Спутник и другие фантасмагории - Рэмси Кэмпбелл

по дорожкам вдоль огородов, мистер Грей, завидев нас, сразу заявлял любому прохожему что-то вроде: «Вечно эти мальчишки тянут лапы к чужой собственности». Короче, как-то вечером Колин сорвал с его дерева четыре яблока, а потом настала моя очередь.

Пришлось дождаться темноты, когда мама отправила меня в лавку. Женщине, которая там работает, запрещено продавать сигареты детям, но мне она продает, потому что знает мою маму. Я шел обратно мимо огородов, и когда добрался до участка мистера Грея, пригнулся, чтобы меня не было видно из-за живой изгороди. Из-за фонарей, которые должны предотвращать грабежи, все вокруг казалось серым, а окна мистера Грея выглядели так, словно он приделал к ним металлические ставни. У меня сердце выпрыгивало из груди. Я подошел к той части, где изгородь была пониже, и стал через нее перелезать.

Мистер Грей разложил вдоль изгороди битое стекло. Мне повезло, я приземлился между осколками, на цыпочках. В тот момент я его возненавидел и даже не стал утруждаться, выбирая яблоки с тех веток, которые он мог и не заметить; просто сорвал несколько штук наугад и швырнул за изгородь, пусть черви жрут. Мы бы их все равно не съели – его яблоки были вялыми и горькими. Я отдал маме сигареты, пошел к Колину домой и сообщил Эндрю, что он следующий.

Тот обнял себя за плечи.

– Я не могу… родители узнают…

– Они же сами сказали, что мы воруем, – заметила Джилл. – Наверняка думают, что и ты тоже. Когда мой папаша пообещал оторвать башку кое-кому и засунуть сами понимаете куда, это было предупреждение всем нам.

– Тебе пора, – настаивал Колин. – Гарри справился, а ему еще одиннадцати нет. Если хочешь, ступай сейчас, пока мои мама и папа не вернулись из паба.

Эндрю, наверное, решил, что Колин его вот-вот заставит, потому что затрясся, начал повторять: «Не буду, не буду», и на его штанах расплылось пятно.

– Поглядите-ка на малыша, он уписался, – начали Колин и Джилл, а мне стало его жаль.

– Может, ему плохо. Пусть пойдет в другой раз.

– Если он не хочет, я пойду, – заявила Джилл.

– Ты же не уступишь девчонке? – Колин продолжил наседать на Эндрю, но тут вернулись родители. Эндрю убежал наверх, а Колин повернулся к сестре. – Ты что, на самом деле собиралась туда пойти?

– Я пойду, – от злости она раскраснелась. – Я такая же храбрая, как вы двое, и даже храбрее.

И мы не смогли ее остановить на следующий вечер, когда мама Джилл во все глаза следила за выступлением ее папы, который выходил на ринг под псевдонимом Кошмар-в-капюшоне.

Я думал, у Джилл все получится. Вечером прошла гроза, и ветер мог сорвать яблоки с ветвей. Но я испугался, когда увидел, какой маленькой она казалась на тропинке под фонарями, мне раньше не приходило в голову, что идти по огородам нужно очень долго – а ведь могло так случиться, что обратно придется бежать. Ее тень то и дело исчезала, как будто раздавленная чем-то, а потом резко выскакивала где-то впереди. Из-за фонарей мы ничего не могли разглядеть в окнах мистера Грея.

Когда Джилл присела на корточки у его изгороди, Эндрю пошутил, дескать, ей приспичило, но Колин заткнул его сердитым взглядом. Она бросила свое пальтишко на битое стекло, перебралась через преграду и побежала к дереву. Ветви оказались для нее слишком высокими.

– Хватит, – проговорил Колин, но его сестра не услышала и начала карабкаться на яблоню. Она была уже на полпути, когда из дома вышел мистер Грей.

У него в руках были садовые ножницы. Увидев Джилл, он ухмыльнулся, и мы даже с такого расстояния увидели его зубы. Он побежал туда, где изгородь была пониже. Он не мог бегать как положено – смахивал на старого толстого белого пса, который только и способен, что переваливаться с боку на бок; но Джилл больше негде было перелезть через изгородь. Колин выскочил из квартиры, а я собрался открыть окно и окликнуть мистера Грея, когда он попытается схватить Джилл.

Щелкали ножницы. Я видел, как мелькали лезвия. Эндрю обмочился и удрал наверх, а я не мог ни открыть окно, ни даже пошевелиться. Джилл спрыгнула с дерева и ушибла лодыжки, а когда попыталась убежать от мистера Грея, оказалась почти такой же медлительной. Она ринулась к калитке и хотела перелезть, но упала вместе с нею. Попыталась уползти, но мистер Грей побежал следом, размахивая ножницами, а потом схватился за грудь, как это бывает в кино с артистами, и рухнул на живую изгородь.

Колин подбежал к Джилл и потащил ее обратно, и за все это время мистер Грей ни разу не пошевелился. Джилл трясло, но она не заплакала, только крикнула мистеру Грею через окно: «На тебе, получай!», хотя Колин в это же самое время говорил, что старик, похоже, умер. Мы радовались, пока не вспомнили, что пальто Джилл осталось на стекле.

Я пошел туда с тяжелым сердцем. Мистер Грей висел на изгороди, руки его болтались, как будто он пытался дотянуться до ножниц, упавших и воткнувшихся в землю вертикально. Глаза были открыты, в них отражался свет фонарей, и он смотрел прямо на пальто Джилл. Он выглядел как испорченное яблоко, которое расползется совсем, если его тронуть. Я схватил пальто Джилл, в этот же миг живая изгородь скрипнула, и мистер Грей наклонился вперед, словно пытаясь дотянуться до меня. Я убежал, не оглядываясь, так как был уверен: пусть он и наклонился еще ниже, его голова поднята, чтобы продолжать наблюдать за мной.

Я почти не спал в ту ночь, и не думаю, что остальные сомкнули глаза хоть на секунду. Я то и дело вставал посмотреть, не пошевелился ли мистер Грей, потому что мне все время казалось, что он ползет к нашим многоквартирным домам. Старик все еще висел на изгороди, пока я не заснул, а когда снова выглянул в окно, его там не было. Наверное, увезла «скорая», но я уже не смог заснуть – мне мерещились шаги на лестнице.

На следующий вечер мама и папа рассказывали, как какая-то женщина нашла мистера Грея мертвым, застрявшим в изгороди, и полиция вошла в его дом. Мама сказала, что вся спальня была завалена гнилыми фруктами, а в другой комнате нашлись какие-то книги о детях. Может, он не любил детей, потому что боялся того, что мог с ними сделать, проговорила она, и больше не прибавила ни слова.

Мы с Колином взяли друг друга на слабо и отправились заглянуть в его окна, к