Смеющаяся Река - Людмила Семенова

Кайса подумала, что парень все же спас мальчика от смерти, на которую его обрек родной человек, и грустно улыбнулась. Молодой келпи привлек ее к себе, поцеловал в лоб и она спряталась на его широкой груди, как в ласковых речных волнах.

Секунду приятной неги и легкомысленного забвения прервало тихое шипение, похожее на шорох воды по камням. А еще через мгновение безобразный змееподобный силуэт вырвался из реки, просунул в беседку вытянутую голову и схватил мальчика зубами за одежду. Тот вскрикнул, попытался вцепиться в брюки Шихана, но тварь с огромной силой потянула его прочь.

На миг она застыла в воде, удерживая ребенка почти бережно, словно кошка детеныша, — и уродливые черты преобразились в холодный изящный лик, вместо огромной пасти возник пухлый девичий рот, глаза окрасились в фиолетовый цвет. Скульптурную белизну лица искажали рваные шрамы вдоль щек, из которых сочилась едкая темная жидкость, а среди спутанных черных волос торчали острые загнутые рога. На стройной шее, плечах и груди виднелись отдельные чешуйки, а ниже женский торс переходил в извивающееся змеиное тело, которое вполне могло переварить крупную скотину, а то и человека.

Кайса почуяла запах увядшего цветка, в котором было нечто знакомое, но он перемешался со стойким и густым духом ненависти, злости, отчуждения. Девушка пошатнулась и прижала ладони ко рту.

— Солли! — воскликнула она. Но тварь с лицом ее пропавшей подруги безмолвно скрылась в забурлившей воде вместе с добычей. Молодая водяница была готова упасть на колени прямо на скалистом берегу и расплакаться, но Шихан решительно схватил ее за плечи.

— Кайса! Ты меня слышишь? — крикнул он. — Нельзя терять время, мы должны их догнать! Но будь осторожна, не отставай ни на шаг, — у меня есть догадки, куда она может поплыть.

— Ты в них уверен? — пробормотала Кайса.

— Нет! Но какой у нас выбор? — отчаянно спросил Шихан. — Звать твоего отца? Пока он доберется сюда на своих ногах, мальчик уже может захлебнуться или умереть от страха! Ты не дитя, а дух-хранитель, Кайса, и твоя обязанность самой защищать живое от мертвого!

Он быстро скинул одежду, и его тело трансформировалось в нечто среднее между конем и каким-то ящером, без хвоста и гривы, покрытым голой липкой кожей и вибрирующими порами. Морда походила на облезший череп, в провалах глаз полыхали белые огни, а в пасти виднелись зубы, узкие и острые как крюки для мяса.

На миг Кайса оцепенела от страха — второе чудовище за несколько минут! — но быстро взяла себя в руки и нырнула за келпи. Тот плыл уверенно и стремительно, орудуя шипастыми копытами не хуже ласт. А вскоре Кайса поняла, что может следовать за ним даже с закрытыми глазами: ее вела невидимая энергетическая нить, по которой передавались все мысли, чувства и инстинктивные порывы близкого существа.

Через некоторое время вода сгустилась и неохотно ворочалась под их телами, ее приходилось раздвигать как тяжелые занавеси и плыть почти вслепую. Только еле уловимый цветочный запах и аура испуганного ребенка служили маяком, теряющимся в тумане. И так же скользили в голове у Кайсы обрывки мыслей, которые она просто не могла переварить, — неужели Солли, давняя, верная и веселая подруга, была тем самым монстром, что похищал людей и пугал ее на берегу? Или она околдована какой-то другой могущественной тварью и лишь выполняет его волю?

Но тут же девушка вспоминала о беспомощном ребенке и гребла дальше, стиснув зубы. Наконец они с Шиханом очутились почти в темноте, и выручали только огни в глазах келпи. Вдобавок Кайса почувствовала удушье и дурноту, тело налилось невиданной тяжестью, и она смекнула, что вблизи междумирье. Неужели Солли вела их туда на верную погибель?

Девушка рефлекторно коснулась жемчужин на запястье, в памяти всплыло лицо бабушки, послышался ее ласковый и вместе с тем тревожный голос — «Хозяин морей пролил эти слезы, когда на мир обрушилась огромная беда. Его благословение поможет победить тьму…»

Кайса не знала, можно ли верить словам старой человеческой женщины, не владеющей колдовством. Однако от жемчуга вдруг пошли волны тепла и ей сразу стало легче дышать. Вспомнились обрывки молитв, услышанные от отца сквозь сон, и водяница попыталась сложить их в нечто единое.

«Хозяин морей не может желать нам зла, Шихан!»

Келпи еле заметно подал ей знак согласия, и вскоре они очутились перед огромной преградой вроде подводного айсберга. Решив, что междумирье хочет отвести им глаза, Кайса мысленно призвала Шихана рваться вперед, чтобы фантомная твердыня рассыпалась под их напором. Усердие не прошло даром: девушка почувствовала острую боль, из носа и ушей потекла кровь, но вскоре айсберг растворился и они поплыли по длинному извилистому тоннелю. Рассказывая дочери про путь в Туонелу, Илья упоминал похожий коридор, пахнущий мертвечиной, усеянный гнездами мелкой нежити, которая норовила вцепиться в волосы, укусить открытую кожу, залепить глаза слизью. Только он плыл по нему в обличье иномирного змея, Солли тоже обернулась рептилией, а у Кайсы в распоряжении было антропоморфное тело, куда менее надежное во владениях страшной и ненасытной Туони.

Собравшись с силами, Кайса отправила мысленное послание отцу. Если он и не найдет их сам, то оповестит водяных духов по городу, привлечет Патруль, и тогда уже Солли не отвертеться. Только бы продержаться до этого, только бы уцелел мальчик! Почему-то девушка верила, что Хозяин морей не допустил бы гибели слабого и беззащитного, а с Солли можно побороться, или даже изгнать из нее чужую зловредную сущность.

Но пока было не до этого — лишь бы отдышаться, не подавиться собственной кровью, не попасть в очередную западню, которая высосет силы, время и жизнь. И сделать так, как учил отец.

Глава 30

В подводном городе

Кайса не верила своим глазам — перед ними простирался тот самый город, о котором ей рассказывали в детстве, но она и не мечтала когда-нибудь сюда попасть. И это была не призрачная копия надводного мира, а нечто грандиозное, сказочное и жуткое. Впереди возвышались огромные здания с самой дикой архитектурой, невообразимой в реальном мире, крыши и купола были увенчаны острыми гребнями и пиками. Кайса сообразила, что именно на них напарывались люди, рискующие искупаться в Неве в запретное время. А самые невезучие расшибались о неровное каменное дно, по которому юная хранительница шла босиком. Келпи, сохранивший жуткое звериное обличье, подставил ей