Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

— Из дымохода вырвался сноп искр и куча сажи. Что нам ещё было думать?

— Ох, Богиня… — выдохнула облегчённо я. — Это трубы забились жиром и сажей, вот и горит всё так!

— У вас всё хорошо? — за спиной принца возник запыхавшийся брат.

— Да! — хором ответили я с девочками.

— Эй! У них всё нормально! — крикнул куда-то вверх Майкл.

— Хорошо! — послышался сверху голос императора.

— Майкл, нам нужен трубочист, сами мы никак это не прочистим, а, если оставим, рано или поздно разгорится пожар.

— Да, ты права. Кого позвать?

— Помнишь того, кто нам прошлой осенью задорого чистил?

— Помню. Хорошо сделал, до сих пор всё в отличном состоянии.

— Его и позови. Ах точно… Аванс и надбавка за срочность будут. Сейчас принесу деньги.

Я развернулась и помчалась вглубь дома, на первый этаж, где располагался небольшая спальня-кабинет матушки Марии. Чтобы ничего не мешало, положила на стол в этой комнате свой выигрыш ещё во время сбора вещей для стирки, он тяжёлый и немного оттягивал юбку, доставляя неудобства. Золота хватило бы на многое, но я решила отдать почти полностью всё. Мне не жалко, а дети будут жить хорошо. Отложила себе в кошелёк ровно половину монет прозапас, завязала мешок и поспешила обратно.

— Вот, — вручила я деньги брату. — Идите вдвоём. И закажите в какой-нибудь приличной таверне обед и ужин на всех, мы тут допоздна. Только без алкоголя, прошу.

— Откуда у тебя столько? — в шоке посмотрел на мешок Майкл.

— Меньше знаешь — крепче спишь! Идите уже, а то к обеду не управитесь, — принялась слегка подталкивать в сторону выхода брата.

— Ладно, ладно! Идём… ээээ….те…

— Пускай сегодня я буду Алексом, — спокойно сказал принц и, похлопав по-дружески по спине Майкла, вышел из дома, брат на мгновение опешил и сразу же поспешил за ним.

Нам, девочкам, ещё было чем заняться. Под аккомпанемент периодически бьющихся о землю кусках черепицы и потрескивание в печи поленьев мы расположились за кухонным рабочим столом и частично распарывали игрушки по швам, используя ножницы разных размеров. В большей части они были заполнены соломой, самым простым и дешёвым материалом. Некоторые, особенно этим отличились куклы, были набитыми непонятными тряпками или кусками тканей. И лишь за редким исключением был пух или даже хлопок. Всё выпотрошенное тут же беспощадно оказывалось в печи, почти мгновенно сгорая.

Солнце уже давно перевалило за полдень, приближалось время обеда, когда всё было почти закончено, а некогда белые вещи вместе с хлоркой уже давно находились в горячей воде, очищаясь и ожидая дальнейшей стирки. Брат с принцем уж больно долго задерживались по поручениям, а с крыши только недавно перестали издаваться звуки ремонта.

— Ух, ну и жара там! — сказал громко вошедший в дом Константин.

Мы повернулись к мужчинам и обомлели. Точнее обомлела я, Карина тут же поспешила опустить взгляд, а Сара зарделась и прикрыла стыдливо глаза. Посмотреть было на что! Крайне редко увидишь трёх красивых, накаченных мужчин в полу расстёгнутых влажных рубашках и с закатанными рукавами.

— Застегнитесь! — прикрикнула Карина, швыряя в их сторону полотенца. — Ребёнка смущаете!

Мужчины с хохотом вышли, а я только тогда очухалась. Кажется, мои щёки были не менее красные, чем у Сары, ведь горели так, словно поднялась температура, а сердце колотилось в груди как бешенное. Мало мне вчерашнего ощущения будто вот-вот потеряю голову и влюблюсь, а теперь ещё и возникло возбуждение, тугим узлом умостившееся внизу живота. Наверное, испытывать подобное влечение абсолютно нормально в моём случае?

— Бесстыдники какие! — проворчала служанка. — Сара, можешь открывать глаза.

— У-ушли? — чуть заикаясь произнесла она, наконец открывая лицо.

— Да, ушли, — выдохнула я. — У нас есть для них какая-нибудь одежда, прикрыть их тела, пока рубашки будут сохнуть?

— Боюсь, придётся им накинуть на себя какие-нибудь простыни или подобное, — произнесла Карина.

— Ну что ж. Надеюсь, в подобном они будут смущать нас меньше. Я принесу им, игрушки до конца распотрошите.

Когда-то давно выстиранное бельё лежало в большом платяном шкафу при входе в ванную комнату. Понять, где какая часть постельного белья не составляла труда, отчего я быстро нашла немного пахнущие мылом и одновременно пылью три большие простыни. Развернула их и проверила на наличие дырок, которых, на удачу, не обнаружилось. Прихватив их и ещё связку больших булавок, поспешила на улицу.

Обнажённые по пояс мужчины уже заканчивали мыться, когда я обнаружила их у бадьей с греющейся на солнце водой. Будь в этом мире посвободнее нравы, я при наличии таких красивых мужчин никогда и ни за что не стала бы монахиней. Напротив, вела бы свободную половую жизнь, а замуж потом, когда нагуляюсь. Но, увы, тут для аристократки моего возраста было два выхода — замуж и обязательно девственницей или в монастырь.

— Я понимаю, что мы тут все наравне, не используем титулы, но имейте приличия! — слегка грозно воззрилась на них. — Взрослые мужчины, а всё как мальчишки!

— Прости, Лия, мы не хотели, — с виноватой улыбкой произнёс Константин. — Сильно смутили?

— Меня — нет, а Сару — очень. Она же ещё даже не дебютантка, ей рано подобное видеть, — я покачала осуждающе головой. — Рубашки постираем и высушим на солнце. А пока… — протянула каждому по простыне. — Походите в этом.

— Ты уверена? — скептически посмотрел на ткань в его руках Максимилиан.

— Конечно. Накиньте так, чтобы прикрыть тело, но при этом чтобы ничего не мешало.

Мужчины принялись соображать различные способы сделать из прямоугольного куска ткани какую-то одежду. Их попытки походили на какое-то жонглирование или сделать из себя подобие мумии. Понаблюдав несколько минут, я всё же вмешалась и помогла сделать подобие туник каждому, если это вообще можно назвать так. Основной задачей было прикрыть торс, спину и хотя бы часть рук, что и сделала, несколько раз обмотав один из концов ткани вокруг корпуса от подмышек до верха брюк, а остальное закрепив на руках, слегка прикрыв их. Смотрелось это смешно, но по крайней мере могло считаться