Опальная фаворитка - Людмила Вовченко

отцу.

Клэр нахмурилась.

— Настоящую?

— Похоже. Нужно проверить.

— Проверяйте.

— И ещё.

Он достал другой лист.

— Я сделал копии документов по Бельфонтену и отдельно выписал всё, что касается ваших прав.

— Почему отдельно?

Люсен посмотрел на дверь.

Клэр поняла.

— Семья?

— Я не знаю, что они собираются делать. Но ваш брат два месяца назад интересовался у одного коллеги вопросами управления имуществом незамужней родственницы.

Клэр перестала дышать.

— До того, как Бельфонтен начал приносить деньги?

— Да.

Вот это уже было другое.

— Зачем?

— Не знаю.

— Ты уверен?

— Коллега вспомнил фамилию. Арман задавал общие вопросы. Никаких действий не предпринимал.

Клэр медленно откинулась.

Значит, не только прибыль.

Что-то планировалось раньше.

Брак?

Передача управления?

Попытка держать её под контролем после ссылки?

— Что именно спрашивал?

— Может ли ближайший мужчина семьи распоряжаться имуществом незамужней женщины, если она больна или признана неспособной вести дела.

Холод.

Настоящий.

Клэр вспомнила слова Женевьевы утром.

«Ты всегда была впечатлительной».

«После случившегося твоё состояние…»

Вот зачем.

Не обязательно готовый заговор.

Не обязательно документы уже лежат в кармане.

Но направление было слишком ясным.

— Ответ?

— Не автоматически.

— Хорошо.

— Клэр.

Она подняла глаза.

Люсен не улыбался.

— Не подписывайте ничего, что принесёт Арман. Вообще ничего. Даже если скажут, что это формальность.

— Не подпишу.

— И ещё. Брак может существенно изменить положение имущества в зависимости от условий договора.

Клэр медленно улыбнулась.

— Как удобно.

— Что?

— Ничего.

Но теперь она почти не сомневалась.

Если семья приехала не только закрывать купальни, скоро появится мужчина.

Очень подходящий.

Очень надёжный.

Очень выгодный.

И совершенно случайно готовый помочь несчастной Клэр управлять её делами.

Она посмотрела на Люсена.

— Вы останетесь на ужин?

— Если Жанна позволит.

— Позволит.

— Тогда да.

— Отлично. Мне может понадобиться нотариус.

— За ужином?

— С моей семьёй всё возможно.

---

Адриен приехал через два часа.

Клэр не ждала его сегодня.

И это было первое, что её разозлило.

Второе — что она обрадовалась.

Он спешился во дворе под мелким дождём, отдал поводья Жаку и снял мокрые перчатки.

Тёмный дорожный сюртук облегал широкие плечи. На сапогах грязь. Каштановые волосы возле висков намокли и стали темнее. Синие глаза сразу нашли Клэр под навесом.

И лицо изменилось.

Совсем немного.

Но она уже слишком хорошо его знала.

Сначала облегчение.

Потом удовольствие.

Потом привычная попытка сделать вид, что ничего особенного.

Не получилось.

Ямочки появились раньше.

Клэр скрестила руки.

— Вы опять.

Адриен подошёл.

— Я тоже рад вас видеть.

— Я этого не сказала.

— Лицо сказало.

— Моё лицо прекрасно воспитано.

— Не со мной.

Он остановился совсем близко.

Клэр почувствовала запах дождя, мокрой шерсти и кожи.

— Зачем приехали?

— Привёз ответ.

— Какой?

— По мастеру, который умеет работать с подводом воды к купальням.

Она перестала изображать равнодушие.

— Нашли?

— Да. Гаспар Лемуан. Сейчас в Дижоне. Работал с водоводами и купальными сооружениями. Согласен приехать посмотреть Бельфонтен через четыре дня.

Клэр улыбнулась.

— Спасибо.

Адриен замер.

— Всё?

— А что?

— Никакой насмешки?

— Вы сделали полезное дело.

— Мне непривычно.

— Не расслабляйтесь.

Ямочки.

Клэр почувствовала, что тоже улыбается.

