Спутник и другие фантасмагории - Рэмси Кэмпбелл

это офисное здание, было так много денег, почему он не нашел им лучшего применения? Шестиэтажное строение казалось всего лишь маскировкой для нижнего подвального этажа, который должен был служить этому человеку бункером. Чего он боялся? Войны, революции, ядерной катастрофы? Все, что было известно, – это то, что на протяжении нескольких месяцев он тайком привозил сюда продовольствие, а потом его признали невменяемым. Он растратил прорву еды, просто оставил ее гнить внизу, и совершенно не подумал о людях, которым придется работать в офисах: в здании не построили нормальных лестниц, а пожарная развалилась, когда ее захотели покрасить… Элейн поняла, что рассуждает в точности как мистер Уильямс. От ее унылого мысленного ворчания не было никакого толка.

Отсчет на табло пошел в обратную сторону – цифры прирастали медленно, как будто их впервые в жизни складывал ребенок. В конце концов двери лифта открылись и из него вышел Стив, олицетворение итоговой суммы.

– Не нашел, – сообщил он. – Видимо, он где-то спрятался и совершает возлияния. Свет почти везде выключен, и это не упрощает поиски.

Да, похоже на одну из уловок мистера Таттла.

– Ты был на нижнем подвальном этаже? – спросила она. – Какой он?

– Огромный. Говорят, намного больше верхних. Там можно сыграть два футбольных матча одновременно. – Уж не преувеличивал ли Стив? Его лицо было бесстрастным, как у мима, не считая приподнятых бровей. – Когда навели порядок, большие двери оставили открытыми. Если бы там имелось хоть какое-то освещение, думаю, вид открывался бы на мили. Удивлен, что при строительстве не повредили канализационную систему.

– Вот уж не думала, что вонь могла быть и сильнее.

– Да, там действительно все еще попахивает. Хочешь взглянуть? Можем проехаться с тобой вниз… – Он подался вперед, словно собираясь подхватить ее на руки и унести. Элейн резко выпрямилась и уперлась подлокотниками кресла в стол.

– Нет уж, спасибо, – сказала она, хоть и ощутила, как внутри зарождается приятный трепет.

– А ты слышала, что случилось, пока убирали провизию? Если верить Таттлу, конечно.

Элейн не желала ничего слышать; на сегодня ей было достаточно упоминаний про мистера Таттла. Она принялась сосредоточенно листать документы в папке, и в конце концов Стив вернулся к своему столу в дальней части офиса.

Какое-то время Элейн удавалось сосредоточенно работать. Звуки офиса слились в непритязательную фоновую музыку: шелест бумаг, периодический свист ветра, жужжание дефектной лампы – как будто жук пытался выбраться из люминесцентной трубки. Она перекладывала папки на своем столе из одной стопки в другую. Вот человек, который обрадуется, потому что они должны ему денег. А вот этот – нет, поскольку сам им должен.

Мысли о еде одолевали не хуже жары в помещении. Не далее, как этим утром в комнате для чаепитий она обнаружила в мусорном ведре старый пакет с бутербродами мистера Таттла. Без сомнения, пакет никуда не делся, поскольку уборщики отказывались работать, пока в здании не будет безопасно. Она не могла перестать думать об этих бутербродах.

Впрочем, запах не мерещился. Когда она подняла глаза, сморщив нос, оказалось, что Стив сделал то же самое.

– Таттл, – проговорил он, скривившись.

Словно по сигналу этажом ниже послышалось какое-то движение. Кто-то возил мокрой тряпкой по линолеуму. Смотритель взялся за работу уборщицы? Скорее всего, пролил выпивку и пытался стереть улики.

– На этот раз я его достану, – пообещал Стив и побежал к лифту.

Наверное, он слишком шумел, потому что тихое влажное шарканье по полу прекратилось. Воздух казался густым от жары, пыли и запаха еды; когда Элейн закурила, сигаретный дым собрался над ней обличающей тучей. Она приоткрыла вентиляционное окошко, но легче не стало. Что ж, деваться некуда; Элейн открыла большое окно вблизи от того места, где должна была находиться пожарная лестница.

И почти пожалела об этом. В офис ворвался порыв дождя и залил лицо, пока она воевала со створкой. Казалось, окно вот-вот распахнется настежь, и ее вышвырнет наружу, прямиком в грозу. С трудом закрепив створку с помощью ветрового крючка, Элейн высунулась в ночь, чтобы дождь смыл запах.

В девяти футах под собой она увидела площадку пожарной лестницы на пятом этаже – скользкую железную решетку, по которой струился поток. Свисавшая с нее железная секция, готовая опуститься на следующую площадку, как будто болталась над глубокой ямой со стенами из воды, которые непрестанно рушились. Мысль о том, чтобы при необходимости спрыгнуть на платформу, заставила Элейн отшатнуться; она вообразила, как теряет равновесие и соскальзывает в пустоту.

Она уже собиралась закрыть окно, потому что стопка бумаг на ее столе зашелестела, как вдруг заметила какое-то движение на неосвещенном складе напротив, этажом ниже. Словно личинка копошилась в еде. Конечно, все дело в том, что Элейн смотрела в маленькие и темные складские окошки – в них отражалось что-то, находящееся в том же здании, что и она, вот почему оно выглядело таким огромным, раздутым и вместе с тем расплывчатым. Наверное, это был мистер Таттл, потому что в тот самый миг, когда отражение шевельнулось, она услышала шарканье внизу – кто-то двигался прочь от лифтов.

К тому времени, как Стив вернулся, она уже закрыла окно.

– Я так понимаю, не нашел? – Когда он нахмурился, Элейн прибавила: – Ну и ладно.

Может, Стиву показалось, что она за ним шпионит? Его лицо сразу стало непроницаемым. Вероятно, он обиделся из-за того, что Элейн сперва выведала о его поездке на лифте на нижний подвальный этаж, а теперь – о том, что его обвели вокруг пальца. Когда он сел за свой стол в дальнем конце офиса, между ними воцарилось укоризненное молчание.

– Чаю хочешь? – спросила Элейн, чтобы как-то смягчить ситуацию.

– Я приготовлю. По своему рецепту. – Он тут же вскочил и зашагал в переднюю часть офиса.

С чего вдруг Стив так взбодрился? Пять минут спустя, пролистывая чью-то личную жизнь, она спросила себя, не собирается ли он подкрасться к ней тайком и напугать; вдруг именно такую выходку он задумал, прикрываясь бесстрастной личиной. Когда она была маленькой, отец любил набрасываться из засады, чтобы дочь вскрикнула; он так делал до тех пор, пока у него получалось. Она резко обернулась, но Стив, распахнув двери неработающего лифта, смотрел в шахту и прислушивался. Наверное, хотел застать врасплох не ее, а мистера Таттла.

Чай был горячим, желтовато-коричневым; ничего особенного. Но почему в нем ощущалась слабая нотка застарелой вони? Ах да, Стив же не закрыл дверь комнаты рядом с тамбуром, той самой, где бутерброды мистера Таттла продолжали тихонько гнить в мусорке. Элейн поспешила к этой двери и захлопнула ее, другой рукой