Энигма - РуНикс

которые провели несколько часов на улице. Ничто так не побуждает к разговорам, как чья-то смерть, в том числе и саму Салем. С одной стороны от нее сидел Каз, с другой – Мелисса, напротив расположилась Адити, а рядом с ней Барон. Они только что заказали еду, и, хотя после увиденного есть казалось странным, все смертельно проголодались. У Салем и крошки во рту не было с самого ланча, и ее изможденному телу и разуму необходимо было подкрепиться, иначе она потеряет сознание. А ей этого не хотелось. Салем жаждала рассказать Казу о метке и задать еще несколько вопросов. Им нужно было поговорить.

Барон, очевидно, придерживался того же мнения, он сделал глоток воды, даже не притронувшись к выпивке, поскольку был за рулем. Каз тоже не пил алкоголь, ведь и ему еще вести машину – гладкую, черную, ту самую, что он бросил посреди дороги, резко затормозив, и только потом припарковал как положено. Салем понятия не имела, откуда она у Каза и где он ее прятал, но его секреты интриговали ее все больше и больше.

– Итак, – начал Барон. – Давайте поговорим о слоне в комнате. – Он повернулся к Салем. – Сегодня утром ты видела, как Лара делала кому-то минет в кабинете доктора Бейна? А потом она просто сорвалась и убежала в море?

Салем кивнула.

– Доктор Бейн – мой куратор. Он помогал мне подавать документы на премию.

От нее не укрылось, как Барон и Каз обменялись взглядами, и Салем сделала мысленную пометку позже спросить об этом Каза.

Адити заерзала, будто ей было неловко. Салем приподняла брови, но тут же кивнула, когда подруга одним губами произнесла: «Позже».

Как только принесли еду, все тут же набросились на нее. Салем, отринув манеры леди, откусила огромный кусок курицы с картофельным пюре. Каз вгрызся в сэндвич с жареным сыром, проглотив половину за раз. Теперь она понимала, почему он заказал четыре.

Барон наклонился вперед, разрезая жареную на гриле рыбу. Часть он положил на тарелку Адити, остальное съел сам. Адити попробовала рыбу, сморщила нос и повернулась к своей пасте.

– Странно вот так беззаботно есть после всего случившегося.

Мелисса, деликатно пережевывая макароны, сказала:

– Все это какой-то бред. Не могу перестать думать о том, как Лара на нас смотрела. Это было жутко.

Адити кивнула.

– Салем, что ты думаешь? Твое экспертное мнение?

Салем заставила себя проглотить еду, она ощущалась пресной, а в горле стоял ком. Внутри у нее все дрожало. Лицо Лары в голове превратилось в лицо Оливии, пустой взгляд старой знакомой – во взгляд сестры, и Салем прикусила щеку изнутри, чтобы оставаться в реальности.

– Трудно сказать, ничего не изучив, – сообщила она, пытаясь переключиться на аналитическую часть мозга и отстраниться от эмоциональной реакции на ситуацию, как бы трудно это ни казалось. – Если тело Лары найдут и проведут вскрытие, отчет может пролить свет на обстоятельства, подтвердить наличие в организме наркотиков, лекарств или же аллергическую реакцию, хотя я очень сомневаюсь, что дело в этом. Лара была спокойна. Пульс был стабилен.

Каз задумчиво пережевал и сглотнул, его татуированное горло дернулось в такт движению.

– Может, у нее случился нервный срыв, – предположил он. – Если произошедшее утром случилось не по согласию, возможно, ее разум просто не выдержал и отключился от травмы. Такое случается чаще, чем мы думаем.

Барон пробормотал:

– Возможно.

Салем покачала головой.

– Я тоже так думала, но в этом нет смысла. Ситуация кажется более… специфической. Я не могу объяснить без доказательств. Но почему именно это место? Почему таким образом? Существует множество других способов покончить с собой, менее публичных и менее болезненных, если Лара так этого хотела.

– Может, она как раз желала убедиться, что все увидят, – предположила Мелисса.

Все замолчали, обдумывая ее слова. Салем тоже погрузилась в размышления. Она знала, что это не просто самоубийство, точно нет. Может, Салем и не испытывала к Ларе теплых чувств, но она знала девушку достаточно долго, чтобы понять ее отношение к подобному. Лара присутствовала на похоронах сестры и отца Салем, и, хотя доброты она не проявляла, ее взгляды на самоубийство были очевидны. Лара считала безответственным поступком – вот так бросать семью, и сама бы не поступила подобным образом. Добавьте к этому странный символ за ухом и птицу, о которой она сказала в момент просветления. Салем верила, что за смертью знакомой таится нечто большее, и знала, что приближается к желаемым ответам. Она чувствовала это.

Странная компания закончила ужин в относительном молчании, после чего заплатила за еду и покинула заведение. Подруги еще раз обнялись, Адити и Барон отправились к его машине, а Мелисса вернулась в бар, чтобы подцепить кого-нибудь, поскольку ей не хотелось оставаться сегодня одной.

Салем могла ее понять.

Она смотрела на Каза с пассажирского сиденья его роскошной машины и, прислонившись к окну, провела рукой по его волосам, убирая длинные пряди с лица.

– Откуда у тебя машина? – поинтересовалась Салем.

Он искоса взглянул на нее, прежде чем вновь сосредоточиться на дороге.

– В прошлом году продал одну из картин.

Салем приподняла бровь.

– Значит, слухи не врут?

– Какие именно? – уклончиво спросил Каз.

– Ты продаешь картины за миллионы? – выпалила она.

– Одну. За пять миллионов, – ответил он.

Проклятье. Выгодная сделка.

– Тогда почему живешь в том жутком храме в лесу? – поинтересовалась Салем, удивляясь, что он не остановился в доме или жилом корпусе, хотя есть деньги.

Каз некоторое время молчал.

– Я искал свою музу.

Салем поразилась неожиданному объяснению.

– Пока ночевал в спальном мешке в лесу?

Он пожал плечами.

– В лесу. В моей студии в библиотеке. Только в двух местах.

Салем еще предстояло увидеть его студию. Хотя она помнила, как однажды, будто целую жизнь назад, последовала за ним туда, но так и не спустилась.

– Кажется, это было так давно, – обронила она вслух.

Каз знал, что она имела в виду. Разумеется, он понял.

– Ты права.

Салем вернула разговор в прежнее русло.

– Так ты отыскал свою музу?

– Да, – подтвердил Каз и свернул направо, к университетской парковке рядом с главными воротами. Строение появилось в поле зрения, и они заехали внутрь, где заняли свободное место.

Каз сделал тот самый маневр одной рукой, из-за которого девушки в интернете сходили с ума, чего Салем никогда не понимала. Но, наблюдая за тем, как он, заложив одну руку за ее подголовник, другой крутит руль, и его татуировки будто шевелятся, пока он аккуратно паркуется задом, Салем осознала, в чем вся прелесть. Чертовски горячее зрелище.

Закончив, он выключил