Беспокойное хозяйство - Елена Ликина

на дудочке играет, — кратко объяснила природу трелей коза и ткнула копытцем перед собой. — Вишь, как чернобыльник распушился? Здеся его и дергай, хозяюшка. Листочки резные, нежные, быстро просохнут.

— Не лучше ли срезать? — Дуня провела пальцами по мягкой серебристой травке.

— Дергай! Чем грубее — тем действенней будет! Корешок Ксанке на оберег пустишь.

— Подрастают травушки. Надо бы насобирать впрок… — хлевник аккуратно подул на Дуню, отгоняя назойливых мошек.

— На Купалу насобираем. — согласилась коза. — Тащи чернобыльник, хозяюшка. Да левой рукой берись! Той, что с ногтем!

Особенный ноготь оказался на месте.

Дуня с облегчением констатировала этот факт и, послушно взявшись за основание кустика, примерилась, потянула. Приятно запахло терпкой свежестью и горчинкой.

— Ирисова бы корня до кучи… — Марыська задумчиво смотрела в сторону полураспустившихся желтых цветов.

— То дело! — одобрил хлевник. — А к нему для контрасту — бузины.

— Мы из бузины основу сделаем. Для мускатной тональности. А для смолистого духу подмешаем чуток можжевеловых ягод.

— Ох, и хороший выйдет напиток! — подкрякнул Хавроний и прослезился единственным глазом.

— Хммм… — Дуня помахала в воздухе полынным пучком, стряхивая землю с корней. — Вы так радуетесь, будто сами собираетесь это пить.

— А и выпьем! С удовольствием опробуем, хозяюшка! Ценнейшая же штука!

— Ты, хозяюшка, для кузнеца секретный ингредиент туда приплюсуешь. Камушку-уголек, что у корней чернобыльника прячется. Растолчешь и добавишь. И нашепчешь нужное. А остальное мы для себя оставим. Не пробрасываться же добром!

— Но у корней не было никакого уголька!

— Не здесь искать надо, хозяюшка. — Марыська покачала головой. — Полынька пока еще свежая. Молодая. Листочки один к одному. А та, что с угольком — та сухая да желтая. От жа́ру все корни истлели. А вместо них — угольки сделались. На каждом лугу есть такая особенная! Ты походи, погляди.

Заинтригованная Дуня выкопала ирис, подщипнула начавшуюся только-только раскрывать бутончики ромашку для чая. Отряхнув налипшие на брюки травинки, выпрямилась и увидела перед собой двух миловидных женщин в ярких сарафанах и с корзинками.

Женщины закивали, заулыбалась, а в голове немедленно разлилось тревожное: «Не отвечай! Молчи! Игнорируй!»

Коза с хлевником тоже не среагировали не появления незнакомок, склонились над сиреневыми стрелками шалфея и увлеченно о чем-то перешептывались.

— Здравствуй, хозяйка! Траву запасаешь? — мелодичным голосом поинтересовалась та, что пониже. — Позволишь и нам набрать немного? Разрешишь?

Не за угольком ли охотятся? — подумала вдруг Дуня. Она все медлила с ответом, ждала хоть какого-то знака от помощников.

Женщины переглянулись и опять спросили про траву. Игнорировать их и дальше было неловко, Дуня собралась сказать, что поле ей не принадлежит, и они могут делать все, что хотят, но в этот момент смачно и громко расчихалась Марыська.

— У меня от шалфею завсегда в носе свербит! Хозяюшка, взгляни-ка, может для укороту его соберем? От гостей нежеланных, незваных шалфеевым веничком помашем? Да пошлем вслед по воздуху изгоняющий шепоток? Чтобы неповадно было по чужим лугам травы натаптывать. Только сомневаюсь, достаточно ли цвету на колоске?

Дуня машинально склонилась к цветам, и коза чуть подтолкнула, велела посмотреть сквозь разведенные колени.

Не было больше никаких женщин!

Лица существ расплылись яркими блинами, вокруг голов переливался и трепетал огненный ореол.

