Снежный Лотос для Небесного Судьи - Ан Синьи

а не его жены. – Шан Гуань притянул меня еще ближе, заставляя смотреть ему прямо в глаза. – Жизнь моей жены стоит больше, чем пепел от улик. Вина на мне, Лин Юэ. И я получил то, что хотел, – ты жива и сейчас в моих руках.

– Ах так? – Во мне проснулась злость пополам с азартом, вытесняя терзавшую меня вину. – Тогда игры в благородство закончились. Я использую мазь. – Открыла нефритовую баночку, и по комнате поплыл тонкий, свежий аромат.

– Как пожелаешь. – Шан Гуань откинул голову назад, подставляя плечо. – Лечи меня, жена.

Я зачерпнула пальцем густую мазь и нанесла ее на рваные раны. Действие было мгновенным. Плоть начала срастаться на глазах, яд, выступивший черной пеной, испарился. Через палочку благовоний на плече остались лишь тонкие, едва заметные розовые полоски новых шрамов.

– Готово, – сказала я, вытирая руку платком. – Ты здоров, теперь можешь спать.

Я попыталась встать, чтобы уйти, пока воздух между нами не стал слишком горячим, но Шан Гуань оказался быстрее. Он поймал мою руку и, используя направление моего движения, опрокинул на кровать.

Мир перевернулся, я оказалась на спине, утопая в шелковых подушках, а сверху надо мной, как скала, нависал он. Его волосы, выбившиеся из хвоста, упали черным занавесом, отрезая нас от остальной комнаты.

– Больше нет ран, Лин Юэ, – прошептал он, глядя на мои губы. – И нет причин меня останавливать. Никакой потери сил и боли.

– Шан Гуань… – Я уперлась ладонями в его голую грудь. Под моими пальцами бешено колотилось его сердце. – Мы… мы не должны…

– Почему? – Он склонился ниже, касаясь носом моей щеки и внимательно смотря в глаза. То, что сейчас происходило, ощущалось как наказание, но он пытался это скрыть. – Ты моя жена, мы прошли через огонь и кровь. Ты хочешь меня, я чувствую это в твоей ци. Она тянется ко мне.

Он был прав, мое тело предавало меня. Тепло кожи Шан Гуаня, тяжесть тела, запах мороза и грозы – все это кружило голову. Мне хотелось обнять его за шею и притянуть к себе.

Его губы настойчиво и властно накрыли мои. Рука скользнула по моему бедру, поднимая подол ханьфу. Горячая ладонь коснулась голой кожи выше колена, посылая разряды молний по всему телу.

– Останься, – шептал он в перерывах между поцелуями, покрывая мою шею укусами. – Не убегай сегодня. Будь со мной. Стань моей.

Я плавилась, моя воля рассыпалась как песок. Но где-то на краю сознания звенел тревожный звон. Если я сдамся сейчас… Если отдамся ему вот так, после боя, на пике, когда кровь кипит в венах… Я стану просто трофеем. Очередной победой Ледяного Дракона. А я хотела быть равной. И еще… Гунсунь сбежал, а значит, мы в опасности. Я собрала последние крупицы самообладания.

– Нет, – выдохнула я.

– Да… – Он не слушал. Его пальцы уже развязывали пояс моего платья.

Я извернулась как змея. Используя прием, которому Шан Гуань сам научил меня, снизу вверх, но не кинжалом, а коленом, ударила его в бедро, не больно, но достаточно, чтобы сбить равновесие. И пока он приходил в себя от неожиданности, я выскользнула из-под него.

Скатилась с кровати и отступила к двери, поправляя сбившуюся одежду. Мои щеки пылали, губы припухли, грудь вздымалась. Шан Гуань остался на кровати. Он приподнялся на локтях, глядя на меня потемневшим, тяжелым взглядом. Его грудь ходила ходуном.

– Ты издеваешься надо мной? – прорычал он. – Ты сама горишь. Зачем ты бежишь?

