Запретная алхимия - Стейси Макьюэн

– Ее здесь нет.

– Тогда, может, в пабе?

Он скептически посмотрел на меня:

– Хочешь добавки общения с моей матушкой?

Я поежилась:

– Кажется, она обещала меня пристрелить.

Он хмыкнул.

– Не бери в голову. Она это обещает каждому второму.

Успокоил, тоже мне.

– Тогда спокойной ночи. – Я повернулась к лестнице.

– Сэм скоро заступит на дежурство, – сказал он мне в спину. (Я постаралась не воспринимать это как угрозу.) – Окажи мне любезность, не грозись похоронить парня заживо, ладно?

Уголки моих губ дрогнули.

– Завтра встретишься с Маргаритой, – добавил он. – В семь утра. Я скажу Сэму, чтобы разбудил и проводил.

Я замерла, уже поставив ногу на первую ступеньку. Обернулась.

– Кто такая Маргарита?

Он ответил не сразу. Наши взгляды встретились, и повисла тишина, полная невысказанных слов. Лед в его глазах на мгновение растаял, уступив место чему-то теплому, почти болезненному. Желваки на его щеках дрогнули.

– Увидишь, – коротко бросил он.

«Держи свои хорошенькие глазки там, где им положено, – на горизонте».

– Спокойной ночи, Патрик.

– Ночи, девчонка из Скарри.

Двенадцать бесконечных пролетов вверх. На самом верху меня ждал пустой стул Сэма.

Я думала о его матери, пылающей праведным гневом. О его отце, сгинувшем в туннеле. Вина кольнула сердце, и я дала себе слово быть с парнем помягче в следующий раз.

Но сейчас я хотела только одного – спать. Видеть выцветшие вишни на обоях и провисший потолок. Тишины. Долгой, исцеляющей тишины. Один день в людском водовороте выжал меня досуха.

Я миновала тринадцатую дверь. Пятнадцатая манила, обещая покой.

Но когда я проходила мимо четырнадцатой, ржавые петли скрипнули, и дверь отворилась.

На пороге возник высокий человек с расширенными от удивления глазами.

Он замер, увидев меня.

– Нина? – выдохнул он.

– Тео? – одними губами прошептала я, не веря своим глазам.

Или мне это только показалось?

Глава 26

Патрик

Донни и Ганнер ждали в пабе. Они ушли сразу же, больше не притронувшись к выпивке.

– Идемте, парни, – буркнул Патрик, шагая к выходу. – Денек выдался долгий.

Они миновали ярко освещенную Мейн-стрит, свернули к первому каналу и пошли вдоль берега, пока городские крыши не остались позади, уступив место темным полям.

Феррис Мэнли спал, уткнувшись лицом в солому, рядом с лошадьми, чья родословная была куда благороднее его собственной. От него разило перегаром и навозом. Полупустая бутылка валялась рядом, содержимое впиталось в подстилку. Лицо представляло собой сплошной синяк.

– Полюбуйтесь на этого красавца, – сплюнул Ганнер, затягиваясь сигаретой. – Я ящик односолодового отдал, чтобы выбить для него это место.

Патрик разделял его досаду. В такие моменты он думал, что проще было бы избавить мир от таких, как Феррис, чем пытаться спасти их никчемные души.

– Что ж, – пробормотал Донни, туша окурок о столб. – Упокой, Господи, и все такое.

Лошади в стойлах лишь тихо фыркали. Даже они, казалось, смирились с неизбежным.

– Эй! – рявкнул Патрик и пнул Ферриса по ботинку. – Подъем!

Тот замычал, с трудом разлепляя заплывшие глаза. Увидев нависшего над ним Ганнера, он дернулся.

– Здравствуй, Феррис, – ласково произнес Ганнер.

Даже в детстве Ганнер умел нагнать жути одним своим видом. Патрик был уверен: в Кентон-Хилле не было человека, который бы его не боялся.

Феррис съежился, напоминая загнанную в угол крысу.

– Я… я не… – заскулил он.

– Что «не», Феррис? – холодно спросил Патрик.

