Проклятие куклы в пионерском галстуке - Елена Булганова

выражением на лице вскинула подбородок и тщательно расправила на груди пионерский галстук. Рита поискала глазами Мальцева и удивилась, что он не сидит рядом с Руденко, – в последнее время они не скрывали свою дружбу, Кирилл был рядом с девочкой все время, когда не пропадал со своими новыми друзьями.

Но сейчас мальчика нигде не было видно. Впрочем, не обнаружила Рита и никого из его отряда. Отсутствовал полненький Сережа Петрик, которого Осипова искренне считала юным гением. Не было прежде забитого, но сильно переменившегося к концу смены Вадика Панова из первого отряда и, кажется, двух ребят из четвертого… Ах да, и еще Кости Котова. Рита поглядела на Снежану Котову – девочка выглядела сердитой и часто озиралась, наверняка тоже недоумевая, куда подевался ее брат. И было непонятно, в какой момент они все успели испариться. Не иначе как научились у Мальцева исчезать и появляться совершенно незаметно.

Рита не знала, что предпринять. Боря велел ей не суетиться и не пытаться отследить передвижения каждого ребенка, и она честно передала это другим вожатым, тем, кто в курсе дела. Но насчет Мальцева и его отряда никаких распоряжений не было, а ребята в целом не обязаны были сидеть как пришитые на бревнах. Некоторые за деревьями заканчивали репетировать стихи или песни, кто-то собирал шишки для костра, кто-то бегал в туалет или на кухню за сырой картошкой. Рита решила соблюдать спокойствие и оставаться на месте.

Зазвучали хором детские голоса, повторяя вслед за Юлей:

– Спасибо нашим вожатым!

– Спасибо нашим воспитателям!

– Спасибо физкультурникам!

– Спасибо трудовикам!

– Спасибо старшей пионервожатой!

– Спасибо начальнику лагеря!

– Мы никогда не забудем вожатую пятого отряда Марию Петровну! Мы будем верны этой памяти всегда!

Рита зашмыгала носом. Рейновна открыто тряслась от плача, сидящие по бокам от нее девочки утешали и гладили вожатую по округлым плечам. Поголовно рыдали октябрята из пятого. Но тут Иван объявил начало конкурса чтецов и певцов от каждого отряда, и настроение у костра быстро переменилось.

Праздник подходил к концу, и все страхи, связанные с этим вечером, стали казаться Рите пустыми, надуманными. Интересно, в самом ли деле Борис где-то здесь, прячется за деревьями? Или он тоже понял, что сегодня ничего уже не произойдет? В одном Осипова была уверена: друг все равно будет рядом и подойдет к ней после того, как детей разведут по корпусам и уложат спать. Они побродят по территории лагеря и поговорят обо всем на свете. Возможно, он расскажет ей – точно расскажет, куда денется! – кого подозревает в том, что он шутник, и как собирается вывести его на чистую воду до следующего лета. Борька ведь не отступится, это ясно.

Девочка из младшего отряда самозабвенно и очень здорово исполняла песню, ей аккомпанировал совсем крохотный мальчик, едва заметный из-за аккордеона. Инструмент ему помогал удерживать Юра. Все дружно подхватывали припев:

– Прекрасное далеко, не будь ко мне жестоко, не будь ко мне жестоко, жестоко не будь…

И в этот момент Рита услышала свист, длинный, пронзительный. Он полоснул ее по нервам, безошибочно сообщив, что вот оно, началось. Хотя в свисте не было ничего особенного – кроме сердито дернувшего головой Феликса, на него никто и внимания не обратил. Вот только Снежана Котова тут же вскочила, перепрыгнула ловко через несколько бревен, бесцеремонно задевая ногами сидящих на них. Миг – и она скрылась в лесочке, тянущемся вдоль ограды лагеря по обе стороны от ворот. Риту как будто подбросила какая-то сила, и она кинулась следом за девочкой.

Снежана бежала вдоль забора, вроде бы к воротам лагеря, но брала чуточку левее, огибала сторожку. Рита на бегу припомнила, что два раздолбая-охранника сейчас тоже находятся у костра, прячутся на заднем плане и жуют печеную картошку. Значит, на них можно не рассчитывать.

Следуя точно за девочкой, Рита краем глаза заметила за забором на обочине леса бирюзовую машину, необычную, маленькую, как будто ненастоящую, в народе такие называли «инвалидками». Рита удивилась: откуда она здесь, зачем? Но потом, миновав ворота, забежала в лесок… и напрочь забыла обо всем от потрясения.

На круглой полянке по траве катались, крепко сцепившись и изо всех сил мутузя друг друга, двое мальчишек, а кто-то в красном галстуке лежал неподвижно лицом вниз в паре метров от них. Здесь, вдали от фонарей, было совсем темно, но все же Рита узнала в дерущихся Кирилла Мальцева и Костю Котова. Но еще больше ее поразило поведение Снежаны. Обежав катающиеся по траве тела, девочка деловито вцепилась в того, кто лежал неподвижно, и с немыслимой для ее роста и сложения силой поволокла его в сторону калитки. Через десяток пятящихся шагов остановилась, выхватила из-под ветровки какой-то предмет и крикнула пронзительным, словно удар хлыста, голосом:

– Ап!

Что-то пролетело над поляной, серебристо сверкнуло в свете первых звезд. Костя, не прекращая драку, вскинул над головой левую руку и с непостижимой ловкостью поймал брошенное, не глядя. Мгновение спустя Кирилл оказался лежащим на спине, а Котов сидел у него на животе и прижимал к шее мальчика острие необычно длинного ножа с серебристой витой ручкой, тяжело переводил дух и ничего не говорил. Но что-то подсказало Рите, что он не угрожает. Он готовится нанести удар.

– Брось нож! – скомандовал кто-то властно и громко.

На поляне со стороны сторожки появился Борис Шварц и застыл метрах в пяти от ребят. Сама Рита и вздохнуть боялась – любой шорох мог стать роковым. Котов поднял голову, оскалился и без подготовки, лишь слегка шевельнув кистью, послал кинжал в сторону Шварца. Словно в кошмарном сне, длящемся бесконечно, Рита видела, как лезвие входит Боре куда-то ниже ребер, справа, как он сотрясается всем телом, делает шаг в сторону и припадает плечом к еловому стволу, а потом начинает медленно сползать по нему вниз. Котов несколько секунд понаблюдал за Борисом, при этом не забывая прижимать к земле Мальцева. Кирилл, приподняв голову, ошарашенно смотрел в том же направлении, а потом задергался с удвоенной силой, заорал что-то, но парень ударил его ребром ладони по шее, и он затих.

В следующий миг Котов вскочил, подлетел к Боре, вырвал из раны свое оружие, крутанулся на пятках, вскинул руку… и грохнул выстрел. Котов рухнул сразу, моментально, прямо в ноги еще цепляющемуся за ствол Борису, заскреб руками, пытаясь что-то нащупать у себя на спине. Рита словно отмерла, заметалась по полянке. Бросилась к Мальцеву, но он уже приходил в себя, пробовал сесть. Тогда она побежала к Боре и Косте, но ее опередили. Какой-то мужчина ухватил ее за талию и удержал. На поляне вдруг разом появилось очень много незнакомых людей. Она слышала команды, которые отдавал до боли