Тысячи испытаний - Тан Ци

сама помочь наследному принцу восстановить память. Затем она исчезла, а я появилась. – Богиня света слегка прикусила губу. – Да, ты должен сожалеть. В миг исчезновения она все еще сердилась на тебя.

Она не сказала, что кроме злости маленькая богиня света еще чувствовала печаль и обиду, потому что сказать это означало показать слабость, а богиня света никогда и никому не показывает слабость. Цзу Ти так и не взглянула на третьего принца, лишь слегка сжала губы и коротко вздохнула.

Лянь Сун смотрел на Цзу Ти. Она-ребенок и она-взрослая внешне не сильно отличались, но производили совершенно разное впечатление. Маленькая богиня света была разве что очаровательной и милой, но взрослая богиня… В каждом ее движении, в каждой улыбке чувствовалось изящество молодой женщины, прекрасной, словно распустившийся цветок. Отличить взрослую Цзу Ти от Цзу Ти-ребенка было очень просто. Но когда она сжимала губы и вот так коротко вздыхала, в ее облике появлялась какая-то несвойственная ее возрасту наивность. Словно перед ним вновь появилась гордая маленькая Цзу Ти.

Третий принц хорошо понимал, что значили вот так вот упрямо сжатые губы богини света. Он тихо вздохнул:

– Ты не только злилась, но еще и печалилась из-за меня?

Цзу Ти слегка приподняла веки, взгляд ее упал на лицо молодого мужчины. Заметив тень печали на его прекрасном, словно вырезанном из нефрита лице, она растерялась. А после услышала негромкое:

– Прости, что рассердил тебя и расстроил. Я виноват.

И оцепенела.

Онемела.

Сердце внезапно сжалось. Неужели он знал, что расстроил ее? Значит… значит, он сожалеет об этом?

– Это она злилась и печалилась, не я. – Ее голос почему-то охрип, но Цзу Ти удержала на лице маску невозмутимости и задала неудобный вопрос: – Почему ты просишь прощения у меня, если разозлил ее?

Бог воды не смутился и привел неоспоримый довод:

– Потому что и маленькая богиня света, и взрослая богиня света – это все ты, А-Юй.

Лянь Сун произнес эти слова так обыденно, что Цзу Ти снова застыла. Действительно, она-ребенок и она-взрослая – это все та же она. Но почему он так уверен? Она ведь намеренно подводила его к мысли о необходимости разделять ее-ребенка и ее-взрослую, так почему?..

Видя ее замешательство, третий принц слегка приблизился и смиренно спросил:

– Все еще не можешь простить меня, А-Юй?

Глядя на молодого мужчину, Цзу Ти думала: он действительно очень умен, невероятно наблюдателен и чудовищно проницателен. Он с легкостью улавливает чужие душевные колебания и прекрасно знает, когда и что сказать, чтобы тронуть сердце.

Вот и с ней Лянь Сун достиг своей цели: мягкий голос на миг лишил ее присутствия духа. Цзу Ти все казалось, что она где-то его слышала, но не могла вспомнить где. И к тому же раз он так искренне извинился перед ней, она, конечно, не могла больше на него сердиться. Его слова сняли тяжесть с ее души.

Наконец богиня света могла глубоко вздохнуть и спокойно сказать ему то, что до2лжно:

– Тогда давай помиримся. Только тебе, третий принц, не нужно чувствовать себя виноватым, ведь тогда я тоже…

Но Лянь Сун внезапно нахмурился.

– Я очень рад, что ты, А-Юй, перестала злиться и хочешь помириться со мной. – Он пристально смотрел на нее янтарными глазами, взгляд его был глубок и темен. – Но почему ты зовешь меня третьим принцем? Будто мы чужие. Однако это не так. Мы оба боги природы и оба дали клятву Пожирания костей. Значит, и обращаться друг к другу должны по-особенному.

Цзу Ти сразу поняла, что он имел в виду, и невольно удивилась:

– Ты что, еще хочешь, чтобы я называла тебя… старший братец Лянь?

– Почему бы и нет?

Она не знала, смеяться ей или плакать.

– Будет очень неуместно и дальше так к тебе обращаться, – твердо сказала она. – Но, – Цзу Ти подперла щеку, – ты прав, мы дали клятву Пожирания костей и, естественно, должны называть друг друга особенным образом.

Она погладила парчовую подушку.

– Но старшим братцем звать я тебя не могу. Мне больше ста тысяч лет, я старше тебя, обращаться к тебе по имени куда более уместно.

– Ты большую часть времени спала, – не согласился Лянь Сун. – Если считать как следует, тебе далеко не сто тысяч лет, так что ты вполне можешь звать меня старшим братом.

Цзу Ти впервые слышала о подобном способе исчисления. Она приоткрыла рот, а потом, сверкнув глазами, произнесла:

– Считать так – очень нагло.

Поскольку они перешли к обсуждению чего-то незначительного и не требующего напряжения ума, на Цзу Ти внезапно навалилась усталость, и богиня света начала незаметно зевать.

Видя, что ее клонит в сон, Лянь Сун перестал ее дразнить, улыбнулся и сказал:

– Это всего лишь обращение, если ты хочешь называть меня по имени, разве я могу возразить? В конце концов, я тоже знаю, что ты богиня света, а богиня света именно такая – властная. Во всем хочешь быть исключительной. А меня и впрямь почти никто не зовет по имени.

Цзу Ти прикрыла зевок. Она помнила: это слова маленькой богини света. Тогда Лянь Сун уговаривал ее, хотел стать ее старшим братом, а она наказала ему, что в таком случае больше никто не должен звать его так. Он спросил почему, а она гордо ответила: потому что она богиня света, а богиня света именно такая – властная.

Это произошло всего чуть больше месяца назад. Цзу Ти знала, что он подшучивает над ней, и, вспомнив этот случай, тоже рассмеялась. Но в то же время ей стало грустно, и она бездумно пробормотала:

– В детстве я очень ждала твоего рождения. Не думала, что ты родишься столь поздно, и не думала, что мы познакомимся так, но это, возможно, тоже судьба.

– Да, – кивнул он и очень уверенно сказал: – Это действительно судьба.

Затем спросил:

– Кажется, ты устала, хочешь поспать?

Когда бог воды это сказал, Цзу Ти осознала, что ей и правда все сложнее держать глаза открытыми.

– М-м, – сказала она и кивнула, но вдруг вспомнила: – А наследный принц…

– Я присмотрю за ним, – ответил Лянь Сун.

Тянь Бу больше часа стояла снаружи. Лишь с наступлением ночи дверь зала Покорения волн наконец открылась. Вышедший третий принц держал на руках девушку. Она прижималась к его груди лицом, поэтому рассмотреть, как оно выглядит, не получалось.

Конечно, не было никаких сомнений – это должна быть богиня Цзу Ти. Но вот что странно: Тянь Бу с удивлением обнаружила, что рост девушки в объятиях третьего