Мы сегодня не умрем, приходи завтра - Саммер Холланд

class="p1">Ствол я получил только после того, как выдал один сносный выстрел. Таким же точным, как Тристан, мне не быть, но по большой мишени промазать не должен. Зато отдачу не слишком чувствую, силы хватает.

Солнце начинает лениво катиться за деревья, и только теперь на той стороне, за полем, слышится шорох. Я не поднимаюсь: еще заметят, вот смеху будет. Мы удобно и даже уютно сидим на небольшой насыпи, которая служит для этого маленького поля трибуной. И отсюда открывается отличный вид.

Их снова пятеро. Малик, Кило, тот здоровенный детина и еще двое. Кажется, мелкий, с дредами и в черной футболке с уродливой надписью, – акробат Дре. Я плохо помню его по школе, но говорили, что кто-то из ямайцев занимался гимнастикой.

Они останавливаются на середине поля и явно ждут, когда мы спустимся к ним.

– Привет, – дружелюбно машу с пригорка я.

Остальные из моих парней напряженно кивают.

– Ты всегда приходишь пораньше? – притворно удивляется Малик. – Не знал, что ты так боишься подставы.

– Я бы пришел вовремя, но твой парнишка решил не сообщать, во сколько это – вовремя.

Малик хмурится, переводит взгляд на Дре, и тот машинально отпрыгивает в сторону.

Они такие забавные. Я подбрасываю гранату в воздух и ловлю до того, как успеет удариться о землю.

Проследив за ней взглядом, Малик каменеет.

– Зачем тебе это? – напряженно спрашивает он. – Мы пришли по-доброму, хотя могли так не делать, а ты ведешь себя как свинья.

Злость придает мне новых сил, заполняя все тело, от макушки до уставших ног.

Ничего доброго или даже правильного в том, чтобы втягивать в наши дела Лили, не было. Чертов пиздобол.

– По-доброму? – вскакиваю я.

Сам не замечаю, как оказываюсь рядом с Маликом, достав пистолет из кармана и даже приставив его к чужой груди.

Они. Говорили. С Лили.

Все нытье и сожаление о самом себе испаряется, когда я смотрю в эту наглую рожу. Зато появляются воспоминания о том, как «Стволы» обещали сбросить нас с крыши. И требовали драки, когда я, зашитый, стоял и как дурак предлагал разойтись с миром.

Решение принято. Я не хороший человек для таких, как Малик. И уже не буду им никогда.

– По-доброму? – повторяю я. – Вы передали свое подозрительное сообщение через мою девушку. Поймали ее, когда она возвращалась с работы. Скажи, Малик. В какой момент ты решил, что пугать мою девушку – это добрая идея? Или она, по-вашему, имеет отношение к нашим делам?

– Так, не горячись, – Малик поднимает руки и делает шаг назад, – я вижу, в чем проблема.

– Если еще раз…

– Согласен, – перебивает он. – Я разберусь.

Гнев сходит, взгляд прочищается, и внутри я прыгаю, как пацан: одного ямайца Малик с помощью меня убрал, второго точно выведет из строя. Впрочем, не моя вина, что они косячат.

– Говори, что хотел обсудить, – держу голос строгим я.

– Вчера утром у нашего клиента был погром. Ювелир на повороте к Лодж-лэйн.

– У нас – аптека доктора Чена.

– Косили под вас.

– У нас тоже.

– Херово косили, – продолжает Малик.

Мы смотрим друг другу в глаза, и в ответ на немой вопрос я медленно киваю. Идиотская подстава: даже такой тупица смог понять.

– Мы выяснили кое-что. И раз уж задело всех, предлагаю не отнимать друг у друга добычу.

– И как ты собираешься это сделать?

– Ну, раз мы… обзавелись должком за ситуацию с твоей девушкой, право наказать первыми отдадим вам. Мы закончим.

– Согласен. Обменяемся информацией?

– Мы выяснили, что к нам пришли со стороны Холбек-Парка, в четыре часа. Потом отправились вниз по Бистон-роуд. К вам?

– Да, у нас были в пять. Только был. Один человек.

– Вот этого мы не поняли. Решили, в Холбеке появились новые игроки.

Карл был прав: Малик не сомневается. Но информация действительно полезная, и мне есть что обсудить с Кемалом. Если напали на обе банды, значит, нашелся человек, которого бесим мы все.

И теперь я готов спорить на деньги, что это кто-то из бывших «Кирпичей». Искать нужно на нашей территории.

– Новых игроков нет, я проверил, – отвечаю я. – Пока что в Бистоне только мы.

– Тогда мы поищем по своим каналам одиночку. Это мой номер. – Малик протягивает мне лист бумаги. – Свяжись, если у тебя тоже будут новости.

– Договорились.

Мы не сговариваясь делаем по шагу назад. Только теперь я замечаю, что мои ребята тоже спустились и стоят позади. Все молчали, будто на поле стояли лишь мы с Маликом. Как бы неприятно это ни было, мы похожи.

Ненавижу такие моменты: никто не хочет первым поворачиваться спиной. Но в прошлый раз я уже вынудил их сделать это, так что теперь вроде как моя очередь.

– Наберу тебя, детка, – подмигиваю я и поднимаю лист с номером. – А ты, Дре, держись подальше от нашего района.

– Он будет, – кивает Малик.

Я поворачиваюсь первым. Тело напрягается, готовое к прыжку, и слух улавливает каждое, даже самое слабое движение за спиной. Если кто-то из них решит, что это повод напасть, я должен быть готов. Граната лежит в руке как влитая – начинаю понимать, почему Тристан их так любит. Осталось только показать другим, что я не постесняюсь ее использовать.

Уже когда поднимаюсь на насыпь, слышу удаляющиеся шаги – «Стволы» тоже отправились домой.

Ну что же, мы снова выжили при встрече со своими злейшими врагами. Прямо сейчас я могу позволить себе пару минут радости, пусть даже молча: нельзя, чтобы нас услышали. Но если сравнить сегодняшнюю встречу с той, что была несколько недель назад, можно сказать, в наших отношениях со «Стволами» наметился большой прогресс.

И это как раз то, чему можно радоваться не больше пары минут. Потому что на самом деле нельзя верить ни единому их слову.

Да к черту это – я убираю гранату в карман и позволяю воздушной эйфории заполнить меня, растянуть мне губы в улыбке и даже поднять голову к небу, ярко-розовому от заката.

Мне двадцать, Бистон – мой дом. И я только что остался в живых и даже установил свои правила разговора. Неужели этого мало, чтобы позволить себе небольшое счастье?

Мы выходим к углу, на котором дежурит Мур, и тут я понимаю: остальные парни молчат. Оборачиваюсь в их сторону – в отличие от моего, лица у них похоронные.

Вот чего еще не хватало. Кемал был прав. Моя мрачная рожа испортила всем кайф.

– Как прошло? – машет нам Мур. – Тут все было тихо.

– Отвратительно прошло, – отвечает за меня Роб. – Нам пиздец.

– Да? А по Феликсу не скажешь.

– А он еще не понял.