Ресторанчик «Тыквенный фонарь» - Анна Кейв

Аманда приняла из руки Элинор потемневшую от времени подвеску.

Крис шагнул к столу:

– Мне тоже нужна защита. Я могу одолжить твою брошь? – Он стиснул зубы и выдавил: – Пожалуйста.

– Нет, – отрезала Элинор.

– Бабушка! – взревел Крис. – Аманда не справится одна, я нужен ей! Я верну тебе брошь сразу, как мы проведем ритуал. Клянусь, я ничего с ней не сделаю!

Элинор покачала головой, сцепив руки в замок. Крис вспыхнул:

– Если ты не дашь мне брошь, нам придется разделить защиту на двоих, как сделали Лидия и Милли! И тогда…

Элинор прервала его:

– Кристофер, тебе никогда не хватало манер и терпения. – Она потянулась к ящичку и вытащила из него шкатулку, которая была до верху наполнена оберегами. – Я годами собирала их по всему миру, как и остальные артефакты, таящие в себе огромную силу и мощь. Я не расстанусь со своей брошью – со своей памятью, – но ты можешь взять любую побрякушку. Подвеска? Кольцо? Браслет? Выбирай.

Смутившись, Крис буркнул:

– Извини.

Порывшись в шкатулке, он выудил массивное кольцо и примерил на указательный палец. Оно оказалось в пору. Элинор удовлетворенно кивнула и захлопнула шкатулку.

– Идите уже, – бросила Элинор и отперла дверь. – И помните: у вас мало времени.

Глава 26

Возрождение культа

Вернувшись в ресторанчик, Аманда отправила Криса на кухню и подменила Николь в зале. Обоим нужно было подумать над тем, где искать недостающие артефакты.

Исповедь Элинор до сих пор не могла уложиться в голове Аманды. Столько лет она считала бабушку Криса ворчливой старухой, ведьмой и манипуляторшей, держащей всех вокруг в страхе и скрывающей за язвительными словами и пронзительным взглядом зловещие намерения. Аманда была уверена: за всем, что случилось с ее семьей, стояла именно Элинор. Секреты, интриги, странные совпадения и трагедии – все это, казалось, вело к одному источнику, и этим источником была она, матриарх семьи Дейкворт.

Но теперь… Теперь все оказалось совсем не так. Слова Элинор перевернули ее мир с ног на голову. В течение всего разговора Аманда тщетно пыталась найти несостыковки в истории бабушки Криса, уловить хотя бы намек на ложь. Но Элинор говорила слишком убедительно. Теперь Аманда понимала, что бабушка Криса стала жесткой и беспринципной из-за обстоятельств и борьбы с культом.

Самое горькое открытие заключалось в том, что все это время Аманда была ослеплена враждой Дейквортов и Фелтрамов и обвиняла не того человека. Настоящая вина лежала на плечах ее собственной бабушки. Это Лидия своими необдуманными действиями впустила тьму в их род, подарив культу ту силу, что преследовала их поколения спустя.

Она облокотилась о стойку, машинально протирая стаканы, чтобы скрыть дрожь в руках. Мысли роились, как разъяренные осы. Они метались, врезались друг в друга, нисколько не упорядочивая хаос в голове.

Аманда стиснула зубы и с силой сжала стакан, едва не разбив его. Да, она понимала, что именно бабушка ненароком запустила цепочку исчезновений Фелтрамов. Но все-таки внучка не могла ее винить и тем более ненавидеть. Бабушка была всего лишь наивной влюбленной школьницей, которая повелась на убеждения глупого парня, который сам не знал, что творит и во что втягивает остальных.

И теперь она, Аманда, оказалась на перепутье. С одной стороны, она могла бы отказаться верить в откровения Элинор и, сняв проклятие, продолжать жить по тем же правилам игры, что были известны Фелтрамам и Дейквортам многие годы. Но сердце подсказывало, что, возможно, пришло время оставить ненависть позади и попытаться понять Элинор. Столько раз они с Крисом говорили о том, как было бы здорово прекратить эту вражду. И вот теперь это стало возможным. Все равно почти никого не осталось, кто мог бы продолжать играть в ненависть.

Она бросила взгляд на дверь кухни, за которой скрывался Крис, и провела рукой по волосам. Ей нужно было думать об артефактах, звоне колоколов и снятии проклятия, но раз за разом в мыслях вспыхивали слова Криса о том, что он влюбленный дурак. Другая на ее месте, возможно, огорчилась бы, что признание в любви вышло отнюдь не романтичным, да и разговаривал он тогда не с ней, а со своей бабушкой… Но Аманде и не нужны были свечи и цветы – этого в ее жизни, увы, достаточно, спасибо тому, что привычный всем образ романтики воплотился в зловещей Латхиме. Аманде с лихвой хватало того, с каким пылом и самопожертвованием Крис защищал ее перед своей бабушкой и решился пойти с ней до конца. И даже встать в круг.

Аманда вернула стакан на место и взялась за следующий. Увы, она не могла сейчас позволить себе роскошь увлечься чувствами, когда на кону стояла ее жизнь. И все же… Мысли снова вернулись к его ласковому взгляду и нежным рукам. Будь у нее за спиной крылья, она бы вспорхнула, воспарив от любви.

Дверь кухни за спиной тихо приоткрылась, и Крис выглянул в зал.

– Все в порядке? – спросил он, заметив, как Аманда мучает стаканы, которые уже блестели от чистоты.

– Да… – Она выдавила улыбку и кивнула. – Просто задумалась.

Крис задержал на девушке встревоженный взгляд, но ничего не сказал. Коротко кивнув, он снова скрылся за дверью кухни.

Аманда закусила губу. Им обоим теперь предстояло пересмотреть свои отношения, которые до сих пор были исключительно дружескими. Но какими бы ни были их чувства, сейчас нужно сосредоточиться на куда более насущных проблемах. Спасение от проклятия – вот что должно стоять на первом месте. Она решительно отбросила мысли о Крисе в дальний угол сознания. Если они найдут способ ее спасти, будет достаточно времени разобраться со своими чувствами.

Оставив стаканы в покое, Аманда приветливо улыбнулась и подошла к Теодору Стэдлеру – шефповару единственного крупного ресторана в Лостшире.

– Аманда, – тепло поприветствовал он ее, окидывая взглядом закусочную. – От клиентов отбоя нет?

– Добрый вечер, – кивнула она. – Все как всегда – вечерний ажиотаж.

– Понимаю, у нас так же. А я вот решил ненадолго вырваться и сменить обстановку. Давненько не ужинал в «Тыквенном фонаре». Мои поварята как-нибудь справятся с наплывом, а вот я без жаркого в горшочке из тыквы этот вечер не переживу.

– Будет сделано! Что-нибудь еще? Десерт? У нас сегодня первоклассные тыквенные кексы с тягучей соленой карамелью и шафраном.

Теодор дернул себя за кончик черного густого уса, как делал всегда, когда речь заходила о кулинарных изысках и фирменных блюдах Фелтрамов.

– Не откажусь, – согласился он. – Аманда, мне неловко отвлекать Лидию, учитывая, сколько у вас гостей, но, может, она выйдет ко мне на минуточку?

Улыбка Аманды дрогнула. Теодор Стэдлер больше никогда не вступит в их любимую с бабушкой игру «Выведай рецепт».

– Вы правы,