Враг императора - Жасмин Мас

Р-Р-Р-А!

Ужасный рев раздался из задней комнаты.

— Простите, — прошептала девушка, пятясь назад.

Я схватила ее и притянула к себе.

— Ты знаешь, где противоядие?

Она зажмурилась и вздрогнула. Я встряхнула ее, и она кивнула.

— Принеси его, — холодно приказала я. — Немедленно. Это приказ Рыцаря. Содружество рассчитывает на тебя. — я оттолкнула ее. — Не смей меня подвести.

Она открыла рот, но я уже пробивалась сквозь толпу кричащих людей. Кто-то выпрыгивал из бассейнов, хватая полотенца, кто-то мчался к выходу. Я прорвалась к зеленой двери. Шрамы на лице и спине запульсировали фантомной болью.

Из комнаты доносились новые удары и рычание. Сжав в ладонях два костяных кинжала, я глубоко вдохнула, погружаясь в привычное охотничье состояние, и шагнула внутрь. Небольшую комнату покрывали забрызганные кровью фиолетовые цветы. Посреди кафельного пола бурлил круглый бассейн.

У дальней стены Аксель лежал без сознания, закрывая собой Эллу. Они оба не двигались.

Рядом с бассейном Тарантул пошатнулся, вскинув сияющие руки. Бриллианты на его ошейнике сверкнули, когда из его ладоней вырвался серебряный вихрь, сдерживающий взрослого лютого медведя.

Чудовище было почти вровень с потолком. Гигантские клыки, косматая бурая шерсть и смертоносные зеленые глаза. Толстые пласты шкуры образовывали настоящую броню на шее, спине, брюхе и голове.

Единственным слабым местом лютого медведя была грудь. Когда зверь стоял на четырех лапах, она была надежно защищена, но этот возвышался на задних, и из его ноздрей валил серебристый пар.

Огромная лапа с бритвенно-острыми когтями рассекла воздух.

Я осторожно сняла дрожащего Сквайра с плеча и посадила его на свисающую лиану.

— Не смотри, милый.

Сквайр послушно отвернулся к стене.

— Сквайр не хочет смотреть.

Р-Р-Р-РА-А-А!

Лютый медведь бросился вперед, и лишь поток ветра Тарантула не позволил ему разорвать мага на части. Его магия дрогнула, а сияние вокруг ладоней поблекло.

Его отравили.

Одна нога Тарантула подогнулась. Лицо посинело от напряжения.

Потом подкосилась и вторая. Он рухнул на колено у бассейна, дрожа от усилия, пока зверь ревел над ним. По его лицу стекал густой пот.

Пусть мои клинки будут тверды, а бросок — точен.

— Нет, Зора.

Глаза Тарантула расширились, когда я перепрыгнула через него с занесенными кинжалами.

— Нет!

Когти рассекли воздух. Я резко наклонила голову, и самый кончик моей косы оказался срезан; волосы рассыпались по плечам, когда я вонзила оба клинка глубоко в грудь зверя, целясь прямо в сердце.

Удар был идеальным. Но шкура оказалась невероятно толстой.

Лютый медведь взвыл, пока мы с грохотом катились по комнате. Его пасть опустилась ко мне. Огромные зубы щелкнули в нескольких волосках от моего лица. Я зажмурилась, ожидая удара когтей по спине. Но его не последовало. Магия зашипела.

Медведь зарычал, когда его передние лапы резко вздернуло вверх и пригвоздило друг к другу серебряными нитями силы. Он отчаянно вытягивал шею вниз, клацая клыками и пытаясь достать меня. С поднятыми лапами я оставалась вне досягаемости. Изо всех сил удерживая кинжалы в ране, я бросила взгляд через плечо.

Тарантул сидел, прислонившись к стене. Его ноги безвольно вытянулись по полу. Голова склонилась набок, глаза едва оставались открытыми. Но руки все еще были подняты. С них продолжало литься серебро. Платиновые браслеты на его запястьях ярко сияли под кандалами.

