Мы сегодня не умрем, приходи завтра - Саммер Холланд

ощущение. Не знаю, о какой грубости он говорил, даже не замечаю ничего, кроме его возбуждения от собственных действий. Кроме удовольствия, с которым Феликс входит в меня пальцами.

Мне нужно чувствовать его внутри и одновременно – чтобы он не останавливался ни на секунду. Меня разрывает в клочья от этого противоречия, но пальцы, которые сжимают бедро, удерживая на месте и не давая пошевелиться, подсказывают, чего хочет Феликс.

И я позволяю себе расслабиться в его руках, ощутить каждое прикосновение и каждое движение языка, которое становится сильнее. Больше давления. Быстрее. Пальцы задевают что-то… Я делаю еще один глубокий вдох и позволяю оргазму поглотить меня с головой.

Падая в кроличью нору, черную, бесконечную, где нет ничего, кроме нас и свободы, я слышу свой голос, протяжно повторяющий ставшее любимым имя, словно издалека. И все же мне этого мало, и, приложив немало усилий, чтобы собрать себя заново, я открываю глаза.

– Пожалуйста, – прошу я. – Будь со мной.

Феликс отстраняется и тянется куда-то в сторону, а когда вновь поворачивается ко мне, слышится звук рвущейся фольги.

– Поверь, я ничего не хочу сильнее, – хрипло отвечает он, – чем быть с тобой.

Его влажные губы накрывают мои, и спустя длинную голодную секунду Феликс входит в меня. Останавливается, давая привыкнуть, но мне это не нужно. Ожидание было слишком долгим, я сейчас сойду с ума, если еще не обезумела.

Одного только мускусного запаха было бы достаточно. Но я подбрасываю дров в собственный пожар, скользя ладонями по сильной спине, обхватывая бедра Феликса ногами и подаваясь навстречу.

– Пожалуйста, не надо, – умоляет он. – Я хочу чувствовать тебя как можно дольше.

И вопреки собственным словам он начинает двигаться быстро и жестко, каждый раз вырывая из моей груди полустон-полукрик. Я царапаю его спину ногтями, давая выход страсти, тому, что прожигает меня изнутри. Феликс не перестает покрывать поцелуями мою шею, плечи, ключицы. Он прихватывает зубами мочку уха, и в ответ на это во мне формируется новая волна удовольствия.

Когда кажется, что сильнее уже невозможно, Феликс с тихим стоном доказывает обратное. Его движения становятся все более резкими, пальцы царапают мою кожу, укусы горят, а я снова теряю связь с реальностью. Как бы он ни просил, не могу удержаться, бедра рвутся ему навстречу, голову покидают все мысли.

Остаются два тела, стремящиеся вновь и вновь соединиться, и клубок из его и моих желаний, который сплетается так плотно, что они становятся общими.

За миг до того, как Феликс замирает, я вновь чувствую слабую пульсацию внутри – этот оргазм не такой яркий, как прежний, но от него все тело расслабляется и даже руки безвольно падают на кровать.

Феликс шумно выдыхает и прижимается своими губами к моим, прежде чем перекатиться на спину рядом. Но он не отстраняется – еще одна неожиданность, к которой я была не готова, – а наоборот, обнимает меня и прижимает к себе.

– Я от тебя схожу с ума, – с улыбкой в голосе говорит он. – И мне это нравится.

– Нет, – спорю я. – Это я схожу с ума.

– Значит, мы оба поехавшие.

Он целует меня в лоб и, опустив руку к моей ноге, закидывает ее на себя. Добавляет:

– И это многое объясняет. Между прочим, я впервые оторвался от любимого фильма ради девушки.

– Прости. Пойдешь досматривать?

Ощутимый шлепок по заднице заставляет меня вскрикнуть, а зубы, прихватившие щеку, не дают рассмеяться.

– Это того стоило, – с улыбкой в голосе отвечает Феликс.

– Мне очень понравилось, – тихо признаюсь я.

Жду в ответ чего-то такого же, но Феликс смеется и находит мои губы для еще одного, теперь нежного и неторопливого, поцелуя.

– Кажется, я пропал, – говорит он. – Ты теперь моя необходимость, и поверь, куда сильнее воздуха.

Глава 29

Феликс

Коттингли Тауэрс, 17-й этаж

Звонок мобильного разрезает предрассветную тишину, вырывая меня из самого сладкого сна. Я вслепую тянусь за телефоном и одновременно выбираюсь из объятий Лили, надеясь, что это ненадолго.

Она недовольно стонет и перехватывает мою подушку, чтобы обнять ее. Боже, пусть там не будет ничего серьезного: я так хочу вернуться в постель к ней.

Когда отвечаю на звонок от Мака, выходя в гостиную, в динамике слышен усталый голос Роба.

– Фел, я его нашел.

– Мы его знаем?

– Ага. Эрни из «Кирпичей». Он дома… будем брать?

– Уже выхожу, возьму с собой Тристана.

– А… Малик?

Я вздыхаю и убираю вчерашние чашки с кофе в раковину.

– Сейчас позвоню ему.

Но когда Роб вешает трубку, я сначала возвращаюсь в свою комнату, достаю из шкафа чистую футболку, джинсы… И не удерживаюсь от того, чтобы наклониться над кроватью и поцеловать трогательно выступающие позвонки на спине Лили. Сейчас, когда она такая милая и беззащитная, оставлять ее здесь одну совсем не хочется… Но выбора нет.

– Дождись меня, – шепчу я ей на ухо.

Номер Малика набираю на кухне, чтобы не разбудить Лили. Длинные гудки кажутся бесконечными, прежде чем я наконец слышу сонное «Алло».

– Это Феликс. Мы нашли, кто это сделал. Выходим за ним.

– Кто и где?

– Эрни из «Кирпичей».

Я называю адрес, и после недолгого молчания Малик коротко произносит:

– Будем через двадцать минут.

Звонок отключается.

У меня нет ни плана, ни представления о том, что мы будем делать с Эрни и как ворвемся в его дом так, чтобы не тронуть остальную семью – они-то в чем виноваты? На рассуждения нет времени, равно как и способности строить планы. Мое сознание все еще крепко спит, несмотря на бодрость тела.

Забрать Тристана оказывается сложнее, чем я думал: ни на звонки, ни на стук в дверь он долго не отвечает.

От моего стука просыпаются люди в соседних квартирах – раздаются шорохи, аккуратные шаги, – и я даже слышу резкую трель мобильника самого Тристана из комнаты. Но ничего не помогает.

К моменту, когда я готов сдаться и пойти сам, дверь сдвигается. Всклокоченный, с одним открытым глазом и одетый только в трусы, Тристан смотрит на меня так, будто не узнает.

– Что случилось? – пропустив половину гласных, спрашивает он.

– Нужна твоя помощь. Одевайся и возьми что-нибудь внушительное.

Он кивает, закрывает проснувшийся глаз и уходит к себе, оставив дверь открытой. Моего терпения хватает минуты на три, и когда я захожу в скромную, но удивительно чистую квартиру, вижу в гостиной, что Тристан просто упал обратно на застеленный диван и спит.

Ладно, он мне действительно нужен. Я подхожу к шкафу, достаю оттуда какую-то одежду и бросаю ее на полумертвое тело.

– Одевайся.

– Нет, –