправила один в ответ.

— Я бы столько раз пырнула ножом этого вымышленного мужчину, что он умолял бы о смерти, истекая кровью у меня на коленях, и…

— Э-э, ладно, забудь. — Она рассмеялась. — Кстати о кошмарах, ты слышала, что всего неделю назад все четверо братьев Адамс вышли за стены на спор, и всех их убил лютый медведь? Клянусь, у нас кризис мужской состоятельности. Ты слышала, что они были…

— Слышала.

Я нашла их расчленённые останки и притащила обратно за ворота для погребального костра.

— Что ж, тогда давай поговорим о чём-нибудь позитивном, — сказала Аврора, с довольным вздохом прислонив голову к моему плечу. — Новая техника утепления шерстью, которую мы совершенствовали, делает перчатки невероятно тёплыми.

— А я тебя переплюну. Я обнаружила новую трассу для сноуборда.

Аврора рассмеялась.

— Это не затмит мои увлечения. Ты видела новые шерстяные рубашки? Они такие тонкие и…

ГУДОК.

Мы остановились.

— Ещё один магический шторм? — спросила Аврора. — Почему они всё время нацеливаются на нас…

ГУДОК — ГУДОК — ГУДОК.

— ПРЯМОЕ ВТОРЖЕНИЕ! — проревел Манто, глава совета. Его слова подхватил ветер, и они громко, зловеще разнеслись по всей Коммуне.

Мы с Авророй медленно повернулись друг к другу, пока вокруг взрывался хаос. Люди кричали соседям и бросали свои дела. Родители хватали маленьких детей и бежали внутрь домов. Двери захлопывались. Щёлкали замки.

Я схватила Аврору за руку и побежала, таща её за собой изо всех сил. Когда мы добрались до моей улицы, волосы встали дыбом.

Сосульки размером с людей свисали с фонарных столбов и крылец, сверкая серебряными прожилками. Магическая метель. Я всматривалась в горизонт, но, в отличие от Великой осады Севера, там не было ни драконов, ни рёва, ни пламени. Небо над головой клубилось тёмными тучами, но ледяной дождь не шёл.

Неужели Королевский маг уже каким-то образом напал?

— Мама! — закричала я, взбегая по ступенькам к нашему дому и врываясь внутрь.

Тишина.

Центральный очаг тускло светился тёмно-красными углями, рядом с ним нетронутым стоял мой сноуборд, а шахматная доска на приставном столике была расставлена для сегодняшней партии.

— Мам?

Я обыскала все комнаты, бросилась наверх, но дом был пуст.

— Миссис Равенал…? —