Приручая Серафину - Джиджи Стикс

Подъезжаю к складу, глушу мотор, выхожу и обхожу машину, чтобы открыть ей дверь.

— Просыпайся.

Пальцы скользят по ее волосам, пахнущими клубникой.

Глаза трепещут и открываются.

— Уже приехали?

— Готова увидеть Паоло Рошаса так скоро после прошлого?

Весь сон слетает с нее в секунду, голубые глаза превращаются в узкие щели. Она отстегивается, выскальзывает из машины и выпрямляет плечи.

— Где он?

Мы идем через заброшенное здание молча, только ее яростное дыхание эхом отдается в пустых коридорах. Мгновение, и мы уже в дверях комнаты, куда я вчера закинул Рошаса.

Ноздри дергаются от смеси мочи, пота и говна. Пропуская Серафину вперед. Рошас спит, уронив голову на грудь, лицо скрыто сальной черной паклей. Стул, на котором он обмяк, и пол под ним покрыты желтой лужей.

Серафина бросается к нему, но я хватаю ее за плечо.

— Подожди.

— Чего? — рычит она.

Я подхожу к раковине в углу комнаты, прикручиваю шланг к крану и обдаю холодной водой и пол, и Рошаса. Мужчина просыпается с громким рывком и откидывается назад на стуле, привинченном к полу.

— Какого хрена? — орет он, дергая головой в сторону.

— Что это за место? — спрашивает она.

— Допросная, которую фирма использует время от времени. — Я продолжаю держать ее за плечо, пока вода не становится прозрачной и не уходит в решетку, вмонтированную в бетонный пол.

— Кто вы такие? — голос срывается на визг.

— А теперь можно?

Я выключаю воду.

— Не забудь спросить про Габриэля и Самсона.

Она бросается вперед и с размаху бьет его кулаком по лицу. Голова Рошаса откидывается назад с хриплым воплем. Второй удар ломает ему нос, кровь хлещет ручьем.

Я ухмыляюсь, грудь распирает от гордости. Быстро учится. Техника заметно лучше, чем вчера ночью с Хулио Катания.

— Кто вы такие? — рычит он.

— Это я задаю вопросы, — отрезает она. — Где Габриэль Капелло?

— Кто?

Я качаю головой. С этими ублюдками всегда одно и то же: прикидываются идиотами, пока не начнешь по-настоящему делать больно. Открываю шкафы рядом с раковиной, достаю ящик с инструментами и рулон ножей.

— Серафина.

Я кладу все на верстак.

— Спасибо. — Она отходит от Рошаса и внимательно разглядывает приборы. — У тебя есть что-нибудь на электричестве?

В голове всплывает ее давняя история про фен в ванне, я наклоняюсь к ней и шепчу: — Ты не испортишь мне проводку.

Она мотает головой.

— Совсем не то. Что у тебя есть?

Со вздохом открываю второй шкаф, вытаскиваю электроинструменты и ставлю их на столешницу. Серафина тянется к дрели, но я перехватываю ее запястье.

— Ты что задумала?

— Ему просто нужно немного мотивации, — отвечает она с изящным пожатием плеч.

— Ты вообще умеешь пользоваться электро-дрелью?

Она несколько секунд разглядывает инструмент, потом нажимает на курок — мотор оживает с воем.

— Да, но где эта штучка?

— Сверло?

— Ага, оно.

Если судить по его визгам, Рошас уже понял, что Серафина в жизни не держала в руках электроинструмент и понятия не имеет, что делает. Он дергается на стуле из стороны в сторону, пытаясь вырваться, но все бесполезно.

— Что вам нужно знать?! — орет он. — Я скажу! Все скажу, что угодно! Только убери эту суку с ее дрелью!

Я вставляю в дрель сверло на одну шестнадцатую дюйма и возвращаю инструмент Серафине.

Рошас при виде дрели в ее руках начинает хватать ртом воздух.

— Вы мне даже слова сказать не даете!

— Тогда говори, — холодно бросает она.

Мое дыхание учащается. Есть что-то опьяняющее в том, как она берет верх над другим мужчиной. Может, дело в ее крошечном росте, может, в том, что она отвоевывает свою силу, но я не могу отвести глаз от Серафины и ее дрели.

— С чего начать? — хрипит он.

— Где Габриэль Капелло?

Он сглатывает, не отрывая взгляда от Серафины.

— Последний раз я его видел лет пять-шесть назад, когда босс велел забрать его из квартиры какой-то телки.

Я киваю. Пока все сходится с ее версией.

— Куда ты его отвез?

— В квартиру где-то в Куинс-Гарденс. — Он кашляет. — Больше я о нем ничего не слышал, клянусь.

— Значит, за Габриэлем присматривал кто-то другой, — говорит она.

Рошас мотает головой.

— Если и так, я об этом ничего не знаю. Мы потом месяцами обсуждали ту безумную заварушку, всем хотелось узнать, чем дело кончилось.

Я криво усмехаюсь. «Заварушка». Приказать своим охранникам унизить и пустить по кругу мать собственных детей – это не «заварушка», особенно когда Рошас был одним из самых ретивых участников.

— Это ты о чем? — резко спрашивает она.

Он вздрагивает.

— Н-ни о чем. Та ночь, когда мы с Майком забирали Габриэля… она была… другая.

— О, правда? — Серафина прищуривается. — Чем же?

— Просто групповуха. Босс наказывал одну из своих шлюх за то, что гуляла на стороне, ну и пацаны все поучаствовали.

Черты Серафины искажаются в гримасе ярости от этого преуменьшения, и мой желудок переворачивается. Я бросаюсь вперед и хватаю ее за руку, прежде чем она вонзает дрель ему в череп.

— Подожди. — Я оттаскиваю ее назад. — Что ты можешь рассказать о местонахождении Самсона Капелло?

— Он мертв, — говорит Рошас, голос у него перехвачен.

— Катания сказал мне, что ты прошел по дому Капелло и опознал тела.

— Д-да, верно, — выдает он.

— Значит, ты должен был найти одного из близнецов лежащим лицом вниз.

— Нашел.

— Ты перевернул его? — спрашиваю я.

Он вздрагивает.

— Что?

— Откуда ты знал, что Самсон мертв?

Серафина врубает мотор дрели, и звук заставляет его дернуться.

Я наклоняюсь к Рошасу, опуская голос: — Ты понимаешь, что живым из этой комнаты не выйдешь? — Он зажмуривается, и я продолжаю: — Самсон не придет тебя спасать, и твои коллеги тоже. У тебя есть выбор: умереть с пулей в мозгах или я позволю моей милой ученице вскрыть тебе череп дрелью.

Рошас рыдает, лицо сморщивается в полном отчаянии.

— Мертвый парень был каким-то дальним кузеном, у которого не заводилась машина. Должно быть, он знал, что Самсон ночует где-то