Серьезный взгляд Тарантула ясно обещал мне мучительную расплату, если я не прекращу то, что делаю. Я лишь крепче стиснула рукояти.

Лютый медведь рванул вперед.

БАХ!

Мы проломили стену, разнося дерево в щепки. Меня швырнуло в сторону, а кинжалы вырвало из груди зверя. Посетители бани закричали. Со стоном я поднялась на ноги. Все тело ныло от сокрушительного удара.

Медведь выглядел жутко нелепо: передние лапы все еще были подняты над головой. Неловко вытянув шею вперед, он заревел, разбрызгивая слюну.

У края большого бассейна, прямо перед чудовищем, сидел мальчик. Ему было не больше десяти. Лютый медведь повернулся к нему. С окровавленными кинжалами в руках я бросилась вперед. Я закричала, пытаясь отвлечь его, но зверь уже прыгнул. В замедленном времени мальчик зажмурился и прикрыл голову руками. Я прыгнула, вытянув руки. Над самым бассейном я врезалась в медведя. Мы рухнули в кипящую воду.

Я наносила удар за ударом, пока огромное тело бешено билось. Когти на его задней лапе полоснули меня по ноге, оставив глубокую рану.

В размытом вихре насилия мы погружались все ниже, пока наконец не достигли неожиданно глубокого дна. Я снова ударила в грудь зверя, пытаясь занять более выгодное положение. Темно-багровые облака крови медленно поплыли вверх, окрашивая горячую воду в алый. Чудовище дергалось и ревело, пока магия Тарантула каким-то образом продолжала удерживать его лапы.

В висках стучало. Я направила светящуюся ладонь ему в голову. Вода вокруг нас медленно закрутилась, превращаясь в водоворот. Серебро хлынуло в раскрытую пасть. Я топила его. С комом в горле я заставляла воду проникать в его дыхательные пути, стараясь не потерять сознание. Серебряные нити прижимали чудовище ко дну, но истощение мешало мыслить. У меня оставались считанные секунды — слишком много магии уходило на удержание.

Головная боль усилилась. Медведь продолжал отчаянно биться. Легкие горели. Паника росла. Мне нужен воздух.

Воздух.

Воздух.

Воздух.

Времени больше не было. Покончи с этим.

Полностью провалившись в охотничье состояние, я глубже вогнала кинжалы в грудь зверя и изо всех сил рванула ими квадратным движением, сдирая толстую шкуру, а затем слой жира. Куски плоти медленно всплыли к поверхности.

Отчаянно отбиваясь ногами, чтобы удержаться на дне, я с размаху опустила клинки.

ХРУСТЬ.

Ребра треснули. Кровь хлынула таким потоком, что полностью ослепила меня, пока медведь извивался. Не открывая глаз, я разделывала его на ощупь — так же, как разделывала сотни других чудовищ раньше. Несмотря на размеры, расположение органов оставалось тем же. Я перерезала четыре крупных сосуда сердца, ощущая, как оно сокращается под моими пальцами.

Затем вырвала широкую трахею, отделив дыхательное горло от задней стенки грудной клетки. Один кинжал выскользнул из руки и ушел на дно. Свободной рукой я вцепилась внутрь раскрытой грудной клетки и одним рывком вырвала сердце. По воде прокатился чудовищный булькающий рев.

Лютый медведь замер.

Воздух.

Я из последних сил рванула к поверхности. Вынырнув, я жадно вдохнула кислород и швырнула еще бьющееся сердце на край бассейна. Одной рукой я сжимала кинжал, другой цеплялась за бортик. Мальчик сидел, забившись в угол, с открытым ртом. На его лице застыло благоговейное потрясение.

Откашливая воду, я прислонилась лбом к прохладной плитке, пытаясь унять раскалывающийся череп. Везучая девочка… Чьи-то пальцы резко сомкнулись