Инопланетные ужасы - Тим Каррэн

class="p">Капитан не хотел в это верить - особенно потому, что Орхейн казался таким человечным, таким хрупким, испуганным и обезумевшим. Но, как он слышал, такой же была и Вайзе.

Хамелеоны, - подумал Иган. - Вот что такое эти существа, и это их главная сила. Конечно, Орхейн казался человеком. Это механизм питания вампирических инопланетян.

Важно было то, что он ушел от него. После того как завыла сирена, он понял, что это подстроено, и Орхейн был единственным, кто мог это сделать, поэтому он отправил его к аварийному шкафчику, пока сам спасался бегством.

Иган почувствовал себя лучше, увереннее. Теперь, когда у него было несколько минут, чтобы разобраться, он мог методично перейти к следующему шагу: уничтожению старшего помощника.

22

Свет погас.

"Таурус" погрузился в вечную, бездонную тьму замурованных гробов и древних склепов, окутанный той темнотой, которая существует за пределами известной вселенной.

Это была не случайность.

Орхейн не много знал об инопланетянах, но он был уверен, что они пришли из такого места - места вечной, бесконечной ночи, где свет как таковой не существовал.

Теперь у них было преимущество.

Теперь они придут за ним.

Паря в коридоре в скафандре, его ужас нарастал. Черт возьми. Где, черт возьми, был Иган? Одна система за другой отказывали, и капитан либо мертв, либо прячется в скафандре где-то рядом. Или он был одним из них с самого начала.

Теперь включилась аварийная система. Коридор вспыхивал красными предупредительными огнями. Это только ухудшало положение, создавая дикие кровавые тени, прыгавшие и скользившие вокруг него. Он был в опасности, как никогда раньше. Оставалось только одно - добраться до вспомогательного управления или сферы нейроплекса. Оттуда он мог бы разобраться. По крайней мере, восстановить свет и гравитацию.

Как пловец в бушующем море крови, он подтягивался вдоль стены, уворачиваясь от дрейфующих обломков - все, от посуды и инструментов до кофейных кружек и шлемов. Вещи касались его, царапали внешнюю обшивку скафандра. Наполовину съеденный бутерброд стукнулся о пузырь его шлема. Дрейфующая летучая мышь расправила крылья, и он съежился, пока не понял, что это был бюстгальтер. Он безумно хихикнул от самой мысли о бюстгальтере в невесомости.

Пак, - подумал он с безумной детской радостью. - Как долго мы все фантазировали о том, чтобы увидеть ее без него, а теперь это последняя вещь в мире, которую я хотел бы увидеть.

Он должен был сосредоточиться. Он знал, что они там, и что даже сейчас они ищут его. Они могут вскружить тебе голову. Он это очень хорошо знал. Он должен был быть настороже. Коридор закончился и повернул налево. Впереди был технический люк, который привел бы его на верхние палубы.

В мигающем красном свете он увидел, как что-то движется в его сторону, скользит, плывет, извиваясь, как инфузория на предметном стекле микроскопа.

Он поднял пульсар.

Это был не случайный обломок. Оно было большим и, казалось, увеличивалось, разрастаясь. Это был огромный саванообразный покров блестящего черного студня, который, казалось, состоял из матрицы дрожащих глазных пузырей. Оно собиралось поглотить его, как амеба, обернуться вокруг него, растворить скафандр и высосать кровь прямо из его агонизирующего трупа.

Он парил навстречу ему.

Оно скользило в его направлении.

Он моргнул, и это был уже не студень, а что-то вроде размножающегося роя термитов... Боже, тысячи их, машущих крыльями и летящих, вырывающихся из центральной жужжащей, извивающейся массы. Прямо под ним он мельком увидел бледное лицо Пак, рот распахнут, обнажая длинные алые зубы.

Пот заливал его тело, волосы прилипли к голове, он закричал:

- Нет! Я знаю, что ты делаешь! Ты не настоящая! Не настоящая!

Это был необходимый освежающий удар по лицу, и теперь он увидел, что там было на самом деле - плавающий пластиковый мешок для трупов. Он был порван и изношен, ленты его дрейфовали вокруг, как псевдоподии. Надувающийся виниловый призрак с ползущей внутри формой, как плод в амниотическом мешке. В мигающем красном свете он напоминал лопнувший мешок с кровью.

Парализующий страх держал его в неудобном равновесии. Ему нужно было убраться от него, но в то же время тело не слушалось. Он чувствовал себя онемевшим и бесполезным, когда его медленно, неумолимо тянуло к чудовищу, которое должно было высосать из него жизнь.

Пульсар, - слабый голос в глубине сознания подсказал ему. - Используй гребаный пульсар.

Молния на мешке расстегивалась, словно ее стягивала невидимая рука. Он мельком увидел лицо, похожее на маску из желтой кости, и один блестящий глаз, как черный скарабей. Теперь что-то появилось. Сначала это казалось рукой, но теперь он видел, что это странный чужой отросток, конечность, сегментированная, как червь. На конце ее было три серо-черных когтя, хитиновых и смертоносных, а между ними - перепонка из плоти с глазным яблоком в центре.

С криком в шлеме он выстрелил из пульсара в мешок. Ничего. Пульсар не работал. Он попытался снова. Опять ничего. Он нажал на сброс - крошечный огонек мигнул. Батарея была разряжена.

Иган... сукин сын. Он меня подставил.

Мешок с телом приближался все ближе. В голове он услышал низкий гул. Он был похож на работу механизма, гудел у него в черепе, и он знал, что это ужас в мешке пытается связаться с ним, открыть путь. И когда это произойдет, оно усыпит его в какой-нибудь бессмысленной фантазии, пока будет питаться им.

Он закричал, впадая в истерику, отбиваясь и сопротивляясь. Тварь уже ломала его страхом.

Он должен был действовать, он должен был что-то сделать...

Вон там. Прямо там.

Дверь в биолабораторию была прямо по пути. Он рванул вперед, не борясь с невесомостью, а используя ее, оттолкнувшись от стены. Он добрался до двери, а мешок был едва в десяти футах. Он скользнул внутрь и закрыл люк.

Теперь оно было снаружи.

Через несколько секунд оно найдет способ войти.

Орхейн парил среди лабораторного оборудования. Должно быть, у него было чем с ним бороться. Где-то в глубине сознания он знал, что есть... если бы только он мог вспомнить.

23

Настал момент, знал Иган. Либо он предпримет решительные действия и вернет корабль от вампиров, либо сдастся. И он не собирался этого делать. "Таурус" был его кораблем, его командой, его всем. Это была его душа, и он отказывался отдавать ее нежити.

Он снова попробовал связаться по шлему. Он слышал только активные жужжащие помехи. Это могло быть просто помехами... но, возможно, это было что-то, что устроил его старший помощник. Но этому скоро придет конец.

- Мистер