Барыга начал задыхаться, издавая нечленораздельные звуки, хотя его еще и пальцем не тронули.

Донни неторопливо извлек пистолет и направил его в сторону кучи соломы. Феррис затрясся мелкой дрожью. В воздухе отчетливо запахло мочой.

Ганнер, не шелохнувшись, посмотрел на Патрика с недоумением.

– Убийство из милосердия? Я думал, мы пришли повеселиться.

– Так и есть, – успокоил его Патрик. – Убери пушку, Донни.

Донни с разочарованным видом опустил ствол.

– Скотти и Бриггс сейчас приведут твоих дружков, Феррис, – сообщил Патрик. – Устроим вечеринку.

Словно по команде, снаружи послышался топот. В дверях конюшни показалась рыжая голова Бриггса.

– Доставили, Пэтти.

Патрик кивнул.

– Поднимай его, Ганнер. Посмотрим, как быстро бегает эта свинья.

Ганнер рывком вздернул Ферриса на ноги, не обращая внимания на его мольбы.

– Ганнер, – хныкал тот. – Пожалуйста… Мы же были друзьями.

Старший из братьев Колсон лишь хмыкнул и, схватив Ферриса за шкирку, выволок его на улицу.

Там, под присмотром Скотти и Бриггса, жались друг к другу еще пятеро – бывшие мелкие дилеры, ныне пристроенные на честную работу. Колсоны давали вторые шансы, но предательства не прощали.

– Добрый вечер, джентльмены, – обратился к ним Патрик, перекрикивая скулеж Ферриса. – Прошу прощения за беспокойство. Мы пригласили вас, чтобы вы помогли решить судьбу вашего коллеги.

Парни переминались с ноги на ногу, старательно избегая смотреть на Ферриса и на братьев Колсон. Все, кроме одного, который глядел на Патрика с вызовом.

– Вы все, – продолжил Патрик, – получили новую работу. Шанс начать сначала.

– Грести дерьмо, – огрызнулся смельчак, Леон, – или гонять крыс по канализации.

– Но работу, – парировал Патрик. – Феррис же решил наплевать на свой шанс. Ты, я погляжу, любишь риск, Леон?

Патрик достал монету, показав ее всем.

– Орел – я стреляю в Ферриса, когда он побежит.

Глаза Леона округлились. Феррис завыл в голос.

– Решка – и я позволю тебе выбрать стрелка.

Леон бросил взгляд на скулящего Ферриса, и в его глазах мелькнуло что-то недоброе.

– Я хочу сам бросить, – заявил он.

Патрик, подумав секунду, кинул ему монету.

– Смотри не потеряй. Времена нынче тяжелые.

Бриггс и Скотти загоготали.

Пальцы Леона дрожали. Он встал в позу, словно собирался метнуть гранату, кивнул Феррису – мол, ничего личного – и подбросил монету в воздух.

Серебро сверкнуло в лунном свете и шлепнулось обратно в ладонь.

Леон расплылся в улыбке и торжествующе посмотрел на Патрика.

– Решка.

– Отлично. Кого выбираешь?

Ответ последовал мгновенно:

– Донни. Я выбираю Донни.

Патрик кивнул.

Донни цокнул языком и подмигнул своим незрячим глазом.

– Почему всегда я?

Патрик усмехнулся.

– Ганнер, по команде отпускай. Чтобы все было честно, у Донни будет только один выстрел. Идет, Леон?

Тот важно кивнул. Феррис перестал выть и затаил дыхание.

Донни лениво потянулся за пистолетом.

– Ну, Феррис, покажи класс, – напутствовал Ганнер. – Беги по ветру, чтоб Донни тебя учуял.

Зрители подались вперед, охваченные азартом.

– Готов? – крикнул Ганнер. – На старт… Внимание… Марш!

Феррис рванул с места с неожиданной прытью, хоть и споткнулся на первом шаге. Он отбежал уже футов на двадцать, прежде чем Донни вообще поднял руку.

Топот ног Ферриса удалялся, он несся к спасительным теням переулка. Его бывшие коллеги свистели и улюлюкали. Леон хохотал громче всех.

Донни взвел