Царь Скорбь - Джо Хилл

рода человеческого, что, напиваясь, ведут себя тише, спокойнее, укутываются коконом радости, впадают в этакий теплый, уютный ступор. «Жаль, – думалось Гвен, – что Элли почти наверняка страдает алкоголизмом в самой тяжелой форме: ведь с выпивохами мерзкими, неприятными у нее ни капли общего нет». Действительно, выпивка делала ее любящей всех вокруг, беззаботной, что ей, по сути, и требовалось. Если она, подвыпив, кому и вредила, то только самой себе.

Гвен тоже выпила за компанию с ними «Мимозу», но затем перешла на кофе. Уже тогда, в половине одиннадцатого утра, под ярким светом, струившимся внутрь сквозь панорамные французские окна, отражавшимся слепящими «зайчиками» от лазурных волн океана, она подумала, что ей надо бы поумерить пыл. Что кому-то из них предстоит, сохранив ясную голову, приглядеть за остальными, а эта роль неизменно, будто так и задумано самой природой, доставалась ей, Гвен.

После обеда они разделились: парни отправились на мальчишник, ну а девчонки, естественно, на девичник. Праздник для парней организовывал Колин, и Гвен заранее знала: их ждет дегустация виски, а после – захватывающее катание на возу с сеном по местам, кишащим призраками и прочей нечистью[148].

– Ой, мамочки, надеюсь, там не слишком страшно, – сказал Грегг с двумя «г». – Меня, вот чистая правда, вырвало после того кино, ужастика, где у Джеффа Голдблюма отвалился… сами знаете что.

– Откуда же им знать? – возразила Донна. – Ты уж говори прямо, любовь моя. Выражайся яснее.

– Ну, его… понимаешь… мужская часть тела.

– «Часть те-ела»… скажи уж хотя бы «болт». В «Мухе» у Джеффа Голдблюма отвалился болт, да какой болт… здоровый! Болт. Даже звучит приятно. И губы, когда произносишь, сами так складываются, будто отсосать собираешься. В рот взять. Болт.

Все это время Донна поигрывала серебряной шейной цепочкой с болтавшимся на ней ключом.

– Болт, – послушно повторил Грегг.

– Вот так, вот и славно.

Забрав в щепоть тщательно уложенную бородку Грегга, Донна мягко качнула его головой из стороны в сторону.

Гвен здорово сомневалась, стоит ли пяти нормальным девчонкам ходить по барам, но Донна этого вопроса на голосование выносить не стала. Дело было на выходных, перед самым Хэллоуином, и у бара все собрались в маскарадных костюмах. Об общей теме договорились заранее, выбрав под это дело мультик «Подземелья драконов». Донна нарядилась Бобби-Варваром: рогатый шлем викинга, пара широких кожаных полос крест-накрест поперек груди и, наконец, трусы, обшитые густым мехом. Среди посетителей бара, мужчин в одежде мотоциклистов, все это выглядело вполне уместно. Элли тоже оделась в таком же стиле, нарядившись единорожкой Юни: пышный хвост, белое гимнастическое трико, рог на лбу и даже копыта, то есть затейливые резиновые перчатки в форме копыт, – шик-блеск, да и только.

Меховым бикини щеголяла не только Донна: наряженная акробаткой Дианой, Гвен надела такие же, только из скромности накинула на плечи плащ по щиколотку длиной.

Еще к их компании присоединились сестры Грегга Пине, однако они, будучи не в курсе насчет темы вечера, оделись монахинями. Звали сестер Лулу и Гиги.

– Кстати, давно хотела спросить, – обратилась к ним Донна, – что за хрень с именами в вашей семейке? Мамаша, случаем, не заикается? Л-лу-лу-лу… Г-ги-ги-ги… Грег-гы-гы… да, и предупреждаю: после нашей брачной ночи «г» у него останется только одно. Я его оттрахаю так, что второе отвалится.

Лулу Донна явно пришлась не по сердцу: простоватое, ничем не примечательное лицо сестры Грегга украшала едва заметная улыбка, однако взгляд ее оставался пренебрежительным на грани враждебности.

– А вот мне странным кажется, что ты – Донна, а твой брат – Донован, – парировала Лулу. – У вашей мамаши с фантазией худо?

Не предупрежденные о костюмах, сестры Грегга узнали о том, что идут в «кожаный» бар, только садясь в машину. Гвен ожидала, что обе заупрямятся на пороге, однако Лулу безмятежно, как ни в чем не бывало повела всех внутрь… вот разве что Гиги слегка вздрогнула при виде прошедшего мимо юноши в стрингах и кожаной собачьей маске. Постоянно напряженная, нервная, тощая, Гиги чаще тоненько хихикала, чем смеялась.

– Вот такого костюма на Хэллоуин я еще не видала! – воскликнула она (разговор ее вообще состоял из одних восклицаний). – Даже не знаю, кем он оделся, доберман-пинчером или жутким сексуальным маньяком!.. Но я в этих делах не знаток!

Грохотавшая из колонок «One Night in Bangkok» сменилась «I’m Too Sexy», разноцветные прожектора мигом угасли, и Гвен невольно засмотрелась на завсегдатаев. Некоторых из них она знала. Стоило ей войти в зал, одетый в кожу старик, сидевший у дальнего конца стойки, отсалютовал ей бокалом пива. Каждое воскресенье он навещал своего товарища в хосписе, где она волонтерствовала по воскресеньям. Сам он страдал точно тем же – успевшая изучить все симптомы, Гвен узнавала саркому Капоши с первого взгляда, – но в его случае до самого серьезного еще не дошло: случается, ее прогресс существенно замедляет азидотимидин, принимаемый при заболевании СПИДом.

Тем не менее все это – и обстановка, и музыка – «своим» Гвен не казалось. Не так давно Артур прислал ей виниловый диск Лорда Претендера[149] в потертом картонном конверте. Письма приложить к нему не удосужился. Такое с ним порой случалось. Неторопливое, мечтательное пение духовых и язычковых барабанов навевало ощущение отпуска внутри черно-белого фотоснимка Тобаго, якорной стоянки в спокойной, ласковой гавани прошлого. Слушать музыку Гвен предпочитала в одиночестве, чтоб никто не мешал скучать по Артуру: калипсо Лорда Претендера казались рукой, тянущейся к ней, но не способной хоть когда-нибудь дотянуться до ее рук. Слишком широк разделивший их океан, а разделившая их печаль та и вовсе безбрежна…

– Врач, наверное, скажет Греггу, что жениться так скоро не стоит, – перекрикивая «Депеш Мод», заорала Лулу, – а по-моему, это великолепно! Ты ведь стала почвой под его ногами со времен Гренландии!

Упоминая о рейсе Би-Эй 238, они только так и выражались: Гренландия.

– Уж если кому под ногами и место, так это ему! – прокричала в ответ Донна. – Прямо вон там, под каблуком у меня! Ему нравится!

– Уж если кому под ногами и место, так это определенно мне… согласно фамилии, – пробормотала Гвен, однако ее никто не услышал.

На невзрачном личике Лулу мелькнула гримаса раздражения.

– Я имею в виду, ты для него – точка опоры, а твердость, устойчивость нужна ему, как никогда. Гренландия его здорово подкосила, понимаешь? Сначала я волновалась, что он сейчас не в том состоянии, чтоб связывать себя с кем-либо на всю жизнь. Даже сказала ему: Грегг, не стоит ли с этим повременить? Вправду ли ты полагаешь, что человеку в состоянии явного посттравматического стресса следует