Желание богов - Тан Ци

– Брать тебя на Небеса небезопасно. Я оставлю с тобой наставника государства и Тянь Бу, а ты просто жди меня здесь. – Ему тоже было невыносимо расставаться, но только такой план мог обеспечить благополучие им обоим.

Лянь Сун коснулся ее лица, большим пальцем провел по уголку губ и задержался на порозовевшей щеке. Казалось, он пытается вернуть ей улыбку.

– Как только наказание закончится, я сразу вернусь за тобой. И тогда мы уедем вместе, хорошо?

Чэн Юй долго молчала, видимо обдумывая его слова. В конце концов она кивнула.

– Я послушаюсь… но… – В голосе ее задрожали слезы, и на этот раз она не стала их скрывать, будто нарочно желая, чтобы он прочувствовал ее боль. – Для тебя, братец Лянь, это будет всего семь дней. А для меня – целых семь лет. Семь лет… это очень долго.

Хотя третий принц обычно был ветреным, в важных вопросах он всегда проявлял предусмотрительность. О годах, которые могли стать для Чэн Юй испытанием, он, конечно, тоже подумал.

– В киноварной комнате владыки Лао есть снадобье под названием «Пыль успокоения». Оно погружает человека в глубокий сон, – медленно произнес он, глядя ей в глаза.

Умная княжна сразу поняла намек:

– Значит, когда ты уедешь, оставишь мне это снадобье, да?

Лянь Сун ненадолго замолчал.

– Хотя оно и погрузит тебя в сон на семь лет, для смертного это будет… нелегко.

– Я не боюсь, – без малейших колебаний ответила Чэн Юй. Глаза ее еще были красными от сдерживаемых слез, что выдавало грусть от предстоящей разлуки, но на лице читалась непоколебимая решимость.

Хрупкая и стойкая, робкая и бесстрашная – вся она была прекрасна в своей противоречивости. Эта влюбленная в него девушка сводила его с ума. Лянь Сун притянул ее к себе и крепко обнял.

– С этого момента, если ты будешь со мной, тебе придется многое претерпеть. Но я виноват, я жадный эгоист. Я хочу, чтобы ты страдала ради меня.

Чэн Юй тоже обняла его и прошептала в ответ:

– Я готова страдать ради братца Ляня. – Затем, к своему удивлению, тихо рассмеялась. – Как же ты собираешься загладить вину?

Помолчав, он прошептал ей на ухо:

– Я подарю тебе стихотворение, хорошо?

Снаружи, у костра, наставник государства и Тянь Бу переглянулись в полном недоумении.

Хотя в деревянном домике третий принц и Чэн Юй вели себя довольно тихо, костер горел всего в десяти чжанах от дома, а Тянь Бу и Су Цзи обладали острым слухом. Они отчетливо поняли, что третий принц очнулся и теперь разговаривает с княжной наедине.

Оба осознавали, что в данный момент принцу вряд ли необходимо, чтобы они немедля бросились к его ложу, показывая, как сильно волновались о своем господине… Поэтому они продолжали сидеть неподвижно, уставившись на пляшущие языки пламени.

Помолчав, наставник государства не выдержал и нарушил тишину:

– Вы же говорили, что принц, потеряв столько сил, должен был спать не меньше десяти дней?

Тянь Бу вздохнула:

– Видимо, его высочество очень торопится сделать предложение, чтобы присвоить себе княжну.

– Предложение? – Придворный даос ничего не понял.

Небожительница спокойно кивнула:

– У дракона есть нилинь, обратная чешуя, – прикосновение к ней вызывает ярость. Это самая твердая и прекрасная из всех чешуек. В ту ночь, когда вы сопровождали принцессу Яньлань в столицу, принц погрузился на дно Изумрудного озера, принял истинный облик и… вырвал у себя эту чешую.

Наставник вспомнил ту ночь, все произошло не так давно. Тогда они следовали за караваном Чэн Юй к Изумрудному озеру. Едва прибыв, они обнаружили исчезновение Яньлань. Когда ее нашли, уже пропала сама Чэн Юй. Выяснилось, что ее похитил Чжаоси. Третий принц по следам чар отправился в малый мир Соло. Казалось бы, он должен был найти ее, но почему-то вернулся один. Затем Лянь Сун отослал всех прочь и провел ночь в одиночестве, а утром приказал отвезти Яньлань обратно в Пинъань. Принцесса рыдала и умоляла, но тщетно. Едва наставник государства, преодолев тысячу ли за день, вернулся обратно, принц тут же дал ему новое задание – вместе с Тянь Бу они отправились «похищать невесту».

Наставник государства до сих пор пребывал в некотором недоумении. Услышав о сватовстве и вырванной чешуе, он окончательно запутался и спросил, потирая виски:

– Вы говорите о предложении… и о том, что принц вырвал у себя чешую… Какая между этим связь?

Тянь Бу посмотрела на него как на слабоумного, но затем вспомнила, что он всего лишь смертный.

– Вот как было, – снисходительно начала пояснять она тоном учителя для особо одаренных. – В эпоху первозданного хаоса, когда весь мир сотрясали беспрерывные войны между пятью кланами, даже у самых больших поклонников церемониала среди богов не всегда находилось время для соблюдения всех ритуалов. Особенно когда дело касалось бракосочетания. Сейчас, если небожитель желает взять в жены богиню, все проходит почти как у смертных: три свадебных письма, шесть обрядов[47]. Еще требуется во время церемонии сжечь брачное прошение для досточтимого Ханьшаня, чтобы тот внес запись в книгу браков. Но в кровавые времена первозданного хаоса, когда велись непрестанные войны, откуда взяться времени на соблюдение стольких бесполезных церемоний? У драконьего рода тогда существовал обычай: если дракон желал взять в жены богиню, в знак серьезности намерений он преподносил в дар свою обратную чешую. Если женщина соглашалась, она носила эту чешую на теле – и это считалось заключением брака. Увидев женщину с украшением из драконьей чешуи, все пять кланов понимали: это жена драконьего владыки.

Тянь Бу всем сердцем ощутила, насколько трогателен был этот древний обычай. На ее лице невольно появилось мечтательное выражение. Наставник государства, хоть и прочел в последнее время множество книжиц и немного разбирался в делах любовных, все так же оставался прямолинейным мужланом. Выслушав слова Тянь Бу, он вовсе не нашел этот обычай трогательным и тут же указал на скрытую в нем опасность:

– Если я правильно понял, третий принц тоже хочет последовать этому древнему обычаю, чтобы сделать предложение княжне? – Су Цзи нахмурил брови. – Но нилинь растет на драконьей шее! Разве он не утратит защиту, лишившись его, разве не сделает свое тело уязвимым? Это же крайне опасно!

Наставник государства показал Тянь Бу ситуацию под совершенно другим углом. Она такого не ожидала и на мгновение онемела.

– Д-да, это немного опасно… Но именно потому, что нилинь так важен, его использование в качестве свадебного дара показывает