Запретная алхимия - Стейси Макьюэн

Кажется, я услышала, как он пробормотал что-то про дураков. Патрик и Отто привели в действие ворот, закрепили подъемник наверху, и мы вышли. Свет бил не сверху, а спереди. Туннель заканчивался, под ногами начался бетон. Стены были усыпаны улитками. Сквозь слепящий желтый свет я разглядела каменистый берег, деревянные пирсы и сотни пришвартованных парусников. Похоже, мы были в сточном коллекторе, выходящем прямо к морю.

Не успели мы сделать и пяти шагов, как Патрик скомандовал: «Ждите здесь». Донни и Отто встали перед нами с Полли, закрывая нас своими спинами.

– Воняет тухлой рыбой, – буркнул Донни. Отто шикнул на него.

Вскоре солнечный свет заслонили три фигуры. Мужчины. Вооруженные.

– Привет, парни, – бросил Патрик таким тоном, будто мы не в сточной трубе прятались. Над ним закружились кольца дыма – в руке у него была зажженная сигарета. Он встал так, чтобы полностью закрыть меня собой.

Я изо всех сил старалась разглядеть пришедших. Один из них был выше остальных и шел впереди. Он скинул с плеча мешок, и тот с грохотом упал на землю. Человек не произнес ни слова. Двое других чуть заметно – нервно – приподняли пистолеты. Опасность, казалось, сочилась из каждой щели.

– И это все? – холодно спросил Патрик. Если у него и было оружие, он его не доставал. Я понадеялась, что достанет, и невольно придвинулась к нему.

– Две винтовки, три ящика гранат, пистолет и два ящика пороха. – Голос говорившего был хриплым и безэмоциональным. Последовал сухой кашель. – Это все, что удалось вывезти, Пэтти. Бери или уходи.

Патрик снова выдохнул дым, носком сапога задел мешок и обернулся к нам.

– Говорит: бери или уходи. Что скажешь, Донни?

– Скажу, пусть поцелуют меня в зад.

– Ладно, – сказал Патрик, отбросив сигарету. – Лайонел, целуй Донни в зад, и будем квиты.

Дула пистолетов приподнялись выше.

– Нас засекли, Пэт. Легавые обыскали каждую пристань. Каждую лодку.

– Значит, хреново вы спрятали мои пушки. – Голос Патрика оставался обманчиво спокойным. Будто они погоду обсуждали. – Там было сорок ящиков винтовок. Двести коробок гранат…

– В контейнерах, Патрик! Где я, мать твою, спрячу целые контейнеры?

– В тех самых туннелях, что мы для вас вырыли, Лайонел. В тех самых, через которые вы не раз драпали, спасаясь от арестов.

Патрик ждал, но человек по имени Лайонел молчал. Патрик взглянул на карманные часы. Прищелкнул языком:

– Ты меня сдал, Лайонел?

Тот напрягся.

– Я не гребаный предатель. – Он сплюнул.

Патрик проигнорировал жест.

– Я заплатил немалые деньги за то, чтобы эти контейнеры стояли на твоем участке в определенный день. А мои люди нашли там пустоту. И теперь ты подсовываешь мне пару стволов и несколько петард и говоришь – это все?

– Это все, что я смог вытащить, Пэтти. Легавые пришли раньше. Мы не ожидали.

– И все же у тебя хватило времени вскрыть контейнер, набить мешок и припрятать его.

Слова эхом разнеслись по коллектору. Море билось о сваи. Мое сердце колотилось о ребра.

– Ну так что, Лайонел? Ты их навел? Или решил прикарманить часть товара еще до того, как явилась полиция?

Даже в полумраке было видно, что Лайонел загнан в угол. Патрик вздохнул:

– Да ладно тебе, выкладывай. Кто ты – предатель или просто вор?

Пистолеты в руках сообщников Лайонела дрогнули. Я сделала еще шаг вперед, но Отто преградил мне путь рукой.

