Ведьма пустоши - Джессика Кури

он сидел у очага, уронив лицо в ладони. Каким же юным и потерянным он казался… Я вспоминала Сильви: вот она стоит на коленях в своей комнате, между нами переплетаются магические нити, и ее глаза сияют от восторга, когда по ее воле под потолком начинают кружиться снежинки.

Я сделаю для нее все, что в моих силах.

Но я не забывала и о том, зачем я здесь на самом деле. И о том, что время неумолимо истекало. Еще одна вылазка в лес в поисках врат в Эльфхейм – как раз то, что нужно, чтобы распутать клубок мыслей о семье Норт.

Украденная карта лежала у меня в кармане, но вместо того, чтобы снова бродить по лесу, я решила попробовать иной подход. В конце концов, раз путь к вратам был найден, значит, отыскавшая его могла оставить какие-то указания.

Домик Фионы нашелся без труда. Проходя мимо ее могилы, я вздрогнула и подумала, что так и не узнала, как она умерла, – просто решила, что от старости. Но вдруг причина была в другом? Вдруг ее постигла иная участь? Ее вещи, впрочем, не дали ответа, зато я нашла кое-что любопытное: среди пачки писем прятался рисунок видоизмененного узла поиска пути.

– Умная же ты была старушка, – пробормотала я, пропуская нить между пальцами, чтобы повторить этот узор.

Лишь истинный мастер ремесла способен создать из старых заклинаний новые, переплетая нити так, чтобы изменить их первоначальное назначение. Когда я направила в этот узел энергию, черпая ее из густого мха на стенах и крыше, передо мной возникла парящая капля света, похожая на то заклинание поиска севера, которое прежде привело меня к хижине. Но только эта светилась алым и нервно металась в воздухе, будто торопя меня следовать за собой.

Я была рада оставить хижину позади и позволила алому огоньку вести себя вглубь леса, в сторону от тропы.

Лес словно перешел на шепот, заглушаемый лишь хрустом веток под моими ногами. Я то и дело оборачивалась, вглядываясь в чащу, – мне чудилось, что за мной кто-то следует. Между деревьев мелькали тени, рождая видения: то мелькнет за камнем плащ, то блеснет и тут же закроется глаз. Кожа покрылась мурашками, которые никак не хотели проходить. Казалось, в полумраке притаились призраки древних ведьм пустошей, чьи пальцы прядут темную магию.

Спустя почти час пути по мшистым кочкам и хвойному ковру заклинание-проводник вдруг с тихим шипением погасло, оставив меня одну.

Я замерла на месте, и сердце на мгновение замерло в груди.

Но вокруг ничего не было. Ни двери, ни арки, ни пещеры.

Я явно где-то поблизости, иначе заклинание не погасло бы. Или же оно с самого начала оказалось пустышкой.

Что ж, оставалось только одно: идти вперед и надеяться на удачу.

Чем дальше я шла, тем причудливее становился лес. Казалось, будто я брела уже несколько часов, но солнце на небе так и не изменило положения. И хотя я готова была поклясться, что иду строго по прямой, мне снова и снова начали попадаться одни и те же деревья и камни – слишком часто, чтобы это можно было списать на игру воображения. Слабый свет был разбит тенями острых ветвей, а в оврагах клубился зловещий туман.

Продолжив путь, я дважды миновала один и тот же крупный камень, до странности напоминающий черепашью голову. Во второй раз я остановилась и достала свой моток нитей.

Я вовсе не заблудилась.

Меня нарочно сбивали с пути. Кто-то сплел здесь запутывающее заклятье, и стоило приблизиться к цели, оно всякий раз уводило меня прочь. Путеводное заклинание Фионы сработало, но какой-то оберег или иная защита, должно быть, остановили его, не дав дойти до конца.

Найдя пень, чтобы присесть, я достала из прядильного набора катушку белой нити с иглой и принялась вышивать на шали. Свет здесь был тусклым, и мне приходилось щуриться, чтобы разглядеть собственные стежки.

Над головой холодный ветер шумел ветвями. Я чувствовала себя кроликом, спрятавшимся в норе, пока голодный волк рыщет наверху, ища способ проникнуть внутрь. Опустив голову, я сосредоточила взгляд на стежках, стараясь работать как можно быстрее. Привычное позвякивание иглы о наперсток приносило хоть какое-то утешение в этом темном лесу.

– Готово, – сказала я спустя двадцать минут вышивания и подняла шаль с новым узором, вьющимся по ее краю словно плющ. – Сойдет.

Я накинула шаль на плечи и сделала глубокий вдох, готовясь направить энергию. При одном воспоминании о вчерашнем заклинании, которым я пыталась остановить падение Сильви, сердце болезненно ёкнуло. Я будто снова собиралась коснуться раскаленной плиты, прекрасно зная, какой последует ожог.

– Ты сможешь, – пробормотала я себе. – Не всегда же все идет плохо.

Я направила поток, морщась от легкого давления в груди. Но на этот раз, к счастью, боль оказалась терпимой. Вышивка на моей шали мигнула тусклым светом – заклинание работает.

– Защита от чар, – с немалым удовлетворением произнесла я.

И подумать только, на четвертом курсе Маргарет Эпплби твердила, что это глупая трата времени – ведь сестрам ордена Мойр, с их преданностью образованию и другим общественным обязанностям, не нужно учиться боевой магии.

Согнувшись, плотнее закуталась в шаль и двинулась вперед.

В укрытии из тонкого муслина получилось поймать тот момент, когда заклинание заработало: новые стежки начали слабо светиться. Я пересекла границу мощных защитных чар и ощутила, как они защекотали кожу. Чем дольше заклинание отражало магический натиск, тем сильнее накалялась шаль. В лесной глуши не чувствовалось ни дуновения ветра, и все же ее края начали трепетать.

Цель была все ближе…

Живот стянуло тугим узлом, невыносимое предчувствие все усиливалось. Мне отчаянно хотелось повернуть назад, бежать из этого места, где деревья сплетались подобно змеям. С каждым шагом идти становилось все труднее, и я осознала, что едва передвигаю ноги.

– Заклятье уныния, – процедила я сквозь зубы, чувствуя, как его тяжесть, словно конская упряжь, вдавливает меня в землю.

Кто-то проявил немалую изобретательность, применив столь утонченную и сложную магию. В отличие от защиты против фейри вокруг Блэксвайра, эти заклятья сплели так, чтобы не привлекать внимания. Только прядильщик смог бы распознать их суть, да и то лишь целенаправленно. Мне потребовалось слишком много времени, чтобы понять, что происходит, и разглядеть главное: сами деревья вокруг пропитаны силой.

Против чар уныния не существовало защитных заклятий. Единственное, что оставалось, – собрать всю силу воли, чтобы прорваться сквозь них и выстоять. Чтобы не сломаться, мне нужно было помнить о награде, которая ждала меня впереди. Нужно было помнить о главной цели.

Это просто: