Да здравствует Королева эльфов! - Дж. М. Кёрл

Тэйн почувствовал, как кровь отхлынула от его лица. Он отпустил отца и пошатнувшись отступил на шаг:

– Нет.

Он не желал в это верить. Лэйола была его парой, его будущей женой. Он чувствовал это всей душой. Они принадлежали друг другу. Но что-то от этих слов всколыхнулось в глубине его сознания. Тэйн почти слышал музыку – мелодию, которую, казалось, знал всегда. Танцы, наряды… свадьба. Его? Нет… не его.

Тенэйбрис опустил взгляд на свои ладони, сжимая и разжимая пальцы. Движение было странным, словно он проверял, не затекли ли они.

– Прости меня, сын мой. Мне не следовало втягивать тебя во все это. – Он протянул руки ладонями вверх. – Я был связан по рукам и ногам.

Теперь он решил раскаяться? Извиниться? Тэйн пристально наблюдал за ним. Страх, еще недавно искажавший лицо отца, исчез. Значит, он рассчитывал на снисхождение.

Тэйн ткнул пальцем в сторону Тенэйбриса:

– Я позволяю тебе дышать лишь по одной причине – чтобы Лэйола сама могла с тобой покончить. – Он посмотрел на воинов справа от себя. – Свяжите его. И Олдрича тоже. Куда бы ни шмыгнул этот змей.

Ему нужно было добраться до Лэйолы. В Пустоши стояла тишина, слишком гнетущая, учитывая такую близость к врагу. Неужели они последовали за Варлетт и Лэйолой? Где Матэйкис? Ждут ли они пробуждения Черного Мага?

– К бою! – выкрикнул Тэйн. Он не позволит застать себя врасплох. – Готовьтесь к атаке бледных!

– О, Тэйн, еще кое-что, прежде чем ты бросишься ей на выручку, – улыбнулся Тенэйбрис, пока солдаты держали его руки за спиной. Что он задумал? Что ему было известно?

Резким выпадом ноги отец сбил с ног Ворона слева от себя. Тэйн ошеломленно наблюдал, как кожа второго Ворона налилась неестественной голубизной, а следом иней окутал его волосы и латы, пока тот не застыл безмолвной ледяной глыбой.

И тут Тэйн все понял. Черный Маг очнулся. Договор отца был исполнен, и Тенэйбрис мог колдовать. Отец вскинул руку, направив на сына раскрытую ладонь, и поток ледяного ветра врезался Тэйну в грудь. Удар был так силен, словно его хватил дубиной трехметровый огр и отбросил принца назад, на отряд воинов, свалив всех с ног.

Его тело забилось в судорогах. Холод, такой глубокий, что казался обжигающим, пронзил его насквозь. Он с ужасом наблюдал, как иней покрывает знак Палэйнора у него на груди, а затем ползет вниз по торсу, растекаясь, словно пламя по маслу. Тэйн прижал ладонь к груди, но холод тут же заразил руку и устремился вверх по ней. Солдаты вокруг в панике отпрянули. Нет, нет, нет, нет. Он был парализован, пока лед сковывал все ниже шеи. Иней подбирался к подбородку. Тэйн хотел закричать, призвать свою магию, чтобы остановить его. Она боролась, пытаясь согреть его, вырваться на свободу, но затем он почувствовал, как лед достиг макушки.

Все погрузилось во тьму.

Непроглядный мрак, словно звезды сорвались с небес, а луна утратила свой блеск.

Он ничего не слышал.

Ничего не чувствовал…

…кроме холода. Жгучего холода. Неужели он был мертв? Это и есть преисподняя? Вечное наказание за отнятые им жизни? Казалось, у него больше нет тела. Он не мог двинуться… да и было ли куда двигаться?

Тэйн ощутил нечто новое. Стыд. Отец одолел его, сразил одним-единственным ударом? И, о Создатель, Лэйола. Она осталась наедине с Черным Магом. Он оставил ее одну. Нет, он не мог ее бросить. И дал ей обещание.

Слабый огонек мерцал, словно искра в глухой ночи. Он скорее почувствовал его, чем увидел, и это тепло согрело его грудь. Откуда-то донесся глухой удар, за ним еще один и еще. Неужели это билось сердце?

Оно застучало быстрее. Тук, тук, тук, тук.

Жар разрастался и расцветал, растапливая лед в его жилах и согревая кожу.

Ослепительный свет полыхнул так яростно, что резануло по глазам. Тэйн сморгнул выступившие слезы и, чтобы убедиться, что тело его слушается, пошевелил пальцами рук, а затем сжал пальцы ног, ощущая под собой мягкую траву. В ноздри ударил едкий запах гари. По рядам солдат пронесся тревожный шепот, но отец, стоявший к нему спиной, казалось, ничего не замечал.

Одним резким движением Тэйн вскочил на ноги. Он выхватил второй меч и в три стремительных шага сократил расстояние, вонзив клинок точно между лопаток Тенэйбриса.

Тот изогнулся дугой, издав сдавленный, полный ужаса вскрик.

– Я только что вспомнил, – прошептал Тэйн ему на ухо, – что обещал Лэйоле покарать всякого, кто посмеет причинить ей боль. Ей не придется делать это самой.

Ноги Тенэйбриса подкосились, и Тэйн высвободил свой клинок. Кровь хлынула алым потоком, быстро обагряя землю у бездыханного тела. Он ожидал, что почувствует хоть что-то, когда свет померкнет в глазах отца, а пустой взор устремится в синеву небес. Думал, его захлестнут сожаление и мука, терзавшие его долгие месяцы. Но не было ничего. Лишь холод и безразличие, словно он сам вновь погрузился во тьму.

– Вейпер!

Голос Тэйна пронесся над затихшим полем брани. Бронзовая драконица взмыла ввысь и пронеслась над воинами, накрыв половину из них своей огромной тенью. С глухим ударом она опустилась на землю, выпуская из ноздрей клубы дыма:

– Да, Верховный Король?

– Отнеси меня к Лэйоле.

Сердце Лэйолы гулко билось в груди, а в ушах стоял такой звон, что голос Черного Мага казался далеким, хотя он находился совсем рядом – она даже ощущала исходящий от него жар. Это не могло быть правдой. Она не могла быть его женой, его парой. Он безумен… Но мысль о том, что именно их связывало и почему бледные так тянулись к ней, не давала покоя. К горлу подступила тошнота. Нет, только не это. Такого просто не могло быть.

Черный Маг провел ладонью над ее макушкой, и что-то тяжелое и круглое опустилось ей на голову, точно нимб. У нее все внутри оборвалось. Создатель, только не венец. Не для него. В своей тени на каменном полу она различила очертания звезд, застывших над головой. Святой Создатель, она уже видела подобный убор в храме – на изваянии богини, чьи руки обвивали змеи, а на плечах… цвели бутоны.

Драконий рев заставил их обоих обернуться к двери. Пожалуйста, пусть это будет он. Пожалуйста. Варлетт тут же исчезла, а Матэйкис напрягся, не сводя прищуренных глаз с прохода.

– Тэйн, полагаю, – с усмешкой произнес Черный Маг. – Мне не терпится увидеть того, кого ты так отчаянно ждешь. Того самого Тэйна, что, по-твоему, спасет тебя от меня.

Лэйолу затошнило. Ее охватило леденящее