Царь Скорбь - Джо Хилл

Не успев завершить фразу, он поднялся с кресла и вскинул вверх руку:

– Робин!

Так Колин Рен столкнулся с первым сюрпризом этого дня. Войдя в вестибюль, к бару важной походкой двинулся тот, кого Колин издалека сначала принял за женщину в джинсах, вязаном в рубчик свитере оттенка мха и с пышными светлыми локонами, падавшими на плечи из-под шерстяной шапочки.

С Робином Феллоузом Колин познакомился на свадьбе Вана и Элли, а в последний раз видел его на Вановых похоронах. В промежутке, разделявшем эти события, он опубликовал ту самую книгу, что привела Вана к гибели на дне бетонной лестничной шахты. Книга… писать ее – граничило с идиотизмом само по себе, а Робин Феллоуз содействовал Доновану в совершении преступной глупости. Похоже, помощь Команде Мстителей с совершением преступных глупостей вошла у него в привычку… иначе как объяснить его появление здесь нынче утром?

– И как это называется? – негромко, уголком рта, спросил Колин, изобразив на лице лишенную всякой искренности улыбку.

– Я бы сказал, страховка, – ответил Артур.

5

Всего Робин Феллоуз об их затее, конечно, не знал. Не знал даже большей части подробностей.

Для начала им предстояло как-то убить время до вечера – ведь днем Свангура, не переносящего солнечного света, не найдешь, – и потому они, погрузившись в «лендровер» Робина, отправились смотреть обитель и водопад Святого Нектана. К тому и другому пришлось, оставив машину, идти прохладным зеленым ущельем навстречу шуму бегущей воды. Проверив разок-другой, Колин обнаружил, что сотовый в этих местах не ловит сигнала вообще, и постарался не поддаться нахлынувшему раздражению. Британцы так любят собственное прошлое, что, видимо, рады любому случаю отстать от будущего. Некоторых не исправит ничто.

Робин горел желанием поглядеть на каких-то птиц, называющихся оляпками и, очевидно, любящими нырять, мчась под водой, будто крохотные черные торпеды. Идя за ним сзади, вдоль узкой тропки, Колин пялился на покачивающийся из стороны в сторону зад. Секс он всю жизнь расценивал как своего рода спорт, в каждой новой партнерше видел волнующий вызов, от всей души наслаждался достойным соперничеством. Прочие стороны отношений казались ему откровенно скучными. Хорошо, что Донна после доброго траха не нуждается в долгих «беседах под одеялом», а чаще всего тут же и отрубается, похрапывает, заснув с приоткрытым ртом…

Однако сильнее всего его заводило выведывание секретов. Разузнать о человеке то, что человеку хотелось бы скрыть, – вот она, лучшая в мире разновидность проникновения!

– А этот тип, с которым вы встречаетесь позже… Стюарт Пальчик, если не ошибаюсь… Он что же, бездомный? – спросил Робин.

– Есть ли у него постоянное жилье, мне неизвестно, – ответил Артур. – Однако он прекрасно знаком со здешними пещерами. Водит туристов в Кэмелфордские Подземелья, к Лестнице Артура… а там имеется кельтская надпись, на которую мне очень хотелось бы посмотреть, только я сильно сомневаюсь, что отыщу ее сам. А тебя вызвонил вот зачем: раз уж нам с Колином и Пальчиком предстоит под землю, в нору ползти, хорошо бы оставить кого-нибудь наверху, чтоб вызвал спасателей, если мы оттуда не выйдем.

– Но вы же не собираетесь туда на ночь глядя, правда? Сегодня вы только встретитесь с ним и обо всем договоритесь?

– Под землей всегда полночь. Сегодняшний вечер ничем не хуже завтрашнего дня.

Робин оглянулся на Колина:

– И ты прилетел сюда через полмира, чтоб прыгнуть в бездонную могилу с ним вместе? С чего бы? Кризис среднего возраста?

– Просто у нас с Артуром давние, прочно устоявшиеся отношения, – объяснил Колин. – Он падает в яму, а затем туда же, стараясь его вытащить, падаю я. Что-либо менять поздно.

– А как вы вообще узнали об этом Стюарте Пальчике? – спросил Робин, первым ступив на узкий, два на четыре фута, изрядно скользкий мостик через ручей.

– О-о, – предельно серьезно протянул Артур, – Стюарт Пальчик – можно сказать, легенда.

6

Да, водопад Святого Нектана стоил дальней прогулки, это пришлось признать даже Колину. Заплатив за вход возле крохотной обители, они двинулись вниз сквозь извилистый коридор зелени. К укромному водопаду их привела череда дорожек из скользких плоских камней, служивших переправами через мелкие озерца, а уж сам водопад!.. Стиснутый колоссальными замшелыми стенами гранитных утесов, поток ледяной воды с грохотом рушился к подножью скал, в воздухе восхитительно веяло свежеоткованной сталью, а телефон Колина – «Эриксон K800i», новейший в модельном ряду, – запечатлел с полдюжины поистине великолепных кадров.

Артур стоял рядом, на невысоком скальном карнизе у самого дня ущелья, а перед ними ревел, грохотал водопад. Колин, склонившись над экраном телефона, принялся листать фотки, любуясь пенистыми водяными каскадами в мутной дымке мельчайших брызг. Любой из снимков мог стать превосходными обоями для настольного компа.

– Я тебе по электронной почте все перекину, как только сотовый Сеть найдет, – пообещал он Артуру.

– Незачем, – ответил Артур. – Я же здесь был. Был и все видел.

Колин кивнул. На обратном пути ему вдруг пришло в голову, что он-то как раз позабыл оценить красоту водопада собственными глазами, полюбовался ею только на экране телефона. Но, впрочем, если чуть поразмыслить, на экране оно куда интереснее. Цвета «Эриксона» выглядели гораздо ярче, резче естественных, сотовый делал реальность живее, насыщеннее, раскрывал ее суть, словно тот же Монокль Сюрреалиста. Вдобавок для Артура все уже прошло, а он, Колин, завладел этими моментами навсегда. Поймал, будто одну из дедовых бабочек, мумифицировал во всем великолепии, пришпилил серебряной булавкой к бархату… ну а что сохранить бабочку таким образом можно не иначе как мертвой – это уже пустяки. Законсервированные, выставленные на всеобщее обозрение за стеклом, они в каком-то смысле становятся вправду вечными, а жизнь… жизнь – штука не из надежных. Жизнь чересчур коротка.

7

Дорога к Слотер-бриджу оказалась полоской асфальта, огибавшей склон крутого холма между каменными стенами обрывов высотой в десять футов и гущами живой изгороди, нависшими над обочиной. Посередине дорогу делил надвое белый пунктир, хотя ее ширины едва хватало для одной машины. Двадцатью пятью ярдами выше каменных опор моста Робин замедлил ход, и «лендровер», с лязгом преодолев решетку над ямой при въезде на огражденное пастбище, покатил по корнуэльскому лугу, вымокшему под предвечерним дождем. Колин рассеянно подумал, что его абсолютная уверенность за обтянутым кожей рулем массивного внедорожника свидетельствует: рос Робин вовсе не среди кукольных домиков и книжек про пони. Впрочем, это его волновало не слишком – одной из