Сберечь тебя. Бессмертие для Дракона - Арина Рекк

откармливали, приводили в порядок. От понимания, что это и есть тот самый порядок, снова просыпается желание убивать, сворачивать шеи, наслаждаться хрустом позвонков. В одной из камер замерли в объятиях две девчонки, судя по лицам — сестры. Как и все, они сидели на полу, согнув острые коленки, но крепко держась за руки и о чем-то тихо переговариваясь. Одна убеждала в чем-то другую, которая не мигая смотрела в пространство перед собой и, казалось, вовсе не обращала внимания на сестру. Только короткие едва заметные кивки говорили о том, что она слушает. Или хотя бы старается услышать. Лин жила так же? Вела жизнь на грани помешательства? Как-то раз она обронила слова «некоторые мечтали выйти в окно, только окон не было». Останавливаюсь, не сводя взгляда с девушек, но видя на их месте другую. С силой откидываю голову, вмазываюсь затылком о стену. На треск камня оборачиваются, но мне плевать.

Я видел Лин раньше.

Отсыпался на одном из островов, отдыхал от собственного героизма. Годами до этого наводил порядок, пытаясь поднять рухнувшую на колени академию. Играл в человека, увольнял с позором продвигающих студентов по проплаченной протекции, наказывал тех, кто из года в год набивал карманы грязными деньгами, золотом и привилегиями, обрастая должниками среди правящей элиты, помогая их отпрыскам закончить обучение. Мне не было до этого никакого дела, я просто развлекался как мог. Играл, отдыхая в промежутках под отводом глаз на созвучных с настроением островах. И я помню тот день. Помню девчонку в лесу.

Снова впечатываюсь затылком в стену. Тогда мне лень было шевелиться, тогда я просто отмахнулся. Наигрался уже. Девчонка слишком легко пошла с незнакомыми, сама плелась за ними, и я расслабился. Решил, что она их знает. Потерялась? Сбежала? Не мое дело.

А я искал свою пару. Нет, не так. Я думал, что искал ее. Но я никогда не относился к поиску серьезно. Какой шанс найти друг друга?

Идиот. Какой же я идиот. Глаза закрываются, и я снова, и снова, и снова воспроизвожу в памяти тот день. С каждым разом всплывают новые детали, уничтожающие меня подробности: ее большие голубые глаза, такие чистые и наивные, что дух захватывает даже сейчас, ее длинные светлые волосы, которые ей пришлось обрезать. Это верное решение, с такими волосами ее купили бы только для постели. Внутренности раздирает боль, в сравнении с которой пробитое ножом легкое — лишь укол булавкой. Она тогда оглянулась испуганно, будто ждала помощи, а я просто закрыл глаза. Разозлился, что разбудили. А затем и вовсе покинул остров, оставляя ее там.

Она переместилась ко мне в поисках защиты. Что-то случилось, напугало ее и пробудило древнюю магию. Это первый раз? Или были еще? Сколько жизней пришлось ей прожить в попытках дотянуться до меня? Как часто я проходил мимо? Как часто отворачивался?

Я никогда не был похож на себе подобных. Неуловимо отличался от тех, кого сам факт существования пары делал мягче, терпеливее. Я как дальтоник не различал оттенки, но сейчас почувствовал эту разницу, уловил произошедшие со мной изменения. Прозрел. Я бы мог прихлопнуть как букашек тех, кто мучал Лин. Это слишком милосердно для них, но и жестоким я не был, не получал удовольствие от чужих страданий, даже если страдания заслужены. Мне достаточно знать, что их костлявые руки больше не дотянутся до других. Не считал нужным думать о людях слишком долго, давно... никогда не испытывал сочувствия, не пропускал чужую судьбу через себя. Были принципы, установки, то, что я слепо должен был соблюдать, чтобы контроль над драконом не ослаб, чтобы не стать тем, кто сам начнет терзать. Я никогда не принимал в себя чужое слишком глубоко, и сейчас уже почти отвернулся от людей в клетках, почти отправиться на поиски тех, кого следует остановить, и вдруг понял, где ошибался. Как задача для ребенка, которую тот вдруг понимает и оказывается, что это было слишком просто. Я не испытывал наслаждения от наказаний. Я вообще ничего не испытывал. И мне было плевать на тех, кого я спасаю. Эгоистично я карал, потому что пройти мимо — это пересечь рубеж, который еще на шаг приблизит меня к безумию, к победе зверя над человеком. И вдруг понимаю совершенно отчетливо — это не то, что я должен сейчас сделать. Не то, что я должен был делать покидая Герион. С самого начала я ошибался. Притворялся и играл не осознавая насколько фальшивой была игра.

Встречаюсь взглядом с девочкой, которую по-прежнему упорно убеждала в чем-то сестра. Она смотрит не на меня, а сквозь, туда, где за моим затылком образовалась и пошла трещинами вмятина. Ее взгляд, цвет глаз... все слишком напоминает Лин, когда она только попала на мой остров. По ушам бьет скрип, и я не сразу понимаю, что это мои отросшие когти вспарывают стену, у которой я стою уже слишком долго. В душе вскипает ненависть. Потребность ощутить рядом пару становится непреодолимой, толкает к действиям.

План еще не сформировался в голове, но от принятого решения рванная рана в ауре затягивается, будто одобряя выбранную цель, ускоряя регенерацию скрытым резервом, не магическим, жизненным, но и так сойдет. Стремительно создаются новые каналы в обход разорванным, строятся новые связи, перераспределяются оборванные потоки и восстанавливается правильная циркуляция сил. Никогда раньше я не ощущал потребность спасать. И сейчас впервые откидываю привычные установки. Мысли, настолько сросшиеся со мной, что преследовали меня из жизни в жизнь, сейчас отпадали, как соскальзывает от прикосновения давным-давно пересохшая шелуха. Впервые я не думаю о контроле человека над зверем. Впервые мне просто хочется прекратить чужие мучения. Позже у меня будет время разобраться к чему приведут эти изменения, кем я стал теперь и как это отразится на моем шатком симбиозе чародея и дракона, но сейчас я хочу думать только об одном — я здесь не для того, чтобы карать, но чтобы вытащить из ада этих детей.

Лин

Я слышу, как уходит Ринар. Слышу тихий шорох одежды, еле слышные шаги к шкафу, тихий шорох одежды, тишину, когда он замирает около постели. Сон отпускает меня неохотно, и когда я открываю глаза, Рина в комнате уже нет. Опоздала. Укол разочарования не заставляет себя ждать, но поразмыслив немного, решаю, что оно и к лучшему. Есть время привести себя в порядок, насколько это вообще возможно в условиях, когда из гигиенических принадлежностей только деревянная зубная щетка с ворсом, о происхождении которого лучше не задумывать лишний раз, да зубной порошок в кожаном мешочке. Вчерашний вечер