Тень императрицы - Анна Шнайдер

Голос его звучал чуть заигрывающе, и Виктория от этого на мгновение растерялась. Однако отвечать ничего не стала, лишь пожала плечами, состроив независимый вид.

Забавно, а ведь ещё два дня назад Гай наверняка купился бы, если бы увидел императрицу вот такой — бесстрастной и колкой, как льдинка. Однако прошедшие дни, проведённые рядом с Викторией, показали ему, что она вовсе не такая, какой хочет казаться окружающим.

Виктория напоминала ему редкую морскую жемчужницу — твёрдую раковину, которую очень тяжело раскрыть, но если всё-таки сделать это, то увидишь беззащитное нутро моллюска, обнимающего драгоценную жемчужину, как собственное сердце.

Некоторое время Янг и Болдиус потратили, загружая в анализатор задачу сравнить два образца. Для обычных пользователей это было невозможно, но не для артефакторов, пусть и пришлось вносить изменения в исходную формулу анализатора.

И когда эти двое стояли над артефактом и вместе его препарировали, Гай не выдержал и высказался, сам не понимая, зачем это говорит:

— Вас обоих тоже надо бы проверить. А то вы слишком друг на друга похожи.

Янг усмехнулся, Вистан кинул на Гая неприязненный взгляд, но это предложение неожиданно поддержали его собственные люди.

— Да, Вис, вы с магистром Янгом и правда смотритесь как родственники, — подтвердил Брайд Авалониус, с интересом рассматривая то Рона, то своего начальника. — Может, конечно, совпадение. Но вдруг нет?

— Сейчас ещё рано об этом говорить, — отрезал Болдиус сквозь зубы. Настолько не хочет быть родственником безродного сына сапожника? Весьма глупо, учитывая, как Янга ценит император. Вот Гай посчитал бы это честью, хотя вовсе не из-за отношения его величества к Рону, — просто Янг ему нравился.

— Говорить, может, и рано, но следует хотя бы подумать в эту сторону. И в будущем использовать анализатор для сравнения ваших с магистром образцов, — безапелляционно заявил Брайд. Он всегда не боялся высказывать собственное мнение — за это Вистан его и ценил. Впрочем, как и Гая. Несмотря на безумное самолюбие, Болдиус не любил окружать себя тупыми исполнителями. Скорее всего, потому что понимал: нет ничего выдающегося в том, чтобы руководить стадом баранов.

— Готово, — вмешался в дискуссию Янг, щёлкая задней крышкой анализатора. — Теперь у нашего образца появилась дополнительная опция сравнения. Давайте посмотрим, как она функционирует. Гай, прошу вас.

На людях Рон обращался к Гаю исключительно на «вы», это было ожидаемо, но его демонстративная отстранённость всё равно была немного неприятна. Гай даже невольно задумался: а как в этом постоянно живут император с императрицей? Они ведь вынуждены играть в подобные игры каждый день. И не только с Софией, которая на людях была аньян, но на деле значила для обоих гораздо больше. Причём ладно бы только для императора! Но и Виктория, кажется, тоже относилась к этой рыжей девчонке неформально. Чего Гай был не в силах понять.

Вистан был любовником Амиры, Гай уважал его, как хорошего руководителя, однако пить с ним чай и по-дружески общаться — нет, ни за что.

Вывод из этого следовал один, и весьма интересный — чего-то Гай явно не понимает в отношениях Виктории, Софии и Арена. А возможно, он не понимает даже решительно всё… София ведь как-то получила возможность проходить через огонь. Как? На подобное способны лишь архимагистры — такие, как Болдиус, — или родовые огненные маги. Как Альго или Ариэлла Велариус.

Думая обо всём этом, Гай послушно приложил палец к стеклянной поверхности анализатора, почувствовал быстрый укол и, отдёрнув руку, с любопытством уставился на артефакт, который издавал весьма интересные звуки — внутри словно тикали часы.

А потом на поверхности появились строчки сравнительного анализа.

Образец 1: кровь рода Билингиус. Родовая магия — воздушная (для подробного описания нажмите здесь).

Образец 2: кровь без признаков родовой магии.

Результат: сходство между двумя образцами не найдено.

— Если взять в качестве образца кровь моего сына, ваш анализатор выдаст то же самое, — недовольно проворчал Бакстер. — В этом и проблема. Проходили уже.

— То есть вы выполняли подобное сравнение? — уточнил Болдиус, и Янг кивнул.

— Разумеется. Но не с этим анализатором, и с кровью двух Билингиусов — одного официального, другого нет. Результат был почти такой же.

— Почти?

— Тот анализатор ещё выполнял биохимический анализ крови и нашёл сходство по показателям печёночных ферментов. Даже сделал вывод, что у испытуемых одинаковая болезнь печени. Что, в общем-то, верно, но нам не пригодится.

— Да уж, — хмыкнул Вистан, а затем обернулся к Виктории, которая по-прежнему сидела на своём месте, положив руки на стол, и невозмутимо смотрела на их возню с анализатором. — Приношу свои извинения, ваше величество. Я был не прав. И надеюсь, что вы позволите мне загладить вину, пригласив вас на прогулку по городу. Я с удовольствием составил бы вам компанию. Если вы, конечно, найдёте на меня время.

Гай чуть зубами не клацнул. Прогулка по городу ему, надо же, каков нахал. Ладно бы ещё он был со столицей совсем незнаком, но Вистан здесь родился и учился. Скорее всего, он знал Граагу не хуже Виктории, и уж точно лучше Гая.

— Изначально речь шла о том, что вы выполните любое моё желание, — чуть приподняла точёные брови Виктория, — а не о совместных прогулках. Выглядит ваше предложение так, будто вы считаете, что это я проиграла.

Рон откровенно фыркнул, да и многие присутствующие тоже спрятали улыбки, что вряд ли понравилось Болдиусу. Но вида он не подал.

— Вы, несомненно, выиграли, ваше величество, — он поклонился, не отрывая взгляда от императрицы. И Гай, несмотря на то, что стоял сбоку, отлично видел, каким пылом наполнен этот взгляд. — И я буду рад выполнить ваше желание… любое… во время прогулки по городу.

— Нахально, — констатировала Виктория, не смутившись — по крайней мере, внешне. — Возвращайтесь к работе, архимагистр. Император часто бывает терпелив, но не в данном случае.

— Вы не хотели начинать со сравнения, — подал голос Янг, делая Гаю знак, чтобы сел на место рядом с Викторией. — Так что предлагаю на этом завершить использование двух образцов. Нам надо работать над расширением итоговой формулы, чтобы она превратилась в наследуемый код. Давайте подумаем, как это сделать.

Болдиус повернулся к Рону с явным намерением сказать что-то вроде «чего это вы тут раскомандовались», но отчего-то