Ресторанчик «Тыквенный фонарь» - Анна Кейв

будем говорить о вас двоих, – угрожающе заговорила Аманда. – Ты знаешь, что я сегодня нашла на полу закусочной. – Она кивнула на ее грудь, на которой покоился символ, скрытый под взмокшей от пота футболке.

– Я… – Николь озадаченно захлопала глазами. – Аманда, я не совсем понимаю, в чем твоя претензия. Да, я обронила подвеску, и что с того? Ее ведь нашли не в супе!

– Почему ты никогда не показывала, что носишь ее? – потребовал ответа Крис. Его голос был ледяным и до боли похожим на тон, которым общалась Элинор.

Николь беспомощно взглянула на Вильяма, но тот лишь непонимающе пожал плечами.

– Это семейная реликвия. Бабушка подарила мне ее, когда родители решили увезти меня из Франции. Что не так?

– Хватит врать! – внезапно взорвалась Аманда, ударив ладонью по столу так, что солонка подпрыгнула. – Вильям тоже носит такой же знак! Скажешь, это совпадение?! Парные украшения?!

Вильям положил локти на стол, оголяя запястья, и подался вперед, хмурясь:

– Крис, Аманда, что происходит? Почему вы накинулись на Николь?

Аманда хмыкнула:

– Хорошо, можешь начать первым. Откуда у тебя этот браслет?

Вильям опустил уставший взгляд на запястье и пожал плечами:

– Купил на распродаже. Еще в Осло. Гулял в последние дни перед нашим отъездом и решил купить что-то на память о Норвегии.

Крис прищурился:

– И как этот символ связан с Норвегией?

Вильям снова пожал плечами:

– Никак. Но когда мне становится грустно и я начинаю скучать по родине, надеваю этот браслет и вспоминаю те последние дни, за которые обошел почти весь город, чтобы запомнить его.

Аманда и Крис переглянулись. Звучало убедительно. Это объясняло, почему Аманда не видела браслет раньше: Вильям нечасто его надевал.

– Лидия видела этот браслет? – пытливо уточнила Аманда.

– Да, – удивленно кивнул он. – Она заинтересовалась им так же, как ты, только не в таком тоне. Лидия заметила браслет в самый первый день, когда мы с родителями пришли в «Тыквенный фонарь».

– Она увидела его до или после того, как пригласила пожить у нас? – быстро спросила Аманда.

– До. Лидия несколько дней крутилась около меня и расспрашивала о браслете. Потом она успокоилась и попросила, чтобы я никому его не отдавал и не продавал, хранил на будущее. – Вильям помедлил и добавил: – Я всегда думал, что она имела в виду память о родине, но теперь сомневаюсь.

Аманда сцепила холодные пальцы в замок. Значит, бабушка знала о том, что у Вильяма был оберег… И судя по всему, она верила в то, что он оказался у Вильяма совершенно случайно и не имел отношения к возрождению культа. Она поддерживала их дружбу, уверенная в том, что однажды Вильям и его символ помогут внучке.

Аманда метнула пристальный взгляд на Николь:

– А что скажешь ты?

Крис предупредил, сощурившись:

– Только не выдумывай, что ты нашла такую же подвеску, как у Вильяма, и купила для того, чтобы смотреть в моменты грусти и вспоминать о нем.

Вильям нахмурился:

– Да о какой подвеске вы говорите? – Он повернулся к своей девушке и вопросительно выгнул бровь: – Николь?

У той заметался взгляд от одного к другому. Наконец, она потянула за цепочку и показала оберег. Вильям тут же сравнил его с тем, что украшал его браслет, и присвистнул:

– Один-один…

– Один в один, – машинально поправила его Николь, удивленно рассматривая оба оберега.

– Вы что, никогда не замечали этого сходства? – насмешливо фыркнул Крис.

