Что несёт тьма - Дженна Вулфхарт

Хуже всего то, что на протяжении веков они лгали всему королевству и собираются присвоить себе всю магию, совершенно не думая о людях, которым она принадлежит ничуть не меньше. Я не знаю, что теперь будет с Осианом, но понимаю одно: его нужно как можно скорее вытащить оттуда, потому что он оказался в куда большей опасности, чем я предполагала.

И всё же где-то глубоко внутри меня по-прежнему живёт странное чувство верности. Не Ордену, а людям нашего королевства. Мятежники искалечили слишком много невинных, пытаясь свергнуть Орден. Они нападали на Каэр Драэн в каждую годовщину Дня Отбора, убивали путников ради нескольких монет и запасов еды. Что бы они ни говорили о своих целях, их методы ничем не лучше, и после десятилетий борьбы с их жестокостью я не могу просто взять и перейти на их сторону.

Но это вовсе не означает, что я обязана остаться с Орденом.

Я могу выбрать собственный путь. Мятежники приведут меня к арфе, а дальше я сама разыщу её и спрячу в надёжном месте, пока не пойму, что здесь произошло на самом деле и кто в действительности является настоящим врагом. Да и выбора у меня, если честно, всё равно не осталось.

Риан по-прежнему стоит передо мной, вопросительно изогнув бровь.

— Если я сниму с вас эти железные обручи, ты поможешь нам помешать Ордену осуществить задуманное?

Я вскидываю подбородок, удивляясь тому, насколько уверенно звучит собственный голос.

— Я помогу.

— Тогда поклянись, — тихо говорит она.

Я тяжело вздыхаю. Эти люди и их бесконечные клятвы.

— Хорошо. Клянусь, что помогу помешать Ордену вернуть звёзды.

Они освобождают меня от железных оков, но Талиесина Винна оставляют связанным. Он воспринимает это куда спокойнее, чем я ожидала, и именно это тревожит меня сильнее любой вспышки ярости или попытки вырваться. Его лицо остаётся непроницаемым, однако за этим внешним спокойствием чувствуется холодный расчёт. Даже когда он говорит, его голос звучит непривычно мягко, насколько это вообще возможно для него, но я не сомневаюсь, что он уже ищет, как обратить ситуацию против них. Похоже, как и я, он терпеть не может цепи. Мне хочется предупредить повстанцев, однако почти сразу становится ясно, что в этом нет никакого смысла. Скорее всего, они и без меня прекрасно понимают, с кем имеют дело, поэтому и не стали снимать с него оковы. Да и сама я не уверена, что действительно хотела бы, чтобы его освободили.

Когда Риан отходит, унося железные оковы, блондин подходит ко мне и принимается развязывать верёвки. В короткий миг между звоном железа, упавшего на каменный пол, и моим следующим вдохом мне приходит в голову нарушить данное слово. Я слишком хорошо знаю, на что способны повстанцы, и уже видела, сколькими невинными жизнями они готовы пожертвовать ради своего «высшего блага». Но эта мысль исчезает почти сразу, едва успев возникнуть. Даже если бы я решилась, это ничего бы не изменило. Моя магия действует лишь на одного человека одновременно, а кинжал остался у Талиесина и теперь находится у них.

— Что теперь? — спрашиваю я.

— Думаю, не ошибусь, если скажу, что день выдался долгим, а путь из земель изгнанников оказался утомительным. — Она коротко кивает, словно этим всё уже решено. — Сегодня мы отдыхаем, а утром, после завтрака, обсудим, что делать дальше.

Нас выводят наружу и ведут вдоль длинного ряда хижин, выстроившихся вокруг костра. С каждым шагом его тепло остаётся всё дальше позади, пока нас окончательно не окутывает ночная прохлада. Впереди постепенно поднимаются руины. Их изломанные стены становятся всё выше, и вскоре в темноте проступают очертания крепостной башни. Эта часть крепости почти не пострадала и, должно быть, пережила всё, что здесь произошло, укрывшись за внешними стенами. По обе стороны от потемневшей от времени и непогоды двери стоят стражники в кожаных доспехах. Завидев Риан, они сразу распахивают тяжёлые створки и, почтительно склонив головы, приглашают нас войти. В их взглядах нет ни капли сомнения, только искреннее уважение.

Это место кажется мне странным. Повстанцы, за которыми мне доводилось охотиться прежде, никогда не были настолько организованными. У них не существовало единого лидера, вокруг которого сплачивались бы остальные. Они скрывались небольшими группами по пограничным землям, устраивая убежища где придётся: среди высокой травы, у ручьёв или в рощах, защищавших от ветра. Невольно задаюсь вопросом, известно ли Ордену о существовании столь многочисленного и хорошо обустроенного лагеря.

Внутри нас встречает огромный центральный зал, где каждый шаг гулким эхом разносится по древнему камню. Высоко над головой тяжёлые деревянные балки плавно сходятся под потолком, покрытым искусной резьбой с изображениями огненных птиц, и я невольно замираю, не в силах отвести взгляд. Резьба тянется через весь свод. Величественные птицы навеки застыли в полёте, рядом с ними притаились гнёзда с выводками птенцов, а над ними парят ещё более крупные создания, из широких изогнутых клювов которых вырываются языки пламени. Меня охватывает странное чувство узнавания, хотя прежде мне никогда не доводилось видеть ничего подобного.

В Ордене подобная резьба была бы под строжайшим запретом. Там запрещены любые изображения и любое искусство, если не считать бесконечных портретов их драгоценных лидеров. Всё, что я когда-либо знала о нём, существовало лишь в моём воображении. Мне оставалось только представлять, каким оно могло быть, и гадать, что когда-то создавали древние эльфы.

Всё, что прежде жило лишь в моём воображении, меркнет перед тем, что я вижу сейчас. Реальность оказывается куда прекраснее любых фантазий.

— Для вас приготовлены комнаты, — говорит Риан, и её голос наконец заставляет меня оторвать взгляд от потолка. — На этом лестничном пролёте больше никого нет, так что можете выбрать любую, какая вам больше понравится.

Я невольно хмурюсь.

— И вы просто оставляете нас здесь? Предоставляете самим себе?

Она отвечает хищной улыбкой, обнажив зубы.

— На окнах стоят решётки. Бриок и Мейриг будут сторожить лестницу, ещё двое останутся у входа в башню. Но если вы действительно захотите уйти, никто не станет удерживать вас против воли.

— Ну конечно. Уверена, вы просто позволите нам уйти, чтобы я спокойно вернулась в Каэр Драэн и рассказала Ордену обо всём, что здесь увидела.

Она негромко смеётся.

— Не совсем. Нам всё равно придётся сопровождать вас обратно в земли изгнанников тем же путём, которым мы привели вас сюда. Признаться, мне совсем не хочется покидать этот командный пункт раньше времени. Орден старается держаться подальше от побережья, но, когда дело