Во власти дракона-оборотня - Кортни Уимс

— Нет. Думаю, я лучше вернусь в свою комнату и отдохну.

Она резко сворачивает направо в конце коридора, ведущего к нашим комнатам.

Аэлия касается ладонью моей спины, когда я замедляю шаг и смотрю, как Марселла исчезает за следующим поворотом.

— Я могу пойти в библиотеку с тобой. Может быть, её потрясло испытание. Лучше дать ей отдохнуть.

— Да… — бормочу я, медленно отворачиваясь от коридора и следуя за Аэлией к библиотеке.

Марселла и правда бывает вспыльчивой. Но мне казалось, что к этому моменту между нами уже возникло некое подобие дружбы. То, что она по какой-то причине отталкивает меня, зарождает сомнения. Что, возможно, все наши отношения для неё — лишь гарантия того, что она добьётся своего, поможет освободить брата.

Когда мы добираемся до библиотеки, несколько женщин уже устроились в креслах с книгами. Мы с Аэлией берём книги с полок и находим себе места неподалёку от остальных. Мо и Стелла сидят вдвоём на небольшом диванчике, и я быстро отвожу взгляд, прежде чем наши глаза встречаются. Мы с Аэлией устраиваемся на длинном диване.

Когда я переворачиваю первые страницы книги о птицах, которую читаю, меня останавливает тихий разговор Мо и Стеллы.

— Ты уверена? — спрашивает Мо.

— Да. Ты ведь не видела её со вчерашнего вечера? Её не было на завтраке, а леди Бетани ничего об этом не сказала, — шепчет в ответ Стелла.

Я медленно отрываю взгляд от страниц и смотрю на них через комнату.

Мо бормочет:

— Ну, вообще-то нет, я не видела её после той небольшой стычки с…

Обе переводят внимание на меня, и я тут же опускаю глаза обратно в книгу, переворачивая страницу и молясь, чтобы они не решили, будто я подслушиваю.

Уиллоу пропала?

Глубже вжавшись в диван, я начинаю вспоминать наш разговор прошлой ночью. От этого напряжения у меня начинает пульсировать в висках. Вечер стал таким размытым.

«Прости, если напугала тебя, Лира. Это всё испытания, они начинают действовать мне на нервы.»

«Леди Бетани уверяет меня, что это плод моего воображения. И скоро мне больше не придётся о них беспокоиться.»

Воспоминание пронзает меня, словно удар в лёгкие, и я резко подаюсь вперёд, изо всех сил стараясь сдержать свою реакцию.

— С тобой всё в порядке? — ладонь Аэлии касается моего плеча, её голос звучит отдалённо, пока я пробираюсь через мутный омут воспоминаний.

О том, как Уиллоу с безумной настойчивостью схватила меня за запястье, как её глаза казались далёкими и затуманенными, пока мы танцевали. Совсем не похожей на ту женщину, которая пригласила меня на танец. И когда Уиллоу подняла взгляд к потолку, я вспомнила, как её серьги сверкали в свете ламп.

Я роняю книгу себе на колени, и Аэлия сжимает моё плечо.

Встретившись с её обеспокоенными голубыми глазами, я киваю.

— Да, всё хорошо. Прости.

Она ещё долго смотрит на меня, прежде чем медленно отвернуться и снова опустить взгляд в книгу. Я опускаю руку и осторожно достаю серьгу из кармана. Вытащив её ровно настолько, чтобы убедиться, что это серьга с бриллиантом и рубином, я прикусываю губу, чтобы не заскулить, а затем быстро прячу её обратно.

Она принадлежит Уиллоу. И если она осталась в коридоре, спрятанная за занавесью, значит, Уиллоу не просто сбежала. Как вообще можно испачкать серьги кровью?

Я с хлопком захлопываю книгу и поднимаюсь на ноги. Все взгляды тут же обращаются ко мне. Шагая через комнату, я ставлю книгу на место, а за мной раздаются торопливые шаги.

— Лира! — шипит Аэлия. — Лира, ты куда?

Я не могу повернуться к ней, пока мои мысли начинают закручиваться по спирали. Всё, что я могу, — продолжать идти вперёд, пока выхожу из библиотеки.

Аэлия хватает меня за плечо и разворачивает к себе. Её книга всё ещё у неё в руке.

— Что происходит?

— Ты видела Уиллоу после вчерашнего вечера? — шепчу я.

Её глаза чуть расширяются, прежде чем она отпускает моё плечо.

— Леди Бетани сказала, что она исчезла прошлой ночью. Сегодня рано утром за ней отправились, но её комната оказалась пустой. Думают, что она выбралась через окно и сбежала домой. Возможно, слишком испугалась того, что ждёт нас на следующем испытании. Я слышала, последнее испытание сильно её травмировало.

Я качаю головой и медленно делаю несколько шагов назад по коридору.

Она подаётся вперёд, пытаясь снова дотронуться до меня.

— Это не твоя вина, Лира. Я знаю, что вы вчера поссорились, но ты не можешь винить себя.

— Мне нужно поговорить с Сайрусом, — бормочу я и отворачиваюсь.

Сначала я просто иду. Потом начинаю шагать быстрее. Чувство срочности наступает мне на пятки.

— Лира! — зовёт Аэлия из коридора. — Лира!

Я сворачиваю за угол подальше от библиотеки, но она не идёт следом. Подобрав юбки руками, я ускоряюсь, не переходя на бег. Сделав ещё несколько поворотов по замку, я прохожу мимо столовой и направляюсь к своей комнате. До неё остаётся три коридора, когда дверь слева от меня со скрипом открывается.

Резко остановившись и быстро юркнув за занавесь, я задерживаю дыхание, пока по коридору не разносится знакомый голос.

— Сайрус, ты не можешь винить себя в подобных вещах, — голос Девина звучит мягко, почти сочувственно.

— Тогда кого мне винить? — бросает в ответ Сайрус. Его голос грубый и хриплый, словно он заболел.

Осторожно оттянув занавесь пальцами на несколько дюймов, я выглядываю одним глазом через коридор в сторону открытой двери.

Сайрус стоит, держась за ручку. Дверь открыта наполовину, открывая комнату, обставленную креслами, коврами, письменным столом и книжными полками.

Глубже в комнате Девин качает головой.

— Возможно, винить некого.

— Всегда есть кого винить, — ворчит Сайрус в ответ, делая шаг, будто собирается выйти.

— Остановись, Сайрус. Если ты продолжишь в том же духе, если будешь продолжать изводить себя, мы никогда не добьёмся успеха.

Сайрус отпускает дверную ручку и поворачивается к Девину, теперь стоя ко мне спиной.

— И что же ты предлагаешь мне делать, м-м?

Лицо Девина становится серьёзным. Скользнув взглядом по Сайрусу сверху вниз, он произносит почти неслышно:

— Отправь её домой.

Руки Сайруса сжимаются в кулаки.

— Ты знаешь, что это не вариант.

— Посмотри на себя. Ты разваливаешься на части и ставишь под угрозу всё, ради чего мы работали! И всё, ради чего работали люди до меня!

— Замолчи, Девин, — рычит Сайрус, начиная отворачиваться и опуская голову. Его челюсть напряжена, глаза крепко зажмурены.

— Тебе нужно услышать правду, Сайрус! То, что ты делаешь, безрассудно. Ты не можешь отбросить всё ради того, кто не чувствует к тебе того