Вильям повел плечом и напомнил:

– Нет, я же редко надеваю браслет. У Николь подвеска всегда под одеждой, а ночью… – он запнулся и покраснел, – темно. Ребята, в чем дело?

Аманда с вызовом сузила глаза:

– Вот только не делайте вид, что ничего не понимаете!

Николь покачала головой:

– Но мы правда не понимаем. Эта подвеска досталась мне от бабушки. Как я уже сказала, она подарила ее мне, когда родители решили переехать в Лостшир, чтобы я ее не забывала. Бабушка хранила кулон в память о своей сестре, с которой была очень близка, но решила, что нужно передать наследие мне. Раньше подвеска принадлежала ей – моей двоюродной бабушке Миллисент.

– Миллисент? – в унисон переспросили ошарашенные Аманда и Крис и переглянулись. Это же не могло быть совпадением?

– Она рано умерла, еще когда училась в школе, – продолжила Николь. – Бабушка с семьей тогда жили здесь, в Лостшире, но уехали сразу после ее смерти. Им было тяжело здесь оставаться.

Крис запустил пальцы в волосы и ошарашенно пробормотал:

– Я скоро свихнусь…

Аманда вытащила из кармана фотографию и положила на стол.

– Ты узнаешь кого-нибудь? – спросила она Николь, внимательно следя за реакцией подруги.

Та в изумлении распахнула глаза и погладила пальцем изображение девушки посередине.

– Это Миллисент!

Милли…

Глава 28

Новый след

Аманда не собиралась делиться с Николь и Вильямом – теми, кого весь вечер считала предателями, – ни их с Крисом находками, ни рассказом Элинор. По крайней мере, до тех пор, пока не убедится наверняка: враги они или все-таки друзья. Но когда выяснилось, что Николь и Милли – родственницы, Аманда не смогла удержаться. Слова хлынули сами собой. Она говорила без остановки, рассказывая все, о чем не успела упомянуть раньше.

По правде говоря, пересказывать пришлось почти все события последних двух с половиной дней. Они выдались такими насыщенными, что у Аманды так и не нашлось времени на мозговой штурм, о котором они вчетвером договорились утром в день исчезновения бабушки. По вечерам, после закрытия закусочной, обе валились с ног, и Аманда отмахивалась от любых обсуждений, обещая, что расскажет все завтра. Знания Николь о происходящем обрывались на решении Аманды и Криса поговорить с миссис Эпплби, поэтому рассказ затянулся почти на час.

Николь, приоткрыв рот, впитывала каждое слово Аманды. Вильям несколько раз останавливал ее сбивчивый рассказ и просил повторить. Особенно часто он прерывал, когда Аманда дошла до беседы с Элинор.

– Если бы ты только сразу показала мне фото, – сокрушенно покачала головой Николь.

Аманда виновато поджала губы. Ей стало стыдно за то, что сперва попросила о помощи, а затем просто бросила друзей разбираться с делами закусочной, посчитав, что так от них будет больше пользы.

Крис дернул плечом:

– Может, и к лучшему. Ты бы повела нас по ложному следу, рассказав, что Милли умерла.

Николь возразила:

– Но вы бы стали копать глубже, чтобы понять, как наши бабушки связаны друг с другом. Так или иначе вы бы узнали правду. – Она помолчала. – Поверить не могу… Я все эти годы даже не знала, что Миллисент бесследно исчезла!

Аманда предположила:

– Наверное, твоей бабушке было проще сказать, что она умерла. Не зря твои родные переехали отсюда. Они хотели, чтобы все забылось.

Крис нахмурился:

– Только я одного не пойму… Неужели никто не заговорил с вами о Милли, когда вы вернулись?

– Нет, – искренне ответила Николь. – Впрочем, я была маленькая, может, тогда кто-то подходил к родителям…

Аманда понимающе кивнула:

– О Фелтрамах тоже уже много лет молчат, как только улеглись разговоры о папе и Мэттью. Все предпочитают