История дворца Куньнин. Книга 2 - Ши Цзин

Узнав, что ребенок не пострадал, Яо Си с облегчением выдохнула и едва не рухнула наземь на обмякших ногах. Девушки принялись ее утешать, утверждая, что все завершилось благополучно, а Яо Си вновь разрыдалась, изливая скопившееся напряжение. Цзян Сюэхуэй холодно хмурилась, наблюдая со стороны.

Поздно вечером барышни Цзян вместе возвращались в свои покои. Дворцовые фонари тихо покачивались под сводами галереи на холодном ветру. Цзян Сюэнин, размышляя о проницательности, которую проявила старшая сестра в сливовом саду, не могла не признать: вот они, плоды воспитания матушки Мэн – дальновидность и острый ум.

– Похоже, ты наконец-то добилась желаемого, – сказала она.

Цзян Сюэхуэй давно заметила, что младшая сестра за последние месяцы стала гораздо сообразительнее. Ничуть не смутившись, что ее замысел разгадали, она спокойно ответила:

– Пусть у меня и был расчет, но я ведь спасла чью-то жизнь. Если бы я догадалась, в чем дело, и осталась в стороне, совершила бы зло. А так все обернулось к лучшему: и волки сыты, и овцы целы.

Девушка нисколько не скрывала, что не забывала о личной выгоде.

– Вэнь-чжаои наверняка запомнит тебя, а император, если узнает, пожалуй, даже наградит. Но ты ведь и врагов себе нажила, – заметила Цзян Сюэнин.

Ее сестра смотрела на мир проще.

– На пути к цели порой приходится чем-то жертвовать. Разве можно понравиться всем? Если я кого-то обидела, так тому и быть.

Цзян Сюэнин улыбнулась. У своей комнаты она остановилась и поглядела на Сюэхуэй.

– Что ж, тогда желаю тебе удачи.

Не говоря больше ни слова, она скрылась за дверью.

Как и предсказывала Цзян Сюэнин, на другой день, к полудню, в Янчжи в спешке явились евнухи с дарами. Часть подарков прислала Вэнь-чжаои, а часть – лично император Шэнь Лан с похвалой старшей барышне Цзян за разум и добросердечие. Награды были столь щедрые, что глаза разгорались от зависти.

Однако государев указ содержал и беспощадное осуждение Яо Си. Та обвинялась в малодушии и нарушении этикета, которое едва не погубило императорского наследника во чреве Вэнь-чжаои. Виновнице несчастного случая предписывалось немедленно собрать вещи и покинуть дворец. Ее исключали из числа соучениц старшей принцессы Лэян!

Яо Си, еще вчера думавшая, что беда миновала, приняла высочайшее повеление, стоя на коленях. Подобный исход ошеломил ее. Когда евнух, огласивший волю императора, удалился, она с трудом поднялась, сделала пару шагов, и в голове у нее помутилось. Никто не знал, как утешить бедняжку. Все понимали, сколь трудно было попасть в свиту старшей принцессы. Как ей теперь показаться перед столичной знатью после публичного осуждения и изгнания из дворца по указу самого государя? Как выйти замуж после такого бесчестья?

Когда Яо Си добрела до двери и подняла ногу, чтобы переступить порог, она пошатнулась и рухнула, теряя сознание.

– Барышня Яо! Барышня Яо!

Все переполошились и бросились ее поднимать. Цзян Сюэнин поленилась изображать сочувствие. Когда Яо Си, ослепленная злобой, никого не стесняясь, строила вместе с Ю Юэ козни, желая опозорить Чжан Чжэ и добиться расторжения помолвки, думала ли она о подобной развязке? Как говорится, что посеешь, то и пожнешь.

Взгляд Цзян Сюэнин скользнул по девушкам, хлопотавшим над Яо Си, и остановился на барышне, которая тоже не бросилась помогать, – на Сяо Шу. Та посмотрела ей прямо в глаза и покосилась на Цзян Сюэхуэй, неприметно стоявшую в стороне.

– Не повезло барышне Яо, – улыбнулась дочь Чэн-гуна.

Цзян Сюэнин мысленно усмехнулась, но вслух лишь поддакнула:

– Совсем не повезло.

Если вдуматься, невезением тут и не пахло. После истории с мешочком для благовоний Сяо Шу ясно дала понять, что хочет избавиться от Яо Си. А чуть позже, во время прогулки в сливовом саду, Цинь-гуйфэй увела ту за собой, и случилась беда. Вчера на лице Яо Си отражалось смятение: барышня явно считала себя невиновной, однако не смела перечить любимой наложнице императора. Затем вмешалась Цзян Сюэхуэй, и госпожа Вэнь-цзеюй вернулась в покои, где узнала от лекаря о своей беременности. Что это было, как не тщательно подстроенная ловушка? Кто-то прослышал о беременности Вэнь-цзеюй раньше ее самой и попытался одним ударом избавиться и от ребенка, и от Яо Си, а если получится, заодно и от Цзян Сюэнин. То, что ребенок не пострадал, наверняка перечеркнуло все планы заговорщиков. Однако в этом клубке запуталось слишком много нитей. Если копнуть глубже, можно ведь и самой угодить в яму. Барышня не собиралась ввязываться в грязные игры: пусть об этом сестра позаботится, а она будет делать вид, что ничего не ведает, сохранять благоразумие и оберегать себя.

Во дворце на несколько дней воцарилось непривычное оживление. По слухам, Шэнь Лан был так счастлив, что устроил для чиновников большой пир. Цзян Сюэнин подумала, что среди всяческих бед это стало, пожалуй, единственным поводом для радости: благодаря тому, что она пристроила Цзян Сюэхуэй во дворец, судьба Вэнь-чжаои изменилась, ее ребенок выжил, а настроение императора не омрачилось. Возможно, теперь, разбирая дела Внешнего двора, государь проявит чуть больше милосердия, чем в прошлой жизни. Только вот неизвестно, успеют ли придворные воспользоваться этим шансом… ведь на женской половине дворца опасности подстерегают повсюду: как долго проживет ребенок Вэнь-чжаои – большой вопрос!

Старшая принцесса Лэян по-прежнему находилась под домашним арестом, барышня Яо из Янчжи впала в немилость, а события в доме Юнъи-хоу нарушили покой как во дворце, так и за его пределами. Не прошло и двух дней после возвышения Вэнь-чжаои, как в Янчжи объявили о временном роспуске соучениц. Им надлежало вернуться домой и ожидать, пока принцессу освободят из-под ареста. Во дворце оставляли только одну девушку – Цзян Сюэхуэй. Говорили, что так распорядилась сама Вэнь-чжаои, пригласившая барышню погостить во дворце Благоухающих покровов, чтобы было с кем поговорить. Очевидно, Вэнь-чжаои испытывала к той признательность после происшествия в сливовом саду. Завидовать не имело смысла. Соученицы собрали вещи и покинули дворец: кто-то с тревогой, а кто-то, как Цзян Сюэнин, с облегчением.

Все разъехались по домам, а барышня вспомнила, что семье Юнъи-хоу в их положении наверняка нужны деньги, и велела вознице ехать к управлению Тайной стражи. В тот день службу нес Чжоу Иньчжи. Увидев Цзян Сюэнин, он сразу понял, зачем та пришла, велел разогнать посторонних и под предлогом свидания с заключенной провел посетительницу в камеру Ю Фанъинь. Девушка сидела у окна и читала при свете дня. Гостья подумала, что та, как обычно, штудирует счетные книги, но, подойдя ближе, с удивлением обнаружила в