Враг императора - Жасмин Мас

Соседка должна знать. Я выскочила на улицу и побежала по скользким ступеням к дому рядом с нашим. Я подняла кулак, чтобы постучать…

Дверь распахнулась, разлетевшись осколками льда.

— Зора… они забрали… они забрали… — Миссис Шеридан беспомощно замолчала, по её покрасневшему лицу катились слёзы, пока она пыталась отдышаться. — Они забрали твою мать.

За моей спиной Аврора ахнула. Медленно, словно в замедленной съёмке, я схватила миссис Шеридан за ворот плаща и изо всех сил встряхнула.

— Кто её забрал?

Она зарыдала.

— Они были верхом и…

— Кто? — Я встряхнула её ещё сильнее. Она закашлялась, бессильно опустив голову. Я толкнула её назад, с силой впечатав в дверной косяк. — Скажи мне.

— Два… к-королевских м-мага, — прошептала она.

Я отступила, и она рухнула на пол.

Вернувшись домой, я взлетела по лестнице в свою спальню, натянула самые тёплые слои одежды, схватила защитные очки и костяные кинжалы.

— Ты не можешь туда пойти. — Аврора перегородила нам со Сквайром дорогу, раскинув руки в дверном проёме. — Лёд убьёт тебя. Зора, ты не можешь выйти и… — Она тяжело задышала и потянулась ко мне. — Не уходи!

Я покачала головой.

— Не существует ни единого обстоятельства, при котором я сейчас не отправлюсь за своей матерью.

Я протиснулась мимо неё, и Аврора не стала сопротивляться, лишь обмякла, прислонившись к дверному косяку, пока я сбегала по лестнице и вылетала на улицу.

Позади меня раздался крик Авроры: — Я люблю тебя! Береги себя!

— Я тоже тебя люблю, — прошептала я, исчезая за воротами стены Коммуны.

Углубляясь в лес, я прошла мимо загадочного места, где среди покрытой инеем земли цвела единственная роза.

Миссис Шеридан сказала, что мою маму увезли верхом, но настоящий северянин никогда не поехал бы на лошади в лес. Один неверный шаг и ты угодишь прямо в яму под деревом, откуда тебя уже никто никогда не увидит.

Обычно мы ездили верхом только внутри стен Коммуны.

Был лишь один путь, которым они могли воспользоваться: вдоль реки. Я последовала за рекой на восток, миновав скрипучий мост, где состоялся мой первый поцелуй, там где я сломала нос будущему Императору. Пожалуй, моя лучшая работа.

Я продолжала идти, всё глубже забираясь в дикую чащу.

Ветви в реке громоздились высоко в небо, перекрывая большую часть потока и образуя широкий пруд, выступавший влево. Из верхушки сооружения через естественное отверстие валил дым. Лютые бобры. Они были размером с людей, и я натыкалась на множество результатов их инженерных трудов. Я никогда на них не охотилась, и они меня не трогали. В этом лесу у каждого из нас была своя роль.

Согнувшись почти пополам и пробиваясь сквозь всё усиливающийся ледяной дождь, я продолжала путь, пока пальцы рук и ног не онемели. В выживании не бывает коротких путей.

РЁВ.

В серых облаках раздался резкий свистящий звук. Серебряная чешуя блеснула вдалеке.

Мор?

Дракон исчез в буре.

Почему он направляется туда же? Что он здесь делает?

Сердце гулко стучало в ушах, но я продолжала идти.

Через несколько часов на горизонте тускло замерцал какой-то тёмный объект.

Я рухнула животом в снег, проваливаясь лицом в свежий сугроб, и задержала дыхание. Снег обжигал крошечные участки открытой кожи. Медленно я подняла голову, очки оказались наполовину выше ледяной кромки.

Сквайр высунул пернатую голову из моего шарфа, тоже желая взглянуть.

Туман клубился вокруг моего лица.

По белому берегу реки двигались тени. Лютые кони?

Я оставалась как можно ниже, ползком пробираясь в лес и бесшумно крадясь между деревьями. Впереди по берегу шёл чёрный лютый конь, а верхом на нём сидел человек, закутанный в знакомый дорогой белый меховой плащ.

Рядом с конём крался второй человек, перекинув через плечо что-то большое. Я подобралась ближе. Всадник опасно покачивался в седле, словно не привык ездить верхом, а его лицо скрывала цельная золотая маска.

Император.

Под ним мужчина, ведший коня, повернул голову в сторону деревьев. На нём была платиновая полумаска, а на челюсти красовалась татуировка в виде паука.

Тарантул.

Он казался ещё более внушительным, чем я помнила: его рост и мускулатура поражали. Волосы тоже были более кудрявыми и золотистыми, чем мне запомнилось, а пряди сияли, словно дорогой мёд, в полосах солнечного света, пробивающихся сквозь облака.

Ноша Тарантула зашевелилась. Перекинутая через его широкое плечо, словно мешок со льдом, женщина была закутана в меха. Она подняла голову, и её душераздирающие крики приглушил кляп, исказив их до неузнаваемости.

Мама.

Я подавила вздох.

Трясущаяся от ярости, я пригнулась ещё ниже. Ближе. Я отвела правую руку назад. Костяной нож блеснул.

Правило выживания: Чтобы одолеть хищника, нужно играть по его правилам.

Я выскочила из-за деревьев и метнула кинжал. Тарантул резко обернулся.

Хруст-хруст-хруст. Дюжина сосулек сорвалась с ветвей, подхваченная магией, и взвилась вверх, окружая его плечи. Их заострённые концы закрутились, целясь прямо в меня. Я подняла руки, прикрывая Сквайра.

Атаки не последовало.

Вместо этого Александер резко обмяк в седле. Рукоять моего костяного ножа торчала у основания его шеи. Позвонки были перерезаны. Слишком легко.

Меня охватило дурное предчувствие.

Александер свалился с коня, раскинув конечности, и рухнул на землю с тошнотворным хрустом. Лютый конь заржал, взбрыкивая и лягаясь. По снегу покатилась голова.

— О нет, — тихо ухнул Сквайр.

Мама закричала с плеча Тарантула, но кляп приглушил её голос.

Это был не Александер.

На меня смотрела женщина.

Золотая маска Королевского мага скатилась с лица, словно её изначально толком не закрепили.

Время остановилось. Из-под маски выбились светлые волосы с ярко-розовыми концами. Красивые зелёные глаза застыли широко распахнутыми, синие губы приоткрылись в безмолвном крике, а изо рта торчал толстый кусок льда. Она уже давно была мертва.

Нет.

Пожалуйста… только не это.

Аврора.

Грудь обдало ослепительно жаркой волной облегчения оттого, что они выбрали её, а не маму. Но следом нахлынула такая мучительная боль, что я едва не рухнула на колени. Она не услышала, как я сказала ей: «Я люблю тебя». По моему лицу покатились горячие слёзы, тут же мучительно замерзая, пока я захлёбывалась неудержимыми рыданиями, вырывавшимися сами собой. Я так и не успела попрощаться. Склонившись, я яростно взвыла.

Ледяные кинжалы зависли в воздухе, вращаясь в серебристой дымке вокруг Тарантула, когда он склонил голову набок, озадаченно глядя на меня. В его глазах мелькнули неведомые эмоции. Ряды серёжек зазвенели друг о друга.

Всё замедлилось, пока я осознавала всю глубину их извращённого обмана, начавшегося ещё с миссис Шеридан. Тарантул похитил маму, зная, что я