Судьбы мертвых - Тесия Цай

Я искоса взглянула на нее:

– Дацзе, ты что же, пытаешься мной манипулировать?

Она развела руками и пожала плечами:

– Я просто говорю правду.

Я закатила глаза, а потом поднялась с пола, держа посох в руке.

– Куда собралась? – спросила госпожа Мин.

– А ты как думаешь? – Я направилась к двери. – Обсудить условия.

Ее неодобрительный возглас догнал меня на выходе из хижины, когда я сошла с крыльца и двинулась к принцу, стоявшему возле садика. Он уже прекратил расхаживать и теперь смотрел на травы, пробивающиеся из темной земли.

Стоя во весь рост, он оказался еще выше, чем я думала, – многолетняя практика сделала его осанку идеальной. Длинные пальцы расслабленных рук отлично подошли бы для игры на струнных инструментах. Полным противоречием его царственным чертам были грязь и засохшая кровь на потрепанной броне, что заставило меня задуматься, не испытывает ли он боли. Он вернулся к жизни самым необычным способом, и я не знала, как именно это повлияло на его тело.

– Очистили разум, ваше высочество? – спросила я, останавливаясь в паре локтей от него.

Он повернулся, поднимая талисман фу, чтобы встретиться со мной взглядом.

– Вы не очень терпеливы для жрицы. Я только что погиб в бою. И узнал, что моя мать была отравлена.

– Да, и я ужасно сожалею обо всем этом, – сказала я. – Но мне нужно выполнять обещания, и у меня на это крайне мало времени. Первое обещание я дала чиновнику И, а он ваш…

Принц Жэньшу вздохнул.

– Он работает на моего брата, Лициня. Должно быть, он узнал о засаде и нанял вас.

Итак, на поле боя действительно устроили засаду. Как же невероятно не повезло, что именно он, а не кто-то иной оказался в ее центре.

– Зачем вообще принцу одеваться как солдату? – спросила я.

– Я не «одевался как», – начал оправдываться он. – Я и есть солдат. То, что я принц, не значит, что я не могу быть и тем и другим.

– Тем не менее это не ответ на мой вопрос.

Он пожал плечами:

– Я пытался выбраться из дворца, хоть раз посмотреть на мир собственными глазами. Поступить на службу обычным солдатом казалось самым простым выбором.

– Или самым опасным, – заметила я.

Он поморщился:

– Что ж, да.

Я небрежно помахала рукой:

– Возвращаясь к основному вопросу: мне все еще нужно выполнить работу. А значит, я должна вернуть вас домой, в Хулинь, неважно, в каком состоянии.

Принц покачал головой:

– Только не так.

Я не знала наверняка, говорит ли он о своей смерти, своем растрепанном внешнем виде или о чудесном возвращении к жизни. Может, обо всем разом. В любом случае меня это не волновало. Он интересовал меня лишь до тех пор, покуда был мне полезен. А изначально он должен был быть очень полезен.

Я побарабанила пальцами по посоху, тревожа колокольчики:

– Я должна быть откровенна…

– Вы и так сама откровенность все это время, – заметил он. Взгляд, который он бросил на меня, я видела уже сотни раз. Его посылали мне друзья, соседи и даже собственный отец. Он говорил: «Расслабься, Кан Сиин. Ты можешь позволить себе быть чуть более беззаботной».

И так же, как много раз до этого, я подумала: «Я буду беззаботной, когда освобожусь от всех забот».

Отмахнувшись от раздражения, как от назойливой мухи, я продолжила вслух:

– Как я уже говорила, на самом деле мне нужно, чтобы вы отправились со мной в Хулинь. Чиновник обещал мне большую сумму, но только если я выполню свои обязательства.

– Почему жрицу так сильно волнуют деньги?

Досада кольнула мне спину.

– Это не для меня. Для моего отца.

– Вашего отца?

Я сказала слишком много – больше, чем мне хотелось разъяснять.

Когда я промолчала, принц поднял бровь и произнес:

– Знаете, я не смогу вам помочь, если вы не скажете мне правды.

От этой фразы я аж фыркнула.

– Вы поможете мне? Из нас двоих это вам нужна помощь, ваше высочество. Вы не слышали, что госпожа Мин сказала про вашу ци?

Он нахмурился, соглашаясь с моим доводом:

– Сколько предложил вам чиновник?

– Он уже заплатил десять тысяч серебром. Еще тридцать тысяч я получу, когда вас доставлю.

Я ожидала, что он удивится, может быть, даже впечатлится суммой. Теперь я понимала щедрость чиновника, когда узнала, кто на самом деле моя цель.

Но принц лишь скорчил гримасу, будто я ему нож в ногу всадила.

– Большинство моих клиентов платят меньше тысячи, – сказала я, подумав, что он оскорбился.

Принц покачал головой, и талисман упал обратно ему на глаза. Когда он снова поднял его, смятение исчезло, искусно сглаженное хитрой улыбкой. Он был до раздражения красив, когда улыбался.

– Как вам такое предложение? Если вы согласитесь помочь мне восполнить мою ци, я доплачу вам сверх того, что обещал чиновник.

– Почему я?

– По разным причинам, – ответил он так, будто говорил об очевидных вещах. – Учитывая, что моя мать была убита, а виновник все еще на свободе, я не могу рассчитывать на помощь из дворца. Полагаю, теперь я понял, почему отец поместил меня под такую серьезную охрану после ее смерти… – Он откашлялся. – В общем, ее убийца вполне мог состоять при дворе, и я хочу быть в наилучшем состоянии, прежде чем вернусь к расследованию. Также ваш талисман поддерживает во мне жизнь, так что без вас я, скорее всего, умру. И наконец, как священнослужительница, вы должны знать, как собрать ци, не так ли?

Я знала, но только потому, что госпожа Мин объяснила мне, как это делать, – еще и часа не прошло. Разумеется, признавать это я не собиралась.

Немного подумав, я спросила:

– Сколько вы доплатите?

– Сколько вы считаете справедливым?

– Хочу удвоить предложение чиновника, – произнесла я без колебаний.

У него дрогнули губы.

– Довольно серьезная сумма.

– Если вы и правда принц, это для вас пустяк. – Я прикусила щеку, потом добавила: – И потом, я рискую своей безопасностью, помогая вам. Мне бы хотелось думать, что моя жизнь чего-то стоит, ваше высочество.

– А вы остроумны, не так ли? – Он драматически вздохнул. – Хорошо, значит, удваиваем оплату чиновника. Этой цены достаточно за вашу помощь?

Я скрыла возбуждение за каменно-спокойным выражением лица. Я была готова по меньшей мере к какому-то торгу. Но, судя по всему, у царской семьи денег и вправду куры не клюют. Денег, которые я могла потратить с куда большей пользой, чем они.

С таким заработком я могла не просто помочь отцу, а еще и нанять работников для ремонта нашего изношенного монастыря. Могла устроить достойное приданое моей сестре, Лилань. Моей семье больше не пришлось бы страдать от скудости средств. Я и правда