Потом Адриен посмотрел на карету возле дома.

Герб.

Его лицо стало серьёзнее.

— Де Вильмон?

— Да.

— Мать?

— И брат.

— Давно?

— С утра.

Синие глаза внимательно изучили её лицо.

— Как вы?

Вопрос был простым.

Без шутки.

Клэр неожиданно ответила честно:

— Злюсь.

— Хорошо.

Она подняла бровь.

— Почему?

— Злость вам идёт больше, чем страх.

— Я боялась.

— Знаю.

Клэр посмотрела.

— Откуда?

Адриен пожал плечом.

— Вы слишком прямо держите спину.

Она молчала.

Вот зараза.

Увидел.

— Хотите, я уеду?

— Нет.

Слово вылетело раньше мысли.

Адриен замер.

Клэр тоже.

В синих глазах медленно появилось тепло.

— Нет?

— Люсен остаётся на ужин. Вы тоже можете.

— Очень щедро.

— Не испортите.

— Постараюсь.

Он уже собирался войти, когда Клэр остановила:

— Адриен.

— Да?

— Арман знает вас.

Улыбка исчезла.

— Знает.

— Хорошо?

— Достаточно.

— Вы его любите?

Адриен посмотрел на неё.

— Нет.

— Как быстро.

— Вы спросили.

— За что?

Он снял мокрый сюртук.

— Он однажды пытался продать мне лошадь.

— И?

— Лошадь была хромая.

Клэр закрыла глаза.

— Конечно.

— Он утверждал, что это особая походка.

Она засмеялась.

Не смогла удержаться.

Адриен смотрел.

И вдруг перестал улыбаться сам.

Просто смотрел.

Слишком долго.

Клэр почувствовала.

— Что?

— Ничего.

— Врёте.

— Да.

Он поднял руку.

На секунду Клэр решила, что коснётся лица.

Но Адриен лишь снял с её волос маленькую каплю воды.

Показал на пальце.

— Дождь.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Пауза.

Слишком тёплая.

Слишком близкая.

Из дома донёсся голос Армана:

— Адриен?

Момент исчез.

Адриен закрыл глаза.

— Проклятье.

Клэр тихо рассмеялась.

— Добро пожаловать в семью.

---

Арман встретил его почти радостно.

Почти.

— Де Бомон! Что ты здесь делаешь?

Адриен посмотрел на Клэр.

Она сразу поняла, что сейчас будет гадость.

— Приезжаю к хозяйке.

Арман моргнул.

— Зачем?

— По разным причинам.

Клэр медленно повернула голову.

Адриен сохранял невинное выражение.

Женевьева вошла в холл.

Увидела его.

Остановилась.

И Клэр буквально увидела, как мать пересчитывает ситуацию.

Адриен де Бомон.

Богат.

Холост.

Хорошая семья.

Связи.

Предприятия.

И находится в Бельфонтене.

Добровольно.

— Месье де Бомон.

— Мадам.

Он поклонился.

Женевьева улыбнулась.

— Не ожидала встретить вас здесь.

— Почему?

Мать на секунду растерялась.

Клэр прикусила губу.

Адриен продолжил:

— Бельфонтен становится интересным местом.

Он посмотрел на Клэр.

Не на стены.

Не на источник.

На неё.

Женевьева заметила.

Конечно.

Клэр почувствовала раздражение.

Не на Адриена.

На материнский взгляд.

Слишком быстрый.

Слишком деловой.

Будто Клэр только что внезапно подорожала.

— Вы знакомы с работой моей дочери? — спросила Женевьева.

Адриен улыбнулся.

— Достаточно близко.

Клэр наступила ему на сапог.

Не сильно.

Он даже не вздрогнул.

Только правая бровь поднялась.

— Осторожнее, — тихо сказала она.

— Я ничего.

— Пока.

Арман смотрел между ними.

Женевьева тоже.

И именно тогда из кабинета вышел Люсен.

— Адриен.

— Люсен.

Братья посмотрели друг на друга.

Люсен — на мать Клэр.

Потом на Клэр.

И всё понял.