Печать Безумных. Белое и Чёрное - Екатерина Ивановна Гичко

— Ну а для кого я его строю? Примерь, — весело подначил Риш. — Может, что-то не понравится.

И Лирка осторожно на четвереньках пробралась мимо него и медленно ступила коленями на плетёное дно. Душа ухнула от восторга. Это была берлога — олицетворение безопасности и спокойствия. Уединённый и закрытый мирок, в котором можно ни о чём не беспокоиться. Она огладила подрагивающими пальцами шершавую кору, небольшие сучки и села на задницу, умещаясь с удобством, надолго. В глазах появился лихорадочный блеск.

— Мне надо, чтобы здесь было… — и, облизнув пересохшие губы, показала, как ей надо.

— Будет, — пообещал улыбающийся Риш.

— Чего происходит? — Иррес испуганно таращил глаза на Лирку. — Такого никогда не было.

— И плохо, что не было, — тихо произнёс Риш.

Потребность в безопасности инстинктивна. Когда женщина или ребёнок в тревоге, им нужно место, в котором они могли бы укрыться от опасности. Хотя бы и столь символическое, как гнездо или уютная нора в шкафу с одеждой, которые на инстинктивном уровне дарят ощущение покоя и безопасности.

— Лирка, ты могла давно сказать мне! — с досадой выдохнул Иррес, получив ответ от Наэша. — Да я бы натаскал самого страшного валежника под стену и вырыл бы тебе всамделишную берлогу, а не это жалкое гнездоподобие!

В душе поднялась удушающая буря воспоминаний. Впервые за многие и многие годы Лирка почувствовала, что у неё есть дом. Она вспомнила, каким он должен быть. Вспомнила отца, который плёл по вечерам корзины, а она, маленькая девочка, пряталась под ними от брата и тихо хихикала. Рядом с отцом было хорошо, спокойно, безопасно. И никогда больше она не чувствовала себя так, как в родительском доме.

А вот сейчас, сидя в недостроенном гнезде, которое делали именно для неё, она ощутила безопасность.

Лирка через плечо посмотрела на хайнеса и не увидела его. Не увидела правителя огромной страны. Она увидела улыбающегося мужчину. Хорошего собой, с лукавым взглядом и тёмной россыпью засосов на шее. И сердце томительно сжалось.

— Мне строить его дальше? — спросил Риш, склонив голову набок. По белым волосам скользнули блики светляков.

Почему-то показалось, что спросил он не про гнездо. Но Лирка всё равно ответила:

— Да.

Глава 17

Провокация

На душе было погано. И, видать, не только у него. Ёта отметил, как настороженно исподлобья смотрит на него Ло-тиа-х, усаживаясь напротив. Рядом с ней присел беспечно улыбающийся Ло-сан-х. Его, казалось, нахождение в шатре не самого верного союзника ничуть не напрягало. А вот жрица осматривалась с явным неодобрением, уклад хуани-са был ей не по нутру.

— Можно говорить спокойно, — уверенно заявил Хо-ёта-х. — Снаружи за шатром смотрят наши шаманы.

— Не чужих ушей мы опасаемся, — прямо заявила Ло-тиа-х, склонив голову набок. Солнечный свет, текущий сверху через откинутое навершие шатра, золотом расползся по её белым косам и зловеще засиял в глазах.

Красивая какая баба всё-таки. Но по натуре самый настоящий мужик. У Ёты внутри всё воротило от мысли, что вот эта тоже женщина.

В шатре висела непривычная тишина. Ёта ещё вчера распорядился, чтобы к полудню здесь никого не было, и старшая жена нашла всем дела снаружи. Старшая жена… Тоже одно расстройство от неё! Как узнала, что А-ара и То-нии погибли, с лица спала и до сих пор какая-то странная ходит. Затеяла устроить погребальный обряд, чтобы души умерших ушли из мира смертных на перерождение, да Ёта запретил. Внутри тонким комариным писком звенела тревога, страх, что кто-то помимо Господина, узнает, где его жёны. И ведь могло всплыть. Если Второй Господин Арван-Ё выбьет Главного из его ворот, то А-ара останется при нём жрицей. Кто-то да и узнает, вспомнит её. Или сама скрывать не станет. А если Арван-Ё вернётся Хоётору, и Второй Господин вновь займёт его, то А-ара опять же будет жрицей при нём и вряд ли уста на замке держать пожелает. Не хотел Ёта усугублять своё враньё ещё большим враньём. А то будут говорить, что не только о смерти жён наврал, но ещё и посмел их похоронить, так уж стремился грех свой скрыть.

К чему суетиться и выставлять себя жалким, если всё ещё поменяться может? Нет, тут холодную голову сохранять нужно.

— И у меня доверие к вам небольшое, — не стал скрывать Ёта. — Но трезвость ныне сохранили немногие, и дело нужно иметь с теми, кто готов действовать.

— Верно, — Ло-тиа-х качнула головой в знак согласия. — В душах многих поселилось сомнение, а действовать нужно быстро, решительно и желательно вместе, чтобы силы были больше. Госпожа, — Ёта внутренне напрягся, — говорит, что и среди Господ нет единства. Слабые боятся, сильные опасаются потерять то, что имеют. Второй Господин Арван-Ё держит большую обиду на всех нас. Плохо, если он вернётся. Но ещё хуже будет, если он станет Главным главных.

— Да, тогда он будет ближе к вам, — Ёта насмешливо прищурился. — А если займёт Арван-Ё, то гнев его прежде всего падёт на нас.

— Или он проявит милость в благодарность за то, что мы вернули Арван-Ё, — прищурилась в ответ Ло-тиа-х. — Возвращение утраченного города можно преподнести как мольбу о прощении.

— Мольбу? — Ёта не смог удержаться от презрительной гримасы.

— Когда противник столь силён, можно опуститься и на колени, — вкрадчиво протянула Ло-тиа-х. — Расххеридан, — тут у Ёты возникло стойкое ощущение, что говорит с ним не жрица, — мягкосердечен. Искреннее раскаяние может умилостивить его. Или оправдание, в которое хочется верить. Можно ведь признаться ему, что да, действительно кое-кто из Господ хотел, чтобы он проиграл, ушёл ненадолго в тень, чтобы забрать город себе. Что единство между нами в борьбе с салея-са было утрачено. Но не все желали ему зла. Мы просто оказались слабы и смогли склонить большинство на свою сторону. Но прошло время, и наши воззвания обрели силу, и мы смогли направить войска на освобождение Арван-Ё.

— Прекрасная легенда, — оценил Хо-ёта-х.

— Легенда? — жрица чуть удивлённо вскинула бровь. — Это правда, уважаемый Хо-ёта-х. И Второй Господин отчасти в это верит. Его убеждают. Но полностью убедить его смогут только действия. И здесь даже то, что у него появилась жрица, весьма занятная особа, пойдёт вам только на руку. Это ведь можно выставить не как случайность.

Нутро сковал холод. Лицо дрогнуло, но Ёта смог взять себя в руки и более никак не выдать своего замешательства. Откуда эта тварь прознала? Он ведь никому, кроме Господина, не говорил. Догадалась или… или Господин рассказал её Госпоже? Ведь такого не может быть? Ведь не