Все любят Маргариту, но она мертва - Рози Стори

– Не может быть… – медленно сказал Джейк. Не мог он так сглупить, как бы он ни надрался. – Я ничего такого не употребляю.

– Ну ладно… – доброжелательно отозвалась Поппи, приподняв бровь, но он почувствовал, что она восприняла его слова скептически. – Сложно сейчас разобраться, что именно случилось. Главное, что тебе лучше. Как ты?

– Уж точно лучше прежнего… – признался Джейк.

– Это здорово, Джейк. Ты меня прямо успокоил. – Она улыбнулась, и от того, как она засияла, ему стало хуже, еще более тошно и ненормально. – Телефон я поставила на подзарядку. – Она кивнула на его телефон, лежавший на полу возле ключей и бумажника. – Мне очень жаль, – продолжила она, глядя ему в лицо. – Ты сейчас в безумной ситуации, я знаю. Не знаю, уместно ли сейчас начинать долго извиняться, но я хочу, чтобы ты понял. Хочу…

– Не сейчас, – сказал Джейк. Ни в коем случае. На самом деле ему требовалась еда, болеутоляющие, питье и как следует выспаться.

– Еда тут есть, – Поппи словно прочитала его мысли. – Она в кухне. Принести? Есть еще ибупрофен, пакетики для регидратации и несколько бутылок «Люкозада»… – Она вышла из комнаты, потом вернулась с двумя большими пластиковыми пакетами и поставила на низкий столик. – Вот мой новый номер телефона. – Она уже написала его на желтом клейком листочке, который налепила на большой альбом – Джейку никак не удавалось прочесть его название, мозг сопротивлялся. Прищурившись, он разобрал заголовок «Право женщины на удовольствие». На обложке был огромный блестящий розовый рот. Рот во рту внутри вульвы. Или это вульва во рту? Или цветок в животе в?.. Джейк закрыл глаза. Ужасный день. Или один из лучших?

– Извини, мне пора. Ты не против отдохнуть тут немного? – спросила Поппи. Джейк услышал, как она отошла – доски пола заскрипели.

– Да, – прошептал он, потом заставил себя выговорить: – Спасибо, Поппи.

Слава богу, можно будет побыть в тишине и неподвижности.

– Здесь никого не будет, так что можешь восстанавливаться всю неделю, если понадобится. Не торопись, ладно? Я оставила ключ. – Из коридора она крикнула: – Тут есть спальня. Ну то есть их две, одна заперта, но вторая подготовлена для тебя. Звони мне, если понадобится. Все будет хорошо, Джейк. Честное слово.

Джейку стало жарко, в животе опять нарастало ощущение тошноты. Хлопнула дверь, а когда он открыл глаза, Поппи рядом уже не было. Он по ней сразу заскучал. Почти заскучал. На самом деле ему было страшно. Может, ее никогда и не существовало. Как понять, что из того, что он видел и чувствовал, реально?

Джейк перевел взгляд на портрет Маргариты на стене. Она его нашла, вот что произошло, – судьба снова свела их вместе. Он заставил себя подняться и доковылял до портрета. Она говорила, но он толком не слышал, что именно. За ней бились о берег морские волны, кричали чайки. Все было очень шумно. Ее мир был невероятно ярким.

– Хорошо, ладно, – сказал Джейк, потому что понял, чего она хочет. Он снял Маргариту со стены и отнес ее на руках на диван. Потом взял подушку и лег на пол. Джейк смотрел на ее лицо, пока глаза у него не пересохли и он не погрузился в сон, на этот раз куда более печальный и спокойный. Рядом с ним Маргарита прижимала кончики пальцев к стеклу жизни. И он тоже. Не так-то далеко их разнесло.

20

Воскресенье, 8 июня

– Джейки! Лучше поздно, чем никогда! – воскликнул его отец. Он стоял в своем великолепно спроектированном ухоженном саду, возле громадного барбекю размером с открытый гроб.

Джейк помахал ему рукой, и в голове у него пронеслась от виска до виска очередная вспышка, напоминающая размытый разряд электричества. Боли от таких вспышек не было, но на долю секунды в голове у него из мыслей оставалось только фз-з-з. Но ему все-таки было в четыреста раз лучше, чем вчера, а вчера, похоже, если верить Поппи, – в четыреста раз лучше, чем в пятницу вечером.

Из последних двадцати часов своей жизни пятнадцать Джейк проспал на полу квартиры Маргариты рядом с ее фотографией в рамке – и да, когда он снова проснулся, то осознал, что это странновато. За оставшиеся пять часов он съел две пиццы навынос и выпил три литра воды, принял великолепный душ в роскошной ванной комнате Маргариты, запрокинув лицо к медной душевой головке размером с тарелочку фрисби и чувствуя, как ему становится заметно лучше, будто пересохшему растению, которое наконец полили. Пенис у него, слава богу, отрос обратно, и ему хватило храбрости выйти из дома и поехать на автобусе.

– Папа-а-а-а! – К нему примчался Билли в плавках с фиолетовыми черепахами.

Джейк подхватил его на руки, прижался щекой к его сладко пахнущей головке и заметил, что волосы сына связаны в пучок.

– Я по тебе скучал, дружок.

Неподалеку от гриля в саду стоял длинный стол под большим холщовым зонтом. В его тени сидела Зои в широкополой шляпе и в тунике, цветом и текстурой напоминавшей овсяную кашу. Ян выдвинул свой стул на солнце. Длинные темные волосы собраны в пучок на макушке, шорты, на мускулистой груди довольно сексапильно поблескивала золотая цепочка.

– Ты чуть не пропустил еду, брат. – Ян встал, Джейк поставил Билли на землю, и они поздоровались, как обычно, то ли обнимаясь, то ли хлопая друг друга по спине. Зои осталась сидеть на стуле, наблюдая за ними, а Джейк, поприветствовав Яна, подошел чмокнуть ее в макушку панамы. Зои накрыла его руку своей и слегка похлопала – раньше такое выражение приязни между ними было бы невозможным, но теперь все стало по-другому, их отношения сильно улучшились.

С тех пор, как Джейк им сказал, что его девушка умерла, Зои очень о нем беспокоилась и была к нему очень-очень добра. Джейк знал,