Водяной 8 - Константин Паули

— Да, — подтвердила Марина, подходя ближе. — Они, как Вадим стукнул пару раз, сразу и сбежали.

Она говорила это с лёгкой улыбкой, и я понял, что Русалка всё-таки оценила мой героизм.

— Ну, хорошо, — Михалыч снова потрогал челюсть, проверяя, не сломана ли, и с облегчением выдохнул. — Жаль только, что подлецы нарушили мои планы по культурному досугу. Я как раз настроился на философские размышления с видом на воду…

— Михалыч, если посидишь тут, поохраняешь Марину, — я улыбнулся ему, — я могу тебе пивка привезти.

— И рыбки! — оживился он, будто и не лежал только что в нокауте. — Там у Гайка рыбка есть, копчёная, вкусная.

Я покорно кивнул. Рыцарю положено и пивко, и рыбка — святое дело.

* * *

Гайков сельмаг уже перебрался в соседнее здание. Таким образом, ушлый предприниматель убивал двух зайцев сразу, сдавал основное помещение «Пятёрочке», которая хоть и повесила свою вывеску, но ещё не открылась, и одновременно сохранял собственную торговлю. У него, конечно, не было шансов конкурировать с сетевым гигантом, но хоть часть выручки оставалась пока при нём.

Я закупился продуктами и для себя, вернулся, снабдил обещанным Михалыча, он даже прослезился от такой заботы, а я покатил домой.

Вечером я спокойно готовил ужин, когда в дверь, без стука, вошла Василиса.

Она была хмурой. И что-то в её походке неуловимо намекало, что хороших новостей не будет.

— Слушай, ну ничем по-нашему Лжедобрыне не порадую, — сходу сказала она, едва переступив порог.

Я чистил картошку и только согласно кивнул, не отрываясь от занятия.

Она умылась под краном прямо на кухне, отряхнула руки и устроилась на своём любимом стуле. Я уже давно заметил эту её привычку, она неосознанно отдаёт предпочтение одному из четырёх совершенно одинаковых на первый взгляд стульев. Я даже специально менял их местами, она всё равно садилась именно на него, будто у стула была своя энергия, которую она чувствовала.

— Так вот, — продолжила она, устраиваясь поудобнее и поджимая под себя ногу. — Документы из «Мерседеса», которые я отфоткала, а там были и его паспортные данные, оказались чистым вымыслом. Серия и номер паспорта принадлежат какой-то тётке из Твери. Я как могла, проверила её, паспорт она не теряла. Скорее всего, у него чистой воды подделка.

Она нахмурилась, потянулась к фильтр-кувшину, налила себе воды.

— Ну, опять-таки это предположение. Может быть, у него нет даже и этих документов. Всё же если его кто-то останавливает, он может просто применить ментальную магию и всё. Некоторые двоедушники так делают, ну, те, кто умеет вообще её применять.

— А что насчёт того, что он может быть тем чернокнижником из «Сорока Сороков»? — спросил я, разрезая каждую картофелину на четыре части. Мой взгляд упал на луковицу.

— Может. Может быть, и просто совпадение, — Василиса взяла протянутую мной луковицу, задумчиво покрутив её в руках. — Внешности того, из Нави, мы не знаем, уточнить не у кого, никто его не рассмотрел. Так что это чистое предположение. Однако оно строится на допущении, что наш мистер Икс способен свободно перемещаться между мирами.

Я протянул ей нож. Она чуть склонила голову и принялась чистить луковицу, непослушная светлая прядь волос скользнула ей на щеку. У меня вдруг рефлекторно дрогнули пальцы, на секунду возникло мимолётное желание поправить этот локон ей за ухо, но я лишь пододвинул поближе мусорное ведро. Шелуха с лука полетела вниз.

— Ну-у-у, при помощи мощных ритуалов это вполне возможно. Особенно в новолуние и ночью, — произнёс я, задумчиво глядя, как ловко и изящно двигались её пальцы. — Я сегодня был в Нави, общался с Русланом, но про записи с камер спросить не догадался. Впрочем, он бы наверняка сам сказал, если бы заметил что-то подозрительное.

— Он же не смотрит в мониторы безотрывно, — Василиса пожала плечами, возвращая мне очищенную луковицу и нож. — Я просила его архивировать данные хотя бы за месяц. Он поворчал, конечно, но согласился. Только вот что именно они там показывают, он в жизни не проверяет. То драконом занимается, то играет. Ну, видео дурацкие и фильмы смотрит, это да.

— Он ещё и работает удалённо, — вступился я за оборотня. Привычным жестом провёл несколько раз лезвием по мусату и принялся крошить лук. Мелко-мелко, чтобы в готовом блюде он давал только сок, а не хрустел на зубах. Глаза немного защипало. — Прямо в вагончике сидит, стучит по клавишам.

— Да я его и не виню, — её голос смягчился. — Просто нельзя полагаться на камеры сами по себе. Если вторженец не дурак, он пройдёт так, что Руслан ничего не заметит. Тем более, камеры появились только после вторжения Вия. Если мистер Икс просочился раньше, то записи нам ничем не помогут.

В кухне повисла уютная тишина, нарушаемая лишь мерным стуком ножа о деревянную доску. Я сгрёб нарезанный лук в глубокую миску, где уже лежал свежий фарш идеальной консистенции, сочный. Гайк всё-таки знал толк в хорошем мясе. Я щедро сыпанул соли и чёрного перца, разбил пару яиц и плеснул немного ледяной воды. Закатав рукава, погрузил руки в прохладную массу, вымешивая её, а затем с силой отбивая о дно миски, чтобы будущие котлеты получились пышными.

Василиса всё это время задумчиво молчала, и я чувствовал, как она обдумывает следующую мысль.

— С другой стороны, — наконец произнесла она, следя за моими руками, — если он сам из Нави, то почему не пошёл вместе с ними?

— Значит, он им не доверяет, — рассуждал я, формируя в ладонях аккуратные, ровные биточки. Я выкладывал их на присыпанную мукой доску. — Но против отождествления того чернокнижника и бородатого Лжедобрыни выступает тот факт, что потом-то лжебогатырь начал сам же их и истреблять. Зачем такие сложности? Зачем тогда освободил их из тюрьмы? Просто хотел убить? Для чего тогда отправлять в Явь? А если его целью было позволить им проехаться по нам катком, достаточно было просто им не мешать.

Смыв с рук остатки фарша, я поставил на плиту кастрюлю с водой для картошки. Ждать, пока она закипит сама, я не стал. Приложил ладонь к холодному металлу и уже через несколько секунд со дна кастрюли начали подниматься крупные пузыри. Вода забурлила. Бросив щепотку соли и поправив кастрюлю, чтобы стояла ровнее, я засыпал нарезанную картошку.

Василиса молча наблюдала за моими действиями.