Царь Скорбь - Джо Хилл

class="p1">– Ты ее недопонял, брат. Она ж не просит закрыть шторку – распоряжение отдает. Говоришь, ты на «Омаха-Бич» побывал? Здорово. Значит, солдатскую службу понимать должен и порядок подчинения тоже. Она здесь, на борту этого «семьсот сорок седьмого», ответственное лицо, можно сказать, офицер… а ты приказа не слушаешь.

Все это Элли выслушала, не сводя глаз с рукояти небольшого пистолета в плечевой кобуре под его дешевой спортивной курткой. В баре Фрэнк Гек вроде бы говорил, что летит в Англию по какому-то делу насчет новых фасонов пижам… но теперь в это верилось плохо.

Стюардесса, мельком взглянув на Гека, кивнула и двинулась дальше, опуская шторку за шторкой. Робин и Ван, когда до них дошла очередь, возражать не стали, а Гек уселся на место. Уселся и вновь смерил Элли холодным, оценивающим взглядом.

– А известно ли вам, Эллисон, что в аэропорту вы бросили машину на месте, отведенном для профессиональных водителей, шоферов?

Называла ли она ему свое имя? Вроде бы нет.

– Вы здесь, чтобы мне штраф выписать? – парировала она.

– И даже ключи оставили в замке зажигания. Об этом-то помните, нет?

Элли вопросительно приподняла брови.

– А знаете, кто, приехав в аэропорт, оставляет ключи в машине, Эллисон? Те, кто не собирается возвращаться. Послушайте, мне нужно кое о чем вас спросить, и я был бы очень, очень рад ответу начистоту. Куда вы ходили только что, покинув салон? Вас не было довольно долго.

Элли раскрыла было рот, но не сумела придумать, что на это сказать. Выручила ее включившаяся система оповещения:

– Ребята, говорит капитан Ванхонеккер из пилотской кабины! Сейчас мы проходим полосу крайне сильного шторма, поэтому я снова прошу вас оставаться на местах, пока мы ее не одолеем. Последние пару миль с нами тандемом идет «Локхид Ди-Эс десять» с гренландской авиабазы Туле, и, кажется, – тут капитан сердечно, мужественно хмыкнул, – кое-кто из вас, увидев его, чуточку испугался. Уверяю, тревожиться не о чем: они просто испытывают какие-то новые метеоракеты, а мы делим с ними воздушный коридор.

– Кому он, черт побери, мозги пудрит? – возмутился кто-то неподалеку.

Элли оглянулась на отца с сыном, сидевших впереди Вана и Робина. На этот раз голос подал сын – кудрявый, стильно, беспутно (как раз во вкусе Донны) взъерошенный.

– «Локхид», испытания… ага, конечно! – проворчал он, покачав головой.

Однако Ванхонеккер речи еще не закончил.

– Еще, – продолжал он, – я попрошу всех пассажиров опустить шторки, чтобы желающие смогли спокойно уснуть. Будьте уверены, впереди воздух куда как спокойнее, а идем мы очень даже неплохо. По-прежнему рассчитываем приземлиться в Хитроу с небольшим опережением расписания, около пяти пятидесяти по местному времени. Большое спасибо за…

Тут он осекся, похоже, не зная, за что бы поблагодарить пассажиров, и наконец подытожил:

– За то, что стойко перенесли пару встрясок.

На немудреную шутку вокруг откликнулись разрозненным смехом – резким, усталым, чуть истерическим. Голос пилота звучал так беззаботно, так контрастировал с животным ужасом последнего часа, что и не захочешь, а рассмеешься.

– Так что ж, – заговорил Гек, уже не удерживая Элли в кресле, а лишь легонько коснувшись ее плеча, – где же вы пропадали?

– У вас пистолет под курткой, – заметила Элли. – Выходит, вы…

10:54, среднеатлантический часовой пояс (САСВ)

1 час и 5 минут до драконнадцати

– …из полиции?

– Вроде того.

– А юрисдикция ваша здесь действует? Мы ведь давно за границей.

«Во владениях Царя Скорби», – добавила она про себя.

– А отчего вы моей юрисдикцией интересуетесь? Беспокоитесь, как бы я не арестовал вас за машину, оставленную у аэропорта в неположенном месте?

Как ни силилась Элли избавиться от шипастых терновых ветвей в голове, прояснения не наступало. Царь Скорбь ее явно переигрывал, а полночь приближалась с каждой милей, оставшейся позади.

– Валить отсюда, с этого самолета, нужно, – сказала она.

– Отчего это, Элли?

– Погибнет он скоро.

Гек, откинувшись на спинку кресла, сощурился:

– По какой же причине?

– Что, если здесь, на борту, очень скверный человек? Шизик вроде Дэвида Кореша?[133] Антиправительственный элемент. Возможно, спать не ложащийся без «Эм-шестнадцатой».

– Смотря по обстоятельствам. Он что, опасен для нас? Есть шансы, что попробует взорвать самолет?

– Скажем так: если самолет взорвется, то из-за него, – устало ответила Элли.

– А откуда этот тип вроде Дэвида Кореша известен вам, Элли?

– Всплыл в ходе кое-каких исследований с моим участием, – честно призналась Элли. – А еще этот вид сумасшествия мне неплохо знаком. Я же сама провела несколько месяцев в одном месте для людей с эмоциональными расстройствами… через год после смерти брата.

– Бедный Тео, – пробормотал Гек. – Однако, Элли, расскажите-ка об эмоциональных расстройствах подробнее. С параноидным мышлением у вас как? До сих пор не проходит?

Элли нахмурилась. Стоило признаться, что она знает, как выглядят сумасшедшие, потому что провела среди них кучу времени, он сразу же заподозрил в сумасшествии ее саму!

– Какая там паранойя? Обычная глупость. Я просто начала разговаривать вслух с Господом. Злилась на Него за то, что отнял у меня брата. А на тех, кто разговаривает с Господом вслух за стенами церкви, как правило, смотрят странно.

Все это было чистой правдой, но о проблемах, до полусмерти перепугавших мать, а Элли стоивших целого лета конверсионной терапии в дорогущем церковном санатории, она предпочла умолчать.

– Кстати, а к чему этот разговор обо мне? Не во мне ведь проблема! Я эту фазу пережила и теперь в полном порядке. В здравом уме и трезвой памяти вот уже сколько лет.

– Так, зайка, давайте-ка все по порядку. Вы сколько сегодня выпили?

– Ох, маловато, – буркнула Элли.

– И перед тем, как бросить машину возле аэропорта, оставив ключи в замке, пили?

– Разве что вот столько, – созналась Элли, чуть разведя большой и указательный пальцы.

– Жених ваш ко всему этому вечернему веселью какое имеет отношение?

– Никакого. Я даже не знала, что он, Ван, со мной полетит. Увидела – так удивилась… хотя он – вообще человек-сюрприз. Неделю назад я даже сомневалась: вместе ли мы еще или как.

– Может, это и есть одна из причин, заставивших вас вдруг, ни с того ни с сего, сорваться в Старую Добрую? Может, вы действовали в состоянии эмоционального расстройства? Вот и отправились в новые края, развеяться?

– Может, и так, – подтвердила Элли, подумав, что это окажется правдоподобнее правды. – А Ван любит расшвыриваться романтическими жестами, будто бомбами-вишенками[134] – так просто, чтоб поглядеть, как оно бахнет.

– Ну вот, снова о бомбах речь, – фыркнув, заметил Гек. – Что ж, дорогая, допросу почти конец. Осталось всего-то пару вещей уточнить. Вы уж выручите старину