– Знаешь что, – сказал Патрик, – у меня идея получше. Пол?

Полли вышла вперед. Она была напряжена до предела.

– Полли, напиши-ка весточку. Анонимно. Отправь в Белавер-Сити. Напиши, что человек по имени Лайонел Биллингс ворует грузы на верфях Дорсера. И добавь, что у него на складе припрятано несколько ящиков контрабандного блаффа.

Чем дольше Патрик говорил, тем бледнее становился Лайонел.

– Погоди. ПОГОДИ! – заорал он, увидев, как Полли прикрыла глаза. – Ладно! Я стащил несколько стволов. Все! Я признаюсь. Они в мешке.

Он воровато оглянулся на Патрика и Полли. Патрик лениво поднял руку:

– Отбой, Пол. Забудь, что я сказал.

Та открыла глаза и снова отступила за спину Отто. Лайонел вытер лоб:

– Прости, Пат. Ладно? Всего три винтовки. Три из нескольких сотен.

– Три винтовки Союза, – отчеканил Патрик. – Те винтовки, за хранение которых я тебе щедро заплатил.

– Ага, блаффом! – вскипел Лайонел. – Ты хоть знаешь, как трудно его тут сбыть? Копы на каждом углу.

– Довольно, Лайонел. Завтра Скотти и Отто зайдут к тебе. Они заберут все до последнего.

– Они не тронут мой блафф…

– Тогда они заберут твои руки.

Лайонел задохнулся от ярости:

– Я не намерен терпеть угрозы…

– Это не угроза, Лайонел. Это обещание.

Даже на расстоянии его голос заставил мою кожу покрыться мурашками. Температура в туннеле будто упала.

– Тебе стоит уяснить: я не привык отдавать блафф людям с гнильцой. А уж тем более цепным псам с верфи, которые втридорога перепродают его беднякам. Я пошел тебе на уступку. Пообещал себе, что буду иметь с тобой дело, пока это выгодно Союзу. Ты перестал быть выгоден Союзу, Лайонел!

Тот дернулся:

– Я гордый член Союза! С самого первого налета!

– Вот и славно, – отрезал Патрик, встретившись взглядом с Отто. – Хватай пушки. Нам пора.

Лайонел шагнул вперед, протянув руку:

– А как же оплата?

Патрик медленно обернулся. Его голос хлестнул по воздуху:

– Какая еще оплата?

– Мы договаривались на флакон настоящих чернил искусников.

Патрик холодно рассмеялся:

– Да, а еще мы договаривались, что ты не дашь моим пушкам попасть в лапы Дома, не так ли, Лайонел? Оставишь себе тот блафф, что мы уже тебе дали. И считай, что тебе крупно повезло – я не забираю у тебя вообще все, к чему ты когда-либо прикасался.

Тот начал багроветь. Пистолеты в руках его людей блеснули.

– Я крал эти контейнеры и прятал их у себя на участке, как ты просил! Эти легавые могли меня упечь!

– Союз Шахтеров благодарит тебя, – равнодушно произнес Патрик. – Мы свяжемся с тобой, когда нам снова понадобится, чтобы кто-то вконец все запорол.

Отто подхватил мешок, не обращая внимания на дрожащие пистолеты.

– Ты думаешь, я тебя боюсь, Пэтти? – Лайонел сплюнул; его голос дрожал от злобы. – Ты притащил с собой пацана, слепца и парочку шлюх…

Патрик замер на месте. Донни шагнул вперед.

– Зря ты так, Лайонел, – сказал он, и от его былого веселья не осталось и следа.

Впервые Донни меня напугал. В этот момент он был точь-в-точь как его братья – холодным, беспощадным, опасным. Патрик заговорил не сразу. Он медленно повернулся к Лайонелу. Я почувствовала, что Полли, точно так же как и я, приподнялась на цыпочках. Ни Патрик, ни Отто, ни Донни не достали оружия.

– Повтори-ка еще раз. – Голос Патрика точно состоял из