— Молчишь? — прошипело то, что пониже. — Не спросила разрешения! Не поклонилась! Не принесла относ! Не видать тебе уголька!

— Выжжем глаза! Спалим волосы! Обратим пеплом! — полыхнуло жаром другое, и по полю прокатился огненный смерч, оставляя после себя черную выжженную полосу.

— Не в свое время по полю не ходи! — Дуня выхватила из корзинки бутыль с водой, плеснула содержимое на полосу, и существа скрылись за завесой горячего пара.

— Так их, хозяюшка! У, клятые бесицы! Настоящая полудница так просто не ушла бы. Да и время сейчас не ее. А эти так, попугали. Догадываешься, кто их подослал?

— Настоящая полудница при солнце ходит. И воды не испугается. Хоть и на бузине. Это бесицы бузины опасятся. Вот и сбежали. — Хавроний погрозил кулаком оседающему пару, а потом махнул рукой в сторону возвышающегося впереди сухостоя. — Вишь куст торчит надо всеми? К нему и иди за угольком. Да поспешай, хозяюшка, пока кто другой не привязался.

Дуня беспрепятственно добралась до иссохшего, перевитого паутиной куста чернобыльника, подкопнула землю особенным ногтем, и пальцы почти сразу нащупали шероховатый горячий кусочек.

— Нашла!

— Молодец, хозяюшка! Теперь можно и домой! — Марыська оглянулась на дальний лес и заторопилась. — Давайте, давайте, живенько. А то дуда быдто громче стала играть? Не хватало нам еще здесь лешака!

Заунывная убаюкивающая мелодия зазвучала ближе, потянулась за ними вдогонку. Чтобы от нее отвязаться, Дуне пришлось покрошить на землю чернобыльника и нашептать путающий следы заговор.

Но встречи на этом не закончились — у заборчика их поджидала Клавка. Недовольно зыркнув на козу с хлевником, процедила сквозь зубы:

— Поговорить бы, хозяйка!

— У хозяюшка от нас нету секретов! — хвост Марыськи завертелся пропеллером. — Чего явилась? Говори при всех!

— Что ты хочешь, Клава? — Дуня устало вздохнула.

— Отворот! Отворот повторить! Прошлый не сработал, хозяйка! Ночью милый мне красного петуха подпустить пытался! Сперва постучал, и я едва не впустила. Если бы домовой не ухватил за ногу… — Клава задрала подол, демонстрируя три синие отметины на щиколотке.

— Ты поблагодарила-то его? Домового? — проворчала коза.

— Не успела! Милый поджег крыльцо! Да ты ж, наверное, знаешь, хозяйка?

Дуня только кивнула в ответ.

— Так-так. — ухмыльнулась Марыська. — Раскрасавец кузнец, значит, поджег, а нелепый да неуклюжий мужлан Минька потушил огонь?

— И Минька, и Мартьяныч, и этот… желтоглазый. — губы Клавки тронула мечтательная улыбка.

— Спасибо, что Пипа деревню подняла! — Хавроний в тоске покосился на дом.

— Спасибо! — согласилась Клавка и с размаха бухнулась перед Дуней на колени. — Сделай отворот, хозяйка! Я, как огонь увидала — враз прозрела! Поверишь ли? Поняла, что не на того время потратила. Не тому сердце отдала. Околдовал меня, нехристь поганый. А я и повелась. Впредь теперь умнее буду…

— В дом иди. — грубовато велела коза. — Хозяюшка подскажет, как правильно сделать остуду. Ты же поможешь ей, хозяюшка? Заодно и усмиришь кузнеца.

Дуня подтвердила, что поможет. В рецептах вештицы она уже нашла несколько подходящих способов, и решила остановиться на самом простом и быстром из них.

— Послушай меня внимательно, Клава. Наведешь на него остуду через еду. У тебя есть что-нибудь мясное?

— Нету. Крупа да вода. — скривилась Клавка.

— Тогда дадим тебе яиц. — движением руки Дуня заставила замолчать вскинувшуюся от возмущения Звездочку и повторила. — Дадим тебе яйца. Из них сделаешь омлет.