Лоскутный мешочек тетушки Джо - Луиза Мэй Олкотт

сказках. Потому что в жизни таких на самом деле не бывает. Зато ты нашла двух других. И не кажется ли тебе, что они прекраснее сказочных? – внимательно посмотрела на нее тетя.

– Я? Нашла? Но где же они? И как их зовут? – принялась оглядываться по сторонам в их поисках девочка.

Тетя подвела ее за руку к зеркалу.

– Посмотри на свое отражение и увидишь. Вот же они. Их зовут Здоровье и Счастье. Есть много способов с ними расстаться, а найти их снова весьма трудно. Я очень хочу, чтобы отныне они навсегда остались с тобой, и потому показала способ, как их сберечь. Счастливый час утра скрасит тебе даже самый тяжелый день. А мир вокруг нас, если, конечно, мы даем себе труд его понимать, чудеснее любой сказки.

– Выходит, мы всю эту неделю охотились не за феями, а за здоровьем и счастьем? Да?

– Да. Разве тебе не понравилось? Согласись, мои феи прекрасны.

Дейзи перевела взгляд на стену. Там висел ее портрет, нарисованный тетей за несколько дней до начала их охоты. Унылая осунувшаяся девочка с сердито поджатыми губами. Зеркало же отражало совершенно другую Дейзи. Оттуда взирало на нее воплощение превосходного настроения и счастья.

Девочка засмеялась и, поцеловав тетю, проговорила:

– Да, мне, кажется, и впрямь удалось поймать самых лучших фей. И я буду очень стараться навсегда оставить их при себе. Но скажи мне, откуда звучала эта чудесная утренняя музыка?

– Да вот же она, дорогая. Отдаю ее тебе в полную собственность, раз ты так хорошо под нее просыпаешься!

И тетя, высунувшись в окно, потянулась к росшему рядом старому дереву, извлекла из его дупла маленькую коробочку, положила ее на стол и дотронулась до одного из двух блестящих рычажков сбоку. Воздушные звуки знакомой музыки заполнили комнату.

– И это теперь мое? Правда мое? – с трудом верилось Дейзи.

– Да. Я прятала ее, только чтобы осуществить свой план. Бери же! Это моя третья фея. Она всегда будет к твоим услугам, как только ты ее позовешь.

Тетя дотронулась до второго рычажка. Из коробочки тут же явилось крошечное существо в малиновом платье, с блестящими крылышками за спиной и с гирляндой цветов на изящной головке. Музыка продолжала звучать, а сильфида кружилась в танце под ее серебристый звон. Наконец завод кончился, музыка стихла. Сильфида, сложив тонкие руки, спряталась внутри коробочки, и Дейзи проводила ее завороженным взглядом.

V

Дети-тени

Нед, Полли и Уилл праздно сидели однажды солнечным днем на ступеньке, мечтая придумать, чем бы таким интересным заняться.

– Чем-нибудь совсем новым, которое нам до сих пор даже в голову не приходило. Вот что было бы по-настоящему здорово! – широко зевая от скуки, проговорил Нед.

– Увлекательным, которое нам долго-долго не надоест, – подхватила с очень серьезным видом Полли.

– И конечно, хорошим, а то маме не понравится, – добавил Уилл, самый младший из троицы и на редкость примерный для своего возраста.

Но никому ничего подходящего не придумывалось, и они продолжали сидеть в тоскливом томлении.

– Моя тень совсем обнаглела, – сказал вдруг довольно сердито Нед. – Она, по-моему, надо мной издевается. Стоит мне открыть рот или потянуться, делает в точности то же самое. Меня это раздражает.

– А как же ей быть, бедняжке? Она ведь твоя рабыня и поневоле повторяет каждое твое движение. Как хорошо, что сама я не чья-нибудь тень, – выдохнула радостно Полли.

– Я от своей иногда пробую убежать, но еще ни разу не получилось. Повсюду меня преследует. А ночью она становится такой черной и большой, что мне даже страшно, – признался Уилл.

– А представьте себе, как было бы забавно, если бы тени стали самостоятельными и принялись делать то, что им хочется. Ну как люди, – задумчиво проговорила Полли.

– Ха, с удовольствием бы посмотрел! Небось такое начнут вытворять! Вот бы весело было играть с ними. Точно бы скучать не пришлось, согласны? – посмотрел на брата с сестрой Нед.

Но не успели они хоть слово произнести в ответ, как три тени на освещенной солнцем стене вдруг, встав во весь рост, поклонились и снова выпрямились.

– Вот это да! – уставилась на них, широко распахнув глаза, Полли.

– Чудеса, – пробормотал вмиг побледневший Нед.

– Они живые? – дрогнул голос у Уилла.

– Не бойтесь, – послышалось неизвестно откуда. Голос детям был незнаком, но звучал вполне мягко и доброжелательно. – Они не причинят вам вреда. Сегодня день летнего солнцестояния, когда может сбыться любое загаданное желание, и отменится оно только в полночь. Вам захотелось проверить, как поведут себя ваши тени, если станут самостоятельными. Так проверяйте! Сегодня вам это позволено. Условие лишь одно: вы должны так же послушно служить своим теням, как они служат вам. Попробуйте, если у вас еще не пропала охота. Опасности, повторяю, для вас никакой нет. Итак, вы согласны целый день повторять любое их движение? Пообещайте, и желание ваше исполнится.

– Обещаем, – заверили дети.

– Решено. Вы станете послушными тенями своих теней. Но только чур до полуночи никому об этом ни слова! – предупредил голос.

Настала тишина. Тени, очень забавно кланяясь, начали разбредаться в разные стороны. Дети прекрасно знали, кому какая из них принадлежит. У Неда она была выше всех и держала руки в карманах. Тень Полли, одетая в платье, покачивала легонько двумя большими бантами на голове. А курносенькая кудрявая тень Уилла, самая маленькая и пухлая, двигалась куда резвее двух остальных, и Уилл, хохоча, с удовольствием за нею последовал.

Хозяин Неда направился прямиком в сарай, где снял с полки корзинку, отнес ее в огород и принялся двигать руками, будто бы собирая горох. Нед, который все это время посмеивался над своей тенью, вдруг посерьезнел, и вид у него стал пристыженный. Ведь мама просила его сегодня собрать горох, а он отмахнулся, ответив:

– Да ну его, этот дурацкий горох. Я другим занят, так что не могу.

– Как же ты узнала о горохе? – осведомился Нед у своей тени и начал заполнять корзину стручками.

Тень, покачав головой, указала сперва на новую курточку Неда, затем – на садовые инструменты, а затем послала воздушный поцелуй маме, которая в это время проходила мимо открытых ворот.

– А-а, ты имеешь в виду, что она любит меня, очень много разного для меня делает, и мой долг тоже о ней заботиться, – проговорил мальчик, с каждым произнесенным словом становясь все привлекательнее.

Тень кивнула и продолжила трудиться с энергией пчел, которые, собирая неподалеку нектар, так шустро кувыркались в цветах тыквы, что пыльца облепила их, словно крохотных мельников. Неду обычно не слишком-то нравилось собирать горох, но сейчас он вдруг ощутил, что заниматься этим вместе со своей тенью даже приятно.