История дворца Куньнин. Книга 2 - Ши Цзин

– У доброго человека и Небо в помощниках. Если высшие силы не обделили мальчика своей милостью, значит, ему суждено было пройти через все испытания, чтобы, подобно драгоценной яшме, обрести форму и стать достойным сосудом, – тихо промолвил он с окаменевшим лицом.

– Верно, верно…

Янь Му вдруг рассмеялся. Хотя это был смех сквозь слезы, он чувствовал, как выплескивается из груди скопившаяся за двадцать лет горечь, обращаясь в благородный пыл, готовый воспарить ввысь.

– Должен пройти все испытания и обрести форму, подобно яшме!

Его сестра тогда в гневе расторгла брак и вернулась в отчий дом, но отказывалась поверить, что ее сын покоится на кладбище Благородных отроков. Скорбя и снося унижения, она искала ребенка повсюду. Увы, на просторах Поднебесья от малыша не осталось и следа. Да и что взять с ребенка? Как бы он ни был умен, разве мог мальчик спастись из осажденного города? Найти его не удалось. Все вокруг только вздыхали, считая, что бедная мать просто не может смириться с утратой. Однако полгода назад кто-то из бывших сторонников Пиннань-вана, схваченный людьми Юнъи-хоу, признался, что Динфэй не погиб в той резне вместе с тремя сотнями отроков, потому что его забрал к себе глава Небесного учения. Если эти слова были правдой, Янь Му боялся даже представить, какая судьба досталась наследнику двух великих домов, в чьих жилах текла благородная кровь, после того как он угодил в лапы беспощадных мятежников. Сколько неведомых миру страданий он перенес? Мысль об этом жгла его изнутри, не давая покоя.

Юнъи-хоу потянулся дрожащими пальцами к мужчине перед собой. Се Вэй встал, подошел к ложу и подал хозяину руку. Тот сразу же крепко схватил ее и сжал с такой силой, что младший наставник почувствовал боль. Подняв голову, он увидел налитые кровью, широко распахнутые глаза Янь Му. В них бушевали безмерная ярость и всепоглощающая ненависть, спустя мгновение сменившиеся глубокой скорбью.

– По пути сюда вы, наверное, видели у павильона Цинъюй вишню, – хриплым голосом проговорил Юнъи-хоу, глядя на гостя. – Ей двадцать два или двадцать три года. Когда дерево только посадили, оно давало мало плодов. Тот мальчик сидел на ступенях под карнизом, читал книжку и посматривал на ветки: ждал, когда вишни поспеют. Теперь дерево стало высоким и пышным. Летом с каждой зеленой ветки свисают гроздья красных ягод. Когда наступит летнее солнцестояние, приходите, господин Се, и отведайте. Они куда слаще, чем много лет назад…

У Се Вэя перехватило дыхание. Лишь спустя долгое время он едва слышно ответил:

– Хорошо.

Янь Му выглядел заметно уставшим, когда договорил. Он так и не задал вопроса: если тот мальчик действительно выжил, то почему не пришел и не открылся родным?

Се Вэй вышел из опочивальни. Свет в галерее был слишком ярким, резал глаза и проникал в самую душу. В груди жгло так, будто там пылал огонь. Мужчина невольно схватился за сердце, сделал два неверных шага и оперся на колонну. Его ногти вонзились в деревянную колонну, оставив на ней следы, и лишь благодаря этому Се Вэй устоял. Брови наставника сошлись у переносицы, лицо побелело. Управляющий, ожидавший недалеко у дверей, поспешил к гостю, чтобы подхватить его, но тот уже выпрямился сам.

– Что с вами? – встревожился слуга, цепенея от страха.

Се Вэй медленно разжал пальцы. В его взгляде явственно клокотала ярость, однако мужчина тут же запрятал ее под привычной маской. Когда он снова поднял глаза, его лицо было бесстрастным и неподвижным, подобно стоячей воде.

– Всего лишь зябкость и тревога в сердце. Не беспокойтесь.

Глава 33. Поединок

У павильона Цинъюй расставили кувшины с вином и чаши. Молодежь пила и играла в застольные игры. Цзян Сюэнин не умела пить, но Шэнь Чжии все равно заставила ее пригубить вино. На щеках барышни сразу же выступил милый румянец. Принцесса не удержалась и захлопала в ладоши, указывая на нее:

– До чего же Нин-нин хороша! Правда?

Среди гостей было много друзей Янь Линя, молодых и горячих. Соблюдая приличия, они не заглядывались на девушек, но, когда Шэнь Чжии задала вопрос, многие, включая Яньпин-вана, украдкой посмотрели на Цзян Сюэнин. Те, кто был застенчив и еще не познал любовь, залились краской. Только Янь Линь любовался открыто.

– Конечно, хороша, – подтвердил он с улыбкой.

Цзян Сюэнин промолчала. Она и так порозовела от вина, а от этих двух слов ее щеки вспыхнули алым, подчеркнув ослепительную красоту барышни.

Смех и веселье продолжились. Потягивая вино и болтая, собравшиеся словно позабыли обо всем плохом и отложили заботы в сторону. Сяо Шу с барышнями задержалась, а когда наконец подошла, ее взору открылась именно эта картина. Дочь Чэн-гуна замерла под сводами галереи, ведущей к павильону Цинъюй. Ее спутницы и юноша в роскошных одеждах тоже остановились. Шэнь Чжии как раз поднимала чашу, собираясь потребовать, чтобы Яньпин-ван осушил свою. Заметив гостей, она сначала удивилась, а потом рассмеялась:

– Вы тоже пришли! И Сяо Е с вами? Не ожидала, что ты явишься.

Шэнь Чжии обращалась к юноше со вздернутым подбородком позади Сяо Шу. Услышав, как его фамильярно называют по личному имени, тот поджал губы, но, понимая, что перед ним старшая принцесса, вспылить не посмел.

– Приветствую ваше высочество, – натянуто улыбнулся он.

Сяо Е! Цзян Сюэнин обернулась. Чертами лица восемнадцатилетний юноша поразительно напоминал Сяо Шу. На нем были дорогие небесно-голубые одежды с облачным узором, с пояса свисали мешочки с благовониями, нефритовые кулоны и усыпанные драгоценными камнями ножны с длинным мечом. Здороваясь, он ни на кого не взглянул, а в его манерах сквозило явное высокомерие.

Это был сын от второго брака Сяо Юаня, единоутробный брат Сяо Шу. Рождение разнополой двойни, «дракона и феникса», в семействе Сяо в свое время вызвало в столице немало восхищения. Вскоре юношу должны были объявить наследником титула и преемником главы могущественного рода. С таким положением немудрено и зазнаться. Впрочем… посмотрим, сохранит ли он свою спесь и ухмылку, когда в столице объявится Сяо Динфэй. Ведь для этого потребуется настоящий талант!

Цзян Сюэнин отвела взгляд, а Шэнь Чжии поманила пришедших рукой:

– Мы тут развлекаемся застольными играми, присоединяйтесь!

– С радостью принимаем ваше приглашение, – учтиво ответила Сяо Шу, совершив церемониальный поклон.

Янь Линь молча наблюдал за происходящим, не вмешиваясь, но и не возражая. Сяо Е подошел,