– Потому что я не награда за победу над чудищами, Шан Гуань, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твердо. – И потому что мы еще не победили. Министр на свободе.

– В Бездну Министра! – Он ударил кулаком по подушке. – Я хочу тебя!

– Хотеть полезно. – Я нащупала ручку двери. – Это обостряет чувства. Спокойной ночи, муж мой.

Выскочила в коридор и захлопнула дверь, привалившись к ней спиной. Из спальни донесся глухой удар (кажется, в стену полетела ваза) и сдавленный рык.

Прижала ладони к горящим щекам. Боги, как же трудно было уйти. Но так нужно, Дракон должен понять, что я не легкая добыча.

* * *

Утро встретило нас свинцовым небом и тревожной тишиной. Я вышла к завтраку, ожидая бури, но Шан Гуань был пугающе спокоен. Идеально одетый, он сидел за столом и пил чай. Только когда я вошла, его медленный, оценивающий и откровенный взгляд скользнул по мне.

– Ты хорошо бегаешь, жена, – произнес он вместо приветствия. – Но помни: резиденция окружена стенами. Вечно бегать не получится.

– Я тренирую выносливость. – Села напротив, стараясь сохранить невозмутимость. В этот момент двери распахнулись, вошел Чэнь. Обычно сдержанный, управляющий выглядел бледным.

– Господин… Госпожа… Беда.

– Говори. – Шан Гуань отставил чашку.

– Город гудит, ночью исчезли люди. Много людей.

– Кто?

– Трущобы, господин. Нижний город. Нищие, сироты, бродяги. Стража говорит о пятидесяти пропавших, но тени докладывают, что их больше сотни. Их забирали тихо, целыми ночлежками.

Мы с мужем переглянулись. Игры кончились.

– Гунсунь, – произнес Шан Гуань. – Он потерял свою мастерскую и сад с питомцами. Ему срочно нужен новый материал.

– Он собирает армию, – поняла я, и холод пробежал по спине. – Сотня людей… Если он превратит их всех в тех тварей, что были в резиденции, то сможет напасть на Облачную Резиденцию.

– Он не будет нападать. – Шан Гуань поднялся. Его лицо снова стало жестким и непроницаемым лицом Судьи. – Он ударит иначе.

С улицы донесся высокий протяжный звук гонга, от которого заныли зубы.

– Императорский вестник! – объявил стражник у дверей, влетая в зал.

Во двор въехала процессия. Впереди шли знаменосцы с золотыми драконами на флагах, за ними следовал паланкин главного евнуха, как представил его муж. Евнух Ли, тучный мужчина с лицом, похожим на сдобную булку, и маленькими злыми глазами, вошел в зал, шурша шелками.

– Приказ Императора! – провизжал он.

Мы качнули головами, но не согнули спины. Шан Гуань имел право не кланяться никому, кроме самого Императора, а я, как его жена, следовала его примеру.

– Небесный Судья Шан Гуань! – Евнух развернул первый свиток. – Его Величество требует вашего немедленного присутствия во Дворце Небесной Чистоты. Поступила жалоба от Министра Гунсуня о вопиющем нарушении закона, нападении на чиновника и поджоге владений Министра. Вам надлежит дать ответ.

– Я ждал этого. – Шан Гуань усмехнулся.

– И… – Евнух достал второй свиток, поменьше, перевязанный розовой лентой. – Приглашение для госпожи Шан. Ее Величество Императрица, Мать Народа, желает видеть новую жену Небесного Судьи. Она устраивает Цветочное Чаепитие сегодня в полдень во Внутреннем Дворце. Отказ будет воспринят как оскорбление. – Евнух свернул свитки и улыбнулся приторно-сладкой улыбкой. – Повозки ждут у ворот. Прошу вас не задерживаться.

Он поклонился и вышел. Звуки в зале стихли.

– Разделяй и властвуй, – нарушил молчание Шан Гуань. – Классика. Меня – на суд к Императору и министрам, где Гунсунь будет поливать меня грязью. Тебя – в змеиное гнездо гарема, где тебя попытаются либо