Да здравствует Королева эльфов! - Дж. М. Кёрл

его черным сапогам, затем вверх по плотной коже облегающих штанов. На поясе поблескивала серебряная пряжка с вытравленной в центре руной. Торс покрывал жилет из темно-красной кожи, усыпанный серебряными заклепками, а эбеновый плащ, окутывая плечи, ниспадал на пол. Теперь ее отделяло от него всего несколько шагов.

Лэйола затаила дыхание. Кровь гулко стучала в ушах, и она, с трудом сглотнув, невольно сделала шаг назад. Его темные, почти черные волосы легкими завитками ниспадали на плечи. Светлая кожа мага была такой, словно он не видел солнца сотни лет, но при этом не казалась мертвенно-белой, как у бледных. Ни почерневших губ, ни темных кругов под глазами – ничего, что выдавало бы в нем порождение тьмы. Лэйола несколько раз моргнула, жадно изучая каждую черту его поразительно красивого лица. Создатель, как же он походил на… Тэйна.

Глава 41

Все это что-то значило? Сходство было поразительным. Возможно, они родня… или же это искусная магическая уловка? Скорее всего, морок, созданный, чтобы заставить ее колебаться. Ведь Тэйн вел свой королевский род от древнейших предков по обеим линиям крови. Немыслимо, чтобы он был связан с этим колдуном.

Лэйола взглянула на Матэйкиса и медленно извлекла кинжал из ножен на поясе. Повернувшись к нему спиной и заслонив обзор, она направила острый клинок прямо в сердце злодея. Но острие оружия даже не коснулось кожаного доспеха. Прозрачная пелена, твердая, как камень, непроницаемая и несокрушимая, замерцала на клинке. Магия, что защищала его в этом состоянии, и впрямь существовала.

– Это бесполезно, – с самодовольной усмешкой произнес Матэйкис. – Даже не пытайся его убить.

Но если его окружает магическая пелена, сможет ли она сотворить заклинание, чтобы его разбудить? Лэйола медленно потянулась к его лицу. Едва коснувшись кожи кончиками пальцев, она отпрянула от ледяного холода. Значит, завеса пропустит, если не стремиться навредить? Как хитро. Другого пути не было. Лэйола взяла кинжал, провела острым лезвием по ладони и затаила дыхание, глядя, как на коже проступают алые капли.

Матэйкис следил за каждым ее движением с пугающей алчностью. Его черты исказились в гримасе, будто он с трудом сдерживал себя, однако всем телом оставался неподвижен, словно изваяние.

– Вот так, – ободряюще проговорил он.

Заметно дрожащей рукой она поднесла ладонь ко рту Зарахеля и позволила крови стекать на слегка приоткрытые губы. Богиня не уточнила, сколько потребуется, но, когда струйки побежали по его подбородку, Лэйола оперлась рукой о его закованную в доспех грудь, чтобы удержать равновесие, и наклонилась вперед. Сердце бешено колотилось, дышать вдруг стало трудно. Когда-то она думала, что отнимет жизнь у Тэйна, эльфа, которого считала худшим во всем Адалоне, а теперь ей предстояло даровать жизнь истинному злу.

Кожу пробрал мороз, когда ее губы коснулись его губ.

Глядя на его длинные темные ресницы, Лэйола прошептала слова, которые велела ей произнести богиня:

– Я даю тебе свою кровь, чтобы твое сердце могло биться, и свое дыхание, чтобы твои легкие могли вдыхать воздух. Я даю тебе жизнь.

И затем она выдохнула ему в рот. А после замерла. Сердце тяжело стучало о ребра, и вдруг его грудь под ее ладонью поднялась со вздохом. Лэйола отпрянула. Сработало. Его светлая, пепельная кожа обрела живой цвет, словно он засиял изнутри.

Теперь он был уязвим и его можно было убить. Она выбросила вперед руку, и лоза, повинуясь ее воле, обвила рот Матэйкиса, словно кляп. Другие лозы оплели его тело, пригвоздив к месту. Он взревел, но, чтобы использовать силу убеждения, ему нужно было произносить слова. Варлетт колотила кулаками в невидимую стену и скребла по ней когтями, но была бессильна пробиться.

Лэйола крепко сжала обеими руками навершие своего меча и нацелила острие в сердце Зарахеля. От того, как сильно он походил на мужчину, которого она любила, внутри все сжалось, но перед ней был Черный Маг. Эльф, виновный в гибели стольких невинных. Тот, кто навлек проклятие на эту землю. Она надавила на меч со всей своей силой. Клинок коснулся цели и с громким треском сломался пополам. Проклятие. Проклятие. Светоносец! Потрясенная, Лэйола уставилась на зазубренный обломок, лежащий у него на груди. Магический щит должен был исчезнуть. Почему же не сработало? С разинутым ртом она подобрала вторую половину Светоносца. Нет. Это должно было сработать.

Матэйкис вырвался из ее магических пут и сказал:

– Не смей бить его снова.

Она ощутила мощь его убеждения, но давление было уже не таким, как прежде. Каким-то образом она обрела стойкость к его магии. Не теряя времени, Лэйола отбросила меч, и тот со звоном ударился о пол, громко нарушив тишину комнаты. В ее руке тотчас оказался кинжал.

Черный Маг распахнул глаза и рывком сел. Лэйола ахнула и занесла кинжал, чтобы вонзить его в шею врага, но сильная рука змеей обвила ее горло прежде, чем она успела нанести удар и отступить. Словно лед пробежал по ее венам, и каждая мышца застыла. Лэйола боролась, пытаясь двинуться, дернуться в сторону, но не могла. Она пыталась закричать, позвать на помощь, но это было бы напрасно.

Взгляд его карих глаз, в которых бордовые искры переливались от багрянца до пурпура, проследовал по ее стану от макушки до бедер и остановился на ее глазах. Все мысли Лэйолы смешались. Ей следовало бы вырываться, взывать к своей силе, чтобы уничтожить этого мерзавца, но она могла думать лишь о его поразительном сходстве с Тэйном. Однако Тэйн был солнцем – теплым и сияющим, несущим испепеляющий свет. Этот же колдун был самой ночью – холодной, сотканной из теней и тьмы. И все же… только в ночной тьме по-настоящему сияют звезды.

– Где мы? – Его голос, властный и обольстительный, проник под кожу, заставив ее содрогнуться.

Пальцы на ее горле слегка разжались.

– Убери от меня свою руку! – с ненавистью бросила Лэйола.

В тот же миг стальная хватка перекрыла ей дыхание.

– Я задал тебе вопрос, и ты на него ответишь. Позволишь себе еще одно подобное замечание, и я раздавлю твою трахею.

Кожу покалывало, а в легких жгло от нехватки воздуха. Она едва заметно кивнула, и его пальцы, впившиеся в горло, слегка ослабили хватку.

– Пустошь.

Создатель, как ей выбраться из этой западни? Каждая частичка ее тела была в плену, а вместе с ней и ее магия. Сила трепетала под кожей, но ничего не происходило. Казалось, та мерцающая завеса, что прежде окутывала его, теперь сковала ее, удерживая магию внутри.

Его