Желание богов - Тан Ци

В ее голосе, похожем на весенний ручей, не звучал упрек, но, услышав слова госпожи, Чжаоси побледнел. Наконец он с горечью сказал:

– Госпожа всегда знала, что у меня на сердце. И теперь говорите мне, что собираетесь познать семь чувств и шесть желаний ради другого мужчины. Вы просто хотите, чтобы я оставил надежду, верно? Гу Жун и я, мы были рядом с вами десятки тысяч лет, но ради нас… – Его голос вдруг дрогнул от гнева. – Чем тот бог заслужил такое отношение? Он еще даже не родился! Исполняя волю Небес, вы стали ради него женщиной. Неужели ради него вы должны к тому же измараться в человеческих страстях, осквернив непорочную душу богини света?

Цзу Ти долго смотрела вдаль и молчала. Наконец она заговорила:

– Ты спрашивал, что я увидела в том сне?

Она выдержала паузу.

– Я видела величественные дворцы и оживленные улицы. Видела бескрайние пустыни и далекие гиблые земли… И видела его – ради меня пересекшего эти горы и реки. Беспокойного, смятенного, ищущего… – Голос ее звучал задумчиво. – И вот однажды ночью он нашел меня и сказал, что любит. Здесь…

Цзу Ти подняла руку, из рукава с узором облаков показались тонкие пальцы. Она коснулась ими груди у сердца:

– Когда он произнес эти слова, здесь заныло и возникло странное чувство – неописуемое, из-за которого я заплакала. Я не знаю, что это было, но очень хочу узнать, иначе не найду покоя.

Ее голос всегда казался невесомым, почти неземным, а сейчас и вовсе будто доносился из сна. Но для юноши он звучал пугающе ощутимо, словно колючий репейник, расцарапавший душу до боли и крови. Чжаоси пробормотал:

– Я…

Но богиня легким движением руки остановила его, не дав договорить, и продолжила:

– Так называемая беспристрастность означает отсутствие привязанностей. Все те сорок тысяч лет до той ночи я действительно могла называться свободной от желаний. Ничто в этом мире не имело для меня значения, ни к чему я не была привязана. Но в тот миг у меня появилась привязанность. Хотя это и было предначертано судьбой, день за днем, вплоть до сегодняшнего дня, в глубине души я ждала встречи с тем мужчиной спустя десятки тысяч лет. Мне хотелось понять, что означало то волнение в сердце тогда и почему я проливала слезы. С того самого момента непорочную душу богини света осквернила пыль мирских желаний. Почему не из-за тебя или Гу Жун, а из-за того, кто явился мне во сне? Ты спрашиваешь меня об этом, но у меня нет ответа. Понимаешь?

Ди Чжаоси побледнел, крепко зажмурился и после долгой паузы горько произнес:

– Мне… нечего сказать.

И в этот самый миг водопад перед ними превратился в огромную волну, которая в одно мгновение поглотила обоих.

Над сознанием Ди Чжаоси внезапно вознеслась кристальная стена, отсекая мерцающие огни воспоминаний. На стене мгновенно появились тысячи натянутых луков. Третий принц среагировал молниеносно – он покинул море сознания повелителя людей прежде, чем стрелы обрушились на него. Позади него остался бурлящий хаос, взбаламутивший воды разума и сокрывший его в пелене мрака.

Покоившийся на ледяном ложе Чжаоси очнулся, едва первая капля воды Реки Воспоминаний попала в его горло, однако все свои силы он направил на то, чтобы позаботиться о семенах воспоминаний, которые, оживленные водой Реки Воспоминаний, словно бамбуковые ростки весной, прорастали и возрождались. Хотя он и почувствовал, что третий принц проник в его сознание, у него не было сил сразу возвести в разуме стену, чтобы преградить путь к морю сознания.

Когда же под угрозой оказалось еще больше тайн, Чжаоси наконец собрал достаточно сил, чтобы вернуть управление над своим разумом. В тот миг воспоминания последних десятков тысяч лет – и те, что были до перерождения, и те, что накопились за сто восемьдесят тысяч лет после, и даже память нынешней жизни в облике Цзи Минфэна, – все эти искры прошлого внезапно слились в ослепительный свет и вернулись в тело, облаченное в золотые доспехи.

Ди Чжаоси вспомнил все.

В тех воспоминаниях, что остались скрытыми от Лянь Суна, он однажды увидел истинный облик Цзу Ти. Ее неземная красота потрясла его, погрузив его еще глубже в эту безнадежную любовь.

Позже, незадолго до открытия врат Жому, он снова услышал, как Цзу Ти говорила о том мужчине, пробудившем в ней мирские чувства. Она сказала, что он станет богом воды в новую эпоху богов. Но после развоплощения Шао Вань, открытия Врат, переселения людей и жертвы Цзу Ти, на вершине Девяти небесных сфер Мо Юань был провозглашен Верховным богом и началась новая эпоха. Чжаоси ждал тридцать тысяч лет, с горечью и насмешкой размышляя, каков же будет тот самый бог воды, которого так ждала его госпожа. Но трон бога воды пустовал все эти годы.

А потом ему наскучило ждать в мире, где больше не было госпожи. Чжаоси начал сомневаться, что она и впрямь возродится из света. Не в силах вынести одиночество и пустоту, он оставил свое бессмертное тело в гробнице, построенной для нее, и отправился в Загробный мир, чтобы войти в круг перерождений.

И тогда начались бесцельные, беспросветные жизни. В это время наконец родился бог воды, которого восемь пустошей ждали десятки тысяч лет. В одном из своих бесчисленных воплощений в смертном облике Чжаоси даже мельком встретил еще юного тогда бога воды. Но в тот момент он пребывал в забытьи и не вспомнил своего былого желания сравниться с соперником – тот момент стал всего лишь крошечным осколком, затерявшимся среди тысяч его перерождений. Не будь вод Реки Воспоминаний, он бы никогда его не выловил.

Теперь ему все стало ясно. Чэн Юй – это Цзу Ти. А бог воды – Лянь Сун.

«В конце концов, между мной и госпожой действительно есть связь, – подумал Чжаоси. – Иначе как бы мы смогли встретиться и узнать друг друга среди бесчисленных смертных в этом бесконечном круговороте перерождений?»

Семь тысяч семьсот двадцать четыре жизни. Он так долго блуждал в этом туманном круге… И вот наконец дождался ее возрождения.

Но если уж между ними была такая связь, зачем именно теперь Небесам нужно было ниспослать в их мир бога воды?

Чжаоси перебрал воспоминания и убедился: третий принц точно не знает об истинной сущности Чэн Юй. Тогда зачем этому богу воды понадобилось вырвать его из круга перерождений и, воспользовавшись его беспомощностью, проникнуть в сознание, дабы просмотреть воспоминания